Шоферские байки: про законы физики и протекающий люк
Во времена моей юности, это был 1994 год, мы с приятелем держали два ларька. Точнее держал их мой батя, а мы так, сбоку-припеку, но недостатка в шоколадках, и изредка баночном импортном пиве, не было. А еще на двоих двадцатилетних пацанов у нас был ВАЗ-2106. На нем мы развозили по ларькам сигареты, газировку и прочее. Тоже не наш, а отцовский, но мы на машину пожертвовали около 100 долларов, что давало нам право считать «пепелац» почти своим. С развозом товара и вывозом картошки с дач проблем не было. Страдало только посещение подруг на машине. Они были из разных компаний, так что согласовать расписание владения авто не всегда получалось.
И вот — начало зимней сессии. Накануне мы развезли товар, взяли по банке шипучей импортной газировки и разъехались по домам — завтра зачет. Оба отца строго нас предупредили, что учеба важнее, чем торговля. Тогда предков слушались. Я вышел у своего дома, приятель поехал к своему. Утром сыр-бор: моего родителя прихватил радикулит, да так, что охнуть не может. Бегом побежал за машиной, везти отца к знакомому доктору. Прибежал, открываю, а там… весь салон заляпан какой-то коричневой субстанцией. Вот ужас-то! Принюхался, а это газировка рванула — приятель забыл банку в лотке у рычага коробки передач. Она ночью и сдетонировала: морозец был, содержимое банки испачкало сиденье, руль, потолок, приборную панель, в общем, весь салон. Кое-как с батей решил вопрос, потом учеба, а вечером с приятелем, обломав особо большие кока-кольные сосульки, поехали на мойку. Там говорим, чтобы химчистку салона сделали, а то накурено у нас и хлам всякий. Тогда услуга эта была очень дорогой. Хозяин мойки, пожилой армянин, чего-то гаркнул по-своему работникам. Мойщики подбежали, открыли двери, увидели картину маслом и говорят, что такое они мыть отказываются. Хозяин видит коричневый салон, думает, что это сами понимаете что, а мой товарищ, видя его реакцию, отколупывает лимонадную сосульку, с хрустом ее разгрызает и говорит: «За 20 минут управитесь?» А-а-а, что тут началось! Хозяин орет нам гневно по-армянски, мойщики вообще убежали, и стоим мы, эдакие, уговариваем работников мойки отмыть салон цвета детской неожиданности… Цирк, да и только!
Кое-как растолковали старшему по мойке, что зима на дворе, газировку в банке ночью забыли, дальше физика под редакцией Перышкина, фракции-то в напитке разные. Тот как давай смеяться! Минут пять хохотал на весь переулок, потом вместе с мойщиками еще минут десять ржал, экспрессивно рассказывая им, откуда цветная «грязь» в салоне. В итоге мы ему за услуги сверх цены вручили две пачки дорогих импортных сигарет и две банки пива. Тот их увидел, как давай опять смеяться! Короче, не взял банки. Сказал, что на его родине пиво, вино и коньяк только в стеклянные бутылки разливают. Ну что, правильно делают.
А. Киселев, Москва
Мой первый автомобиль, который я купил на свои деньги, был ВАЗ-21013 цвета «Вишня-127». На дворе уже был закат СССР, стали появляться первые иномарки, но для меня не было краше автомобиля. Он был первым, хотя в тех-пас-порте я значился четвертым владельцем. Моя авто-мобильная мечта представляла собой «Жигули» 1987‑го года выпуска. Авто было на литых дисках, с магнитолой Pioneer, чехлами под леопарда, обязательной розочкой на рычаге КП, противотуманными фарами под передним бампером и люком в крыше. Песня, а не машина! Опять же, у нее был венгерский трамблер, югославский аккумулятор и задние брызговики с логотипом BMW.
Через год после покупки авто я женился. Новоиспеченная супруга потребовала снять «розочку» в салоне и противотуманки под бампером: «Вадик, эти дурацкие огоньки нам не идут по стилю». Вместо чехлов под леопарда появились строгие велюровые, на полке у заднего стекла прописались запасной зонт и аптечка с набором таблеток от всех болезней — жена оказалась старшей медсестрой. Супруга в телефонных переговорах с подругой из Симферополя упорно именовала жигуль «Фиатом». Машина хотя и была итальянских корней, но обладала русским характером. Люк в дождь стал протекать. По иронии судьбы, вся вода стекалась в сторону жены и тонкой струйкой капала на ее колени. Я регулярно промазывал люк импортными герметиками, но помогало это слабо, отчего в машине завелся кусок медицинской хирургической клеенки оранжевого цвета.
Позже моя благоверная и вовсе стала ездить на заднем сиденье, там было посуше. Вторым моим авто стал неновый хетчбэк Toyota Corolla бутылочного цвета. Электростеклоподъемники, встроенная магнитола, кондиционер, мягкие велюровые сиденья — шик. И электролюк! Он не протекал и был снабжен солнцезащитными шторками. Помня о старом люке, жена, садясь в машину, каждый раз недоверчиво и строго поглядывала на него. В общем, в итоге люк и жена не сошлись характерами: его стало заедать. Просто съезжать со своего места он мог, вроде как на щелевое проветривание, а при поднятии его задней части люк частенько клинило. В дождь капли весело стекали на меня и жену. Забираться на заднее сиденье было не так просто, трехдверный хетч все-таки. Я каждый раз в дождь получал от нее «люлей», а жена обрела определенную гибкость фигуры. Как-то будучи в гостях, на крышу нашей машины выбросили с верхних этажей бутылку с недопитым спиртным. Она попала в люк и пробила его насквозь, это был конец девяностых. В Костроме дефицита запчастей на иномарки особо не было, но люк, да еще от японской модели конца восьмидесятых…
В итоге мне подобрали лобовое стекло по кривизне крыши и врезали его вместо люка. Получилось отлично, прям как на заводе. Продавая машину спустя пару лет, новый владелец спросил меня: «Люк не течет?» Получив в ответ решительное «нет», он успокоился. Все остальные автомобили я приобретал без люка. Натерпелся я от них. И от жены тоже, но это другой рассказ.
В. Костенко, Костромская обл.