День России: выстрел в висок Советскому Союзу

Выборы 12 июня 1991 года привели к установлению двоевластия в стране. Это был выстрел в висок Советскому Союзу. За ним последовали конвульсии. Сейчас это называется Днем России. Робкий протест был предпринят в августе в ходе известных событий, но они уже ничего не могли изменить – страна пребывала в коме.

После 17 марта, когда референдум по сохранению СССР был нейтрализован референдумом по введению поста президента РСФСР, все стали жить новой датой 12 июня.

Одним из актов раскрутки главного демократического кандидата – Бориса Ельцина стали протесты горняков. Новая волна шахтерских забастовок накрыла страну сразу после дня референдумов. Причем, на этот раз на первый план выходили политические требования: отставка президента СССР, Съезда народных депутатов СССР и переход власти к Совету Федерации суверенных республик. В шахтерских регионах и голосование на референдуме было крайне благоприятным для Ельцина, а во время забастовок наиболее активную помощь шахтерам оказывала «ДемРоссия».

Победа Ельцина на президентских выборах 12 июня была предсказуема, ведь само установление этого поста воспринималось в качестве его личной победы. На мартовском референдуме – президентский пост РСФСР был практически синонимичен Ельцину. Голосовали за пост и за Бориса Николаевича.

Его представляли в качестве человека, бросившего вызов партийным и административно-командным структурам, пошедшего поперек системы, видели в нем избавителя от начальников, проводника в прекрасное будущее. За Ельцина выступали, полагая, что он символизирует движение, что является главным бронебойным снарядом против бастиона высшей бюрократии и партократии.

Одним из аргументов в пользу Ельцина было то, что при нем «заговорили». Горбачев довел страну до критического состояния, до межнациональный конфликтов, до пустых магазинов, до экономического обвала, разгула преступности, а Ельцин нарушил молчание и сказал обо всем «правду». На этом основании он именуется борцом за народ. Без него произойдет поворот вспять и Россия вновь станет «послушной дойной коровой» для других республик Союза.

Главный ельцинский конкурент, ставленник союзного центра Николай Рыжков выставлялся в качестве кандидата системы и номенклатуры, а вовсе не народа. За ним, дескать, стоят силы, которым есть что терять. Рыжков становился символом всех проблем, свалившихся на страну, завал всех программ спасения экономики, а также привилегий, с которыми яростно сражается Борис Николаевич.

Те же, кто за Ельцина – им «нечего терять». На самом деле мощный аргумент. Вкупе с перестроечной установкой «иное не дано», которое повторялось заклинанием на все лады, он создавал гремучую смесь, в том числе для радикализма разрушения.

Ельцин – воспринимался символом всего нового и прогрессивного, противостояния коммунистам, которые тянут страну в прошлое. В нем они сами застряли и тянут туда же на погибель других.

В регионах демократы сравнивали Ельцина с «коренным», который «потянул нашу русскую птицу-тройку», поднимающуюся с колен. Он был символом радикальных – то есть быстрых и результативных – реформ. Он также и вектор на сотрудничество с Западом. Тогда утверждалось, что без Запада страна не обойдется, а он даст деньги только под реформы и «демократические преобразования» – под Ельцина. Все в духе Остапа Бендера: «Запад нам поможет!..»

Тогда весомым аргументом голосования за Ельцина могла быть, например, и передача, показанная по телевидению. Так, в программе «Зайцы» было рассказано о представителях высших военных слоев, которые якобы систематически занимаются разбазариванием государственных средств: арендуют самолеты у Аэрофлота для доставки своих близких, родных, жен на курорты в Сочи, Симферополь. Обвинялись генералы и в том, что используют самолеты для того, чтобы попасть на совещания или партийную конференцию. Само собой, если Ельцин станет президентом, то не позволит так разбазаривать государственные деньги. Ничего не напоминает из нынешних сенсационных откровений-разоблачений?..

Позиция критиков заключалась в том, что из Ельцина создают вождя. Делался акцент на том, что Ельцин все свои выступления начинает с обвинений центра, но сам своих предвыборных обещаний не выполнил. Отмечалась и спекуляции на образе страдальца, который рождает героя. На этом и была сделана его карьера. Задавались и вопросом: отчего самыми яростными демократами становятся бывшие в недавнем прошлом коммунисты, пропагандисты и агитаторы. Прозрели или у них есть свои цели?..

По данным Центризбиркома, на президентских выборах 91-го года Борис Ельцин набрал 57,4 процента избирателей, его главный конкурент – советский премьер Николай Рыжков – всего 17,3 процента. Многие вспоминали тогда горбачёвскую фразу 1987 года, когда советский генсек обещал больше не пустить в политику Бориса…

В этот же день, 12 июня, в духе следования демократической моде, в трех городах избрали мэров. Тогда мэром Ленинграда (вскоре его переименуют) стал Анатолий Собчак, Москвы – Гавриил Попов. В городе Северодвинске Архангельской области избрали местного демократа, возглавлявшего горсовет, Валерия Лыскова – активного сторонника реформ и Ельцина. Через три года он скончался в тюремной больнице, куда попал по обвинению во взяточничестве…

После июньских президентских выборов – «Дня независимости», на которых Ельцин легко победил союзного ставленника Николая Рыжкова, в стране наступает двоевластие. До августа оставалось совсем чуть-чуть, он был неизбежен и был необходим всем сторонам.

Всем был памятен финальный аккорд на службе советского строя министра иностранных дел Эдуарда Шеварднадзе, когда тот с трибуны IV Съезда народных депутатов СССР 20 декабря 1990 года заявил об отставке «в знак протеста против надвигающейся диктатуры». Тогда же он вышел и из КПСС. «Путч» будто придумали, внушили, что, как водится, другой альтернативы нет. Подводили к этому все обстоятельства, которые также «работали» на это скорое разрешение ситуации. Так и страна подошла к своему узловому событию. Слова Шеварднадзе вскоре материализовались. Все ожидали их реализации, а противовеса не было. Не было другой воли, причем не только у Горбачёва.

Иначе и не могло быть: последней каплей, спровоцировавшей «путч» августа, стал указ вступившего в должность президента РСФСР Бориса Ельцина от 20 июля 1991 года «О прекращении деятельности организационных структур политических партий и массовых общественных движений в государственных органах, учреждениях и организациях РСФСР». Документ был направлен на изгнание структур КПСС, которые отстраняются от власти и влияния на происходящие процессы. Так была объявлена «департизация» – война с КПСС, которую после событий августа Ельцин потребовал запретить.

После учреждения двоевластия Ельцин пошел на обострение и стал играть ва-банк. Он понимал алгоритм, по которому следует действовать, ведь он сам еще совсем недавно поддержал лидеров прибалтийских республик в их борьбе за независимость и против союзного центра. События тогда развивались как под копирку.

Наступал День России – новая веха в истории отечественной цивилизации. Наступал он ценой колоссальных, неведомых ранее утрат. Да и сам воспринимался чем-то временным, переходным. То ли полная пустота после него, очередные рубцы расколов и слово о погибели, то ли новое качество, за которым последует восстановление «исторической России». Ни история, ни мы еще не ответили на этот вопрос. Хотя и 30 лет – огромный срок. Если отсчитать такой период от Октябрьской революции, то СССР уже провел индустриализацию, коллективизацию, поборол безграмотность, победил в величайшей войне и стоял на пороге создания атомной бомбы…

В качестве оправдания нашим событиям 30-летний давности говорят об их бескровности, что удалось не допустить гражданского противостояния. Но, опять же, можно предположить, что та самая гражданская распря, а то и война, протянулась на десятилетия, и еще неизвестно, какой у нее будет финал и чем обернется. Речь даже не про эхо тех времен, сами события 30-летней давности еще не завершены. Это наш эпос современности. Героический ли, постыдный?..