Как в Крыму пластиковый мусор превращают в полезные скамейки и урны
Необычное производство действует на севере крымской столицы. Здесь, в двух небольших цехах рядом с Агроуниверситетом пластиковые бытовые отходы размельчают, а затем переплавляют в уличную мебель, тротуарную плитку, лестницы и навесы. ForPost побывал внутри «ЭкоЗавода ППК» на экскурсии, организованной крымским Центром экологических инициатив «Сеятели».
Пластик бывшим не бывает
Площадка перед входом в производственные цеха «украшена» гигантскими тюками с пластиковым вторсырьём. Наш провожатый, менеджер «ЭкоЗавода» Кирилл Тарасенко подчёркивает, что вокруг — не мусор, а именно вымытое и высушенное вторичное сырьё, которое поставляют другие предприятия и крымские волонтёры, занимающиеся сортировкой отходов.
Тюки с вторсырьём занимают площадку перед входом в цех.
При этом для превращения собранного вторсырья в готовое изделие подходит не каждый пластик. Чтобы в процессе производства и будущей эксплуатации не возникало токсичных испарений или выбросов, на «ЭкоЗаводе» принимают отходы лишь трёх категорий, раскрывает секреты фирмы собеседник.
Это вторая категория — PEHD (HDPE) или ПНД — полиэтилен низкого давления (крышечки от бутылок, канистры, флаконы бытовой химии и косметики, ящики от фруктов); четвёртая — PELD (LDPE) или ПВД — полиэтилен высокого давления (пакеты, полиэтилен, плёнка); пятая — РР или ПП — полипропилен (крышки от бутылок, вёдра, стаканчики от молочной продукции, упаковка для контактных линз).
В целом для переработки подходят и другие категории пластика, но они добавили бы хрупкости и пустот готовым изделиям, поэтому симферопольцы их не берут в оборот, уточняет менеджер.
«У нас ребята научились определять подручными средствами нужную категорию: подпалили, понюхали и установили, подходит или нет полученное сырьё. Кроме экологии, наша основная цель — надёжность готовых изделий в эксплуатации. Ведь по сути они «живут» столь же долго, сколько разлагается пластик в природе», — объясняет Кирилл Тарасенко.
Таким образом в месяц, по данным представителя завода, перерабатывается 5-7 тонн пластика. Если порой для выполнения большого заказа сырья не хватает, то его приходится закупать дополнительно. В таких случаях используется не вторичный, а первичный пластик.
Меньше мусора — больше красоты
Узнав теоретические азы производства, заходим в первый цех, чтоб познакомиться с технологической практикой. Здесь на паллетах выстроены ряды отдельных частей изделий: ножки и спинки скамеек, стенки урн. Как объясняет наш проводник, готовая продукция настолько тяжёлая, что её транспортируют в разобранном виде, а собирают уже на месте. К примеру, двухметровая лавочка со спинкой весит 150 кг, при этом на её изготовление уходит более 60 кг пластика.
Центральное место в этом цеху занимает аппарат для дробления поступающего сырья. Представитель завода демонстрирует его работу, закладывая внутрь аппарата полипропиленовые горшки из-под тепличной рассады, поступившие от одного из агроцентров под Симферополем. Пару секунд спустя в специально подставленный мешок высыпается пластиковая труха необходимой фракции.
Так выглядит пластик после дробления на аппарате.
Тем временем Кирилл Тарасенко на словах описывает, что происходит дальше. Полученную после измельчения массу смешивают с песком. На этом этапе также добавляется пигмент, благодаря чему изделие может приобрести определённый цвет, и его в будущем не придётся дополнительно красить.
«Песок идёт как наполнитель, а пластик — как связующее вещество», — объясняет технологию менеджер, провожая нас в следующий цех.
Здесь находится сердце производства — машина по нагреванию и смешиванию, внутрь которой засыпают полимерпесчаный композит. При нас этот аппарат пока не включают, поскольку оборудование ещё «разогревается», уточняет Тарасенко, поэтому приходится поверить на слово.
Часть спинки будущей скамейки на аппарате для штамповки.
Внутри агрегата композит нагревается до 160 градусов, превращаясь в массу, похожую по консистенции на густое тесто. Далее формовщик, надев войлочные перчатки, вручную перекладывает эту полимерпесчаную «сдобу» в металлическую форму, соответствующую изготовляемой детали.
«Необходимо грамотно положить по массе ровно столько, сколько надо для формовки, чтобы не осталось лишнего и не было недолива», — уточняет детали представитель завода.
После чего отформованное сырьё отправляют под пресс на три-пять минут. Если при этом возникает брак или излишки, то их ещё раз прогоняют через все этапы производства, не оставляя таким образом никаких отходов. Собеседник со смехом признаётся, что если клиенту надоела полимерпесчаная лавочка, то её запросто можно превратить на заводе в забор и в любое другое изделие.
Отбракованные изделия не выкидывают, им дают второй шанс.
Дальше остаётся последний этап — остывший материал шлифуют и обрабатывают.
Не отличить от оригинала
Оставляем рабочих менять формы для заливки смеси и переходим к уже готовым изделиям и их запчастям. Стеночка из урн переложена кусками картона, пирамида террасной доски высится на большом столе, а ножки будущих скамеек рядком прислонены к стене — практически готовый шоурум.
И хотя на материке немало похожих производств, симферопольские изделия пользуются спросом не только в Крыму, рассказывает Кирилл Тарасенко. Несмотря на расстояние, заказчику может приглянуться как дизайн лавочки или скамейки, так и паттерн рисунка тротуарной плитки или террасной доски у крымчан.
Навес над мусорными баками во дворике Совмина Крыма.
Что касается родного полуострова, то необычные изделия заказывают в основном муниципалитеты, признаёт собеседник. К примеру, во внутреннем дворике Совета Министров Республики Крым мусорные баки спрятаны под полимерпесчаным навесом, в Бахчисарае можно отдохнуть на скамейке из того же материала возле памятника Гаспринскому, в Симферополе — на лавочках перед поликлиникой №2 на ул. Лермонтова.
Скамейка возле памятника Гаспринскому, Бахчисарай.
Частников среди клиентов завода меньше, поскольку для многих «цены кусаются». Впрочем, если брать в расчёт долговечность изделий, то затраты оправдывают себя. Так, один из евпаторийских отелей находится на первой линии у моря, поэтому соль и вода за одну зиму буквально «съедают» все попытки благоустройства территории. Так что установка полимерпесчаных скамеек и урн стала спасением для заведения, рассказывает собеседник.
Не обходится и без курьёзов: в Джанкое установили скамейку «ЭкоЗавода» на сделанную там же площадку «под дерево». Это вызвало шквал гневных публикаций в соцсетях: мол, кто додумался поставить на деревянный постамент такую тяжёлую скамейку.
«Люди не верят и даже не предполагают, что это не деревянное изделие! Мы вынуждены были прикрепить свои шильдики: «Сделано из полимерпесчаного композита», — приводит пример Кирилл.
На достигнутом заводчане останавливаться не собирается, осваивая новые направления и внедряя в производство новые виды изделий. Главное — чтобы было достаточно пластика для переработки.
А это уже дело для нас с вами!
Читайте по теме: Единственный в стране: как крымский «Титан» собирается завоевывать российский рынок
Пелагея Попова
Фото: Пелагея Попова|ForPost; из архива Кирилла Тарасенко
Пластик бывшим не бывает
Площадка перед входом в производственные цеха «украшена» гигантскими тюками с пластиковым вторсырьём. Наш провожатый, менеджер «ЭкоЗавода» Кирилл Тарасенко подчёркивает, что вокруг — не мусор, а именно вымытое и высушенное вторичное сырьё, которое поставляют другие предприятия и крымские волонтёры, занимающиеся сортировкой отходов.
Тюки с вторсырьём занимают площадку перед входом в цех.
При этом для превращения собранного вторсырья в готовое изделие подходит не каждый пластик. Чтобы в процессе производства и будущей эксплуатации не возникало токсичных испарений или выбросов, на «ЭкоЗаводе» принимают отходы лишь трёх категорий, раскрывает секреты фирмы собеседник.
Это вторая категория — PEHD (HDPE) или ПНД — полиэтилен низкого давления (крышечки от бутылок, канистры, флаконы бытовой химии и косметики, ящики от фруктов); четвёртая — PELD (LDPE) или ПВД — полиэтилен высокого давления (пакеты, полиэтилен, плёнка); пятая — РР или ПП — полипропилен (крышки от бутылок, вёдра, стаканчики от молочной продукции, упаковка для контактных линз).
В целом для переработки подходят и другие категории пластика, но они добавили бы хрупкости и пустот готовым изделиям, поэтому симферопольцы их не берут в оборот, уточняет менеджер.
«У нас ребята научились определять подручными средствами нужную категорию: подпалили, понюхали и установили, подходит или нет полученное сырьё. Кроме экологии, наша основная цель — надёжность готовых изделий в эксплуатации. Ведь по сути они «живут» столь же долго, сколько разлагается пластик в природе», — объясняет Кирилл Тарасенко.
Таким образом в месяц, по данным представителя завода, перерабатывается 5-7 тонн пластика. Если порой для выполнения большого заказа сырья не хватает, то его приходится закупать дополнительно. В таких случаях используется не вторичный, а первичный пластик.
Меньше мусора — больше красоты
Узнав теоретические азы производства, заходим в первый цех, чтоб познакомиться с технологической практикой. Здесь на паллетах выстроены ряды отдельных частей изделий: ножки и спинки скамеек, стенки урн. Как объясняет наш проводник, готовая продукция настолько тяжёлая, что её транспортируют в разобранном виде, а собирают уже на месте. К примеру, двухметровая лавочка со спинкой весит 150 кг, при этом на её изготовление уходит более 60 кг пластика.
Центральное место в этом цеху занимает аппарат для дробления поступающего сырья. Представитель завода демонстрирует его работу, закладывая внутрь аппарата полипропиленовые горшки из-под тепличной рассады, поступившие от одного из агроцентров под Симферополем. Пару секунд спустя в специально подставленный мешок высыпается пластиковая труха необходимой фракции.
Так выглядит пластик после дробления на аппарате.
Тем временем Кирилл Тарасенко на словах описывает, что происходит дальше. Полученную после измельчения массу смешивают с песком. На этом этапе также добавляется пигмент, благодаря чему изделие может приобрести определённый цвет, и его в будущем не придётся дополнительно красить.
«Песок идёт как наполнитель, а пластик — как связующее вещество», — объясняет технологию менеджер, провожая нас в следующий цех.
Здесь находится сердце производства — машина по нагреванию и смешиванию, внутрь которой засыпают полимерпесчаный композит. При нас этот аппарат пока не включают, поскольку оборудование ещё «разогревается», уточняет Тарасенко, поэтому приходится поверить на слово.
Часть спинки будущей скамейки на аппарате для штамповки.
Внутри агрегата композит нагревается до 160 градусов, превращаясь в массу, похожую по консистенции на густое тесто. Далее формовщик, надев войлочные перчатки, вручную перекладывает эту полимерпесчаную «сдобу» в металлическую форму, соответствующую изготовляемой детали.
«Необходимо грамотно положить по массе ровно столько, сколько надо для формовки, чтобы не осталось лишнего и не было недолива», — уточняет детали представитель завода.
После чего отформованное сырьё отправляют под пресс на три-пять минут. Если при этом возникает брак или излишки, то их ещё раз прогоняют через все этапы производства, не оставляя таким образом никаких отходов. Собеседник со смехом признаётся, что если клиенту надоела полимерпесчаная лавочка, то её запросто можно превратить на заводе в забор и в любое другое изделие.
Отбракованные изделия не выкидывают, им дают второй шанс.
Дальше остаётся последний этап — остывший материал шлифуют и обрабатывают.
Не отличить от оригинала
Оставляем рабочих менять формы для заливки смеси и переходим к уже готовым изделиям и их запчастям. Стеночка из урн переложена кусками картона, пирамида террасной доски высится на большом столе, а ножки будущих скамеек рядком прислонены к стене — практически готовый шоурум.
И хотя на материке немало похожих производств, симферопольские изделия пользуются спросом не только в Крыму, рассказывает Кирилл Тарасенко. Несмотря на расстояние, заказчику может приглянуться как дизайн лавочки или скамейки, так и паттерн рисунка тротуарной плитки или террасной доски у крымчан.
Навес над мусорными баками во дворике Совмина Крыма.
Что касается родного полуострова, то необычные изделия заказывают в основном муниципалитеты, признаёт собеседник. К примеру, во внутреннем дворике Совета Министров Республики Крым мусорные баки спрятаны под полимерпесчаным навесом, в Бахчисарае можно отдохнуть на скамейке из того же материала возле памятника Гаспринскому, в Симферополе — на лавочках перед поликлиникой №2 на ул. Лермонтова.
Скамейка возле памятника Гаспринскому, Бахчисарай.
Частников среди клиентов завода меньше, поскольку для многих «цены кусаются». Впрочем, если брать в расчёт долговечность изделий, то затраты оправдывают себя. Так, один из евпаторийских отелей находится на первой линии у моря, поэтому соль и вода за одну зиму буквально «съедают» все попытки благоустройства территории. Так что установка полимерпесчаных скамеек и урн стала спасением для заведения, рассказывает собеседник.
Не обходится и без курьёзов: в Джанкое установили скамейку «ЭкоЗавода» на сделанную там же площадку «под дерево». Это вызвало шквал гневных публикаций в соцсетях: мол, кто додумался поставить на деревянный постамент такую тяжёлую скамейку.
«Люди не верят и даже не предполагают, что это не деревянное изделие! Мы вынуждены были прикрепить свои шильдики: «Сделано из полимерпесчаного композита», — приводит пример Кирилл.
На достигнутом заводчане останавливаться не собирается, осваивая новые направления и внедряя в производство новые виды изделий. Главное — чтобы было достаточно пластика для переработки.
А это уже дело для нас с вами!
Читайте по теме: Единственный в стране: как крымский «Титан» собирается завоевывать российский рынок
Пелагея Попова
Фото: Пелагея Попова|ForPost; из архива Кирилла Тарасенко