Казахстан: «автомобильное измерение» санкционного курса
Российские грузовики с товарами из Европы начали задерживать в Казахстане, сообщают «Известия» со ссылкой на Ассоциацию международных автомобильных перевозчиков (АСМАП). Пока известно «о восьми случаях задержания автопоездов российских перевозчиков. Часть из них находится на стоянках для нарушителей, каждый день хранения, на которых обходится дорого. Другие – на таможенных терминалах. Некоторые автопоезда стоят прямо на дороге». Документы у водителей изъяли, и они никуда не могут уехать, отмечают в АСМАП. Как следует из письма Минтранса РФ в Министерства индустрии и инфраструктурного развития РК от 12 сентября, пока с проблемами столкнулись три компании: «Автотранзит» и «СВ-Транс» из Смоленска и логистический оператор «Траско», которым угрожают штрафы, по данным АСМАП – около 3 тыс. евро на каждый случай задержания.
Речь идет о транзитной перевозке товаров из Европы через Белоруссию и Россию в Казахстан, уточняют «Известия». По подтверждённым данным Минтранса РФ, власти Казахстана стали требовать от российских водителей разрешительные документы на грузы, выданные предшествующему перевозчику, то есть компании из ЕС, что невозможно в силу сложившейся практики (документы перевозчикам друг другу не передаются). Кроме того, как отмечают в АСМАП, новое правило противоречит действующим соглашениям о международном автомобильном сообщении.
Казалось бы, суммы незначительные, однако, как говорится, лиха беда начала. Как отмечает транспортный юрист Сергей Богатов, новые правила провозки грузов на территорию Казахстана нарушают нормы ЕАЭС, поскольку их передвижение по союзу должно быть свободным от таможенного контроля, тем более что российские водители получили разрешение от республики: «По всей видимости, это исключительно политическая проблема, связанная с мировой обстановкой. Исходя из таких мотивов решили приостановить перевозку». Впрочем, кое-кто придерживается альтернативной точки зрения, полагая требования казахов логичными, однако отчего-то таковые не возникали ранее. Как напоминают «Известия», весной у российских перевозчиков уже возникали проблемы с доставкой товаров в Казахстан, власти которого запретили возить грузы компаниям из стран, отличных от государства первого перевозчика: дескать, если груз из Европы – то везти его должна компания из ЕС. Правда, после обращения из Москвы власти республики смилостивились и временно разрешили транзитные перевозки с так называемой «перецепкой» – с 1 июля и до конца этого года.
Однако статус-кво может измениться в любой момент. Встречаясь в Нью-Йорке с акулами транснационального бизнеса, президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что надеется на расширение стратегического партнёрства между его страной и США. А недавно министр иностранных дел Казахстана М. Тлеуберди в очередной раз подчеркнул взаимосвязь экономической политики в отношении РФ с санкционным курсом коллективного Запада. Как неоднократно писало наше издание, позиция южного соседа здесь далеко не новая. В то же время, косвенно (если не впрямую) ограничения могут распространиться и на транзитные через Казахстан экспортно-импортные перевозки России, и прежде всего – транспортные связи с другими странами Центральной Азии и с КНР. Отчасти касается это и Транссиба, южный маршрут которого заходит на территорию Северного Казахстана.
Очевидно, что диктуемая извне «транзитная» политика Казахстана наверняка повлияет и на экономические взаимоотношения центральноазиатских стран с его соседями по региону, в частности с Узбекистаном. Резонно также предположить, что соответствующие решения могли быть в какой-либо форме доведены до южных соседей Казахстана, которым также угрожают вторичными санкциями. Таким образом, по формальной логике, у них появился «веский» аргумент: дескать, если страна-член ЕАЭС решается подчинить свои экономические связи с Россией внешним ограничениям, то мы и подавно можем предпринять аналогичные шаги.
По оценке гендиректора российско-казахстанской компании «Оптимальная логистика» Георгия Властопуло, «группа некоторых высокотехнологичных товаров, в том числе и вычислительной техники, запрещена для прямой продажи из Европы, США (и из Канады, Японии, Австралии, Новой Зеландии, Южной Кореи, Тайваня, Сингапура. – Прим. ВПА) в РФ. Но документа, который бы официально запрещал третьим странам реэкспорт европейской или американской продукции в Россию, формально не существует. Казахстан просто сам понимает, что не стоит интегрироваться в этот товарный транзит, потому что это чревато вторичными санкциями».
Примечательный штрих: в отличие от других стран ЕАЭС, Казахстан не стал участвовать в прошедшей 7-9 сентября в Москве международной выставке ИНТЕРТКАНЬ-2022, где были подписаны соглашения о кооперационном сотрудничестве СОЮЗЛЕГПРОМа и Минпромторга РФ с Белоруссией и Узбекистаном. В этой ситуации в очередной раз проявляется недееспособность не только ЕЭК, но и структуры Евразийского Союза в целом, что, конечно, учитывается недоброжелателями.
Не менее характерно и совпадение вышеупомянутого заявления главы казахстанской дипломатии с визитом в республику главы КНР Си Цзиньпина. Вопреки официальным (в т.ч. российско-китайским) декларациям, далеко не все в Пекине склонны, выстраивая диалог с Москвой в новых условиях, игнорировать американские угрозы. К примеру, по данным Бюро таможенной статистики КНР, за 8 месяцев 2022 года российский экспорт в Китай вырос на 50% (до 72,9 млрд. долл.), в то время как импорт оттуда – лишь на 8,5% (до 44,2 млрд. долл.). Товары 27-й группы товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности РФ (нефть, нефтепродукты, газ, каменный уголь, бурый уголь и т.п.) составляют 68% в стоимостном выражении объема поставок и 78% – в количественном (объёмном).
Мы видим, что профицит торговли с Китаем за год вырос вчетверо, однако происходит это за счёт наращивания Россией поставок разных видов сырья (прежде всего энергетического). При этом ускорения встречных поставок китайского оборудования, необходимого российской стороне для замещения выпадающих западных поставок, по мнению многих экспертов, в условиях санкций ждать не приходится. Ещё один характерный штрих – всё большее преобладание в поставках из Китая продукции массового потребительского спроса, в отличие от высокотехнологичных товаров. «Нередки случаи крайне осторожного отношения китайских банков к клиентам из России, долгие сроки согласования многих контрактов», – отметил на ВЭФ-2022 торгпред России в КНР Алексей Дахновский. – Понимая истоки такого подхода, мы тем не менее убеждены, что и России, и Китаю необходимо вести дело к созданию трансграничного торгового и платежного механизма, неподвластного недружественным санкциям». В свою очередь, председатель постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей (парламента) Ли Чжаньшу делал акцент на развитии сотрудничества с Дальним Востоком, на необходимости устранения торговых барьеров, подразумевая отмену в РФ пошлин на импорт из КНР. По его мнению, необходимо «обеспечить безопасное и бесперебойное функционирование производственно-сбытовых цепочек», «создавать более устойчивые, безопасные и свободные условия для инвестиций и торговли», придавая тем самым, «новый импульс экономической глобализации».
Как упоминалось выше, 14 сентября в Китае побывал председатель КНР Си Цзиньпин. Можно предположить, что решение Казахстана подчинить санкциям свои экономические связи с РФ, как минимум, не стало для «китайских товарищей» неожиданностью.
Алексей Балиев