Что привело к крымской катастрофе 1942 года
Практически одновременно в мае 1942 года на советско-германском фронте произошли две катастрофы: разгром советских армий под Харьковом (Барвенковский котел) и в разгром Крымского фронта. Если первая подробно описана, то о второй стараются не вспоминать, как будто бы там ничего страшного и не было.
Неудачная оборона Крыма осенью 1941 года
Предтечей этой катастрофы были не совсем удачные события по обороне Крыма осенью 1941 года. Для обороны Крыма в августе была сформирована 51-я армия под командованием генерала Кузнецова, противостояла ей на южном крыле советско-германского фронта 11-я немецкая армия, в командование которой вступил генерал Манштейн.
Единственным местом для вторжения в Крым был Перекопский перешеек шириной всего 7 км. Наступление по нему могло вестись только фронтально. Перешеек был хорошо оборудован для обороны сооружениями полевого типа. На всю ширину его пересекал древний «Татарский ров» глубиной до 15 м.
В составе 51-й армии было восемь стрелковых и три кавалерийских дивизии. Четыре дивизии были расположены на побережье для борьбы с морскими десантами, три кавалерийских дивизии в центре полуострова, для отражения воздушных десантов и одна в резерве. Одна дивизия обороняла Перекопский перешеек, одна Чонгар и Арабатскую стрелку и одна растянулась на побережье залива Сиваш. То есть больше половины 51-й армии находилось не там, где началось наступление немцев. Манштейн считал, что с учетом местности «даже упорной обороны трех дивизий было достаточно, чтобы не допустить вторжения в Крым 54-го армейского корпуса».
Перешедшие 9 сентября в наступление немецкие войска 16 сентября вышли к Чонгарскому мосту и 26 сентября прорвали советскую оборону, взяли Перекоп и преодолели «Татарский ров». После этого они прекратили наступление на Крым, так как им пришлось перебросить часть войск на другие участки фронта. Немцам, взяв Перекоп, необходимо было преодолеть еще более узкий Ишуньский перешеек (шириной 3-4 км).
18 октября, к началу второго наступления, немецкие войска насчитывали шесть дивизий. Им противостояли 12 стрелковых и четыре кавалерийские дивизии. Этих сил было вполне достаточно для прочной обороны крымских перешейков. У советских войск было преимущество в живой силе и значительное число танков, у немцев не был они одного танка, но было преимущество в артиллерии.
Однако командование 51-й армии разбросало свои силы по всему полуострову. Три стрелковые и две кавалерийские дивизии обеспечивали охрану побережья, две стрелковые и одна кавалерийская дивизия были в резерве. Для обороны перешейков на ишуньских позициях в одном эшелоне были развернуты четыре стрелковые дивизии, еще одна дивизия — на Чонгарском полуострове.
20 октября немцам удалось взять ишуньские укрепления, в течение трех дней ожесточенных боев прорвать оборону советских войск на всю ее глубину, выйти на оперативный простор и начать наступление на Керченский полуостров. Управление войсками было потеряно, генерала Кузнецова отстранили от командования. В результате октябрьского наступления немецкие дивизии разгромили превосходящую их 51-ю армию, от которой остались отступающие разрозненные и деморализованные остатки войск.
Подошедшие части Приморской армии начали отходить на юг в строну Севастополя, гарнизон которого в это время был очень слаб, а остатки 51-й армии на Керчь. Советские войска в Крыму разделились на две части и потеряли общее управление.
Несмотря на достаточные силы, командование не сумело организовать оборону Керченского полуострова, к 16 ноября последние части 51-й армии были эвакуированы на Таманский полуостров, часть войск ушла в Аджимушкайские каменоломни и продолжила там сражаться. По современным данным, потери в Крымской оборонительной операции составили 63 860 человек, немецкие источники говорят о захвате около 100 тыс. пленных. В итоге весь Крым, кроме Севастополя, оказался в руках немцев, спастись удалось лишь части советских войск, потерявших все тяжелое вооружение.
Керченско-Феодосийская десантная операция в декабре 1941 года
Потеря Крыма осложнила положение советских войск на Кубани и Северном Кавказе, а также обороняющегося в кольце Севастополя. Для восстановления положения советское командование в декабре 1941 года решило провести Керченско-Феодосийскую десантную операцию, использовав для этого и всю мощь Черноморского флота. Вблизи Керчи 26 декабря высадился десант. 30 декабря в Феодосийском порту, а также 5 января 1942 года был осуществлен десант батальона морской пехоты в порту Евпатории, но он был полностью уничтожен немцами. Войскам была поставлена задача окружить и уничтожить керченскую группировку противника, затем деблокировать Севастополь и полностью освободить Крым.
Главный удар в районе Феодосии наносила 44-я армия, а вспомогательный, в районе Керчи, — 51-я армия. Группировка насчитывала 82 тысячи человек, 43 танка, 198 орудий, поддерживали десант более 700 самолетов. Три стрелковые и одна кавалерийская дивизии находились в резерве на Тамани. Для десанта использовалось более 200 судов Черноморского флота. За 8 дней боев Красная армия продвинулись на 100—110 км и освободила весь Керченский полуостров.
Командующий 42-м немецким корпусом генерал Шпонек, опасаясь окружения, приказал войскам отойти с Керченского полуострова, Манштейн отменил приказ, но он не дошел до войск. Немецкие войска, бросив тяжелое вооружение, отступили, за это генерал Шпонек был предан суду и приговорен к расстрелу.
Несмотря на успех советских войск в этой операции, генерал Манштейн, тем не менее, в своих мемуарах писал о неудачных действиях советского командования. Вместо того чтобы силы 44-й армии, имеющей тройное превосходство, бросить на уничтожение коммуникаций 11-й немецкой армии, а силы 51-й армии — на захват железной дороги Симферополь-- Джанкой, что реально могло привести к разгрому 11-й армии, они действовали нерешительно и решали только тактическую задачу по окружению керченской группировки немцев.
Воспользовавшись этим, немцы, перебросив часть войск от Севастополя, перешли 15 января в контрнаступление в районе Владиславовки и 18 января отбили Феодосию. Советские войска отошли на 15-20 км восточнее и заняли оборону в самой узкой части полуострова на Ак-Монайских позициях.
Следует отметить особую черту отдельных советских соединений. Они в основном формировались из жителей Закавказья. 63-я горнострелковая дивизия была официально грузинской, а 396-я дивизия — азербайджанской. Эти соединения характеризовались плохой дисциплиной, слабой подготовкой, низким моральным состоянием, в 63-й дивизии были массовые переходы на сторону немцев и убийства командиров.
63-я дивизия была задействована в районе Феодосии и прославилась массовой сдачей в плен на всех этапах операции. Манштейн в своих мемуарах приводит пример того, как в лагере для советских военнопленных под Феодосией при советском наступлении охрана лагеря разбежалась, а пленные в количестве 8000 человек строем без охраны направились не в сторону советских позиций, а на Симферополь к немцам.
В последующих боях 63-я дивизия была в первом эшелоне, а 396-я — во втором. При первом приближении немцев они разбегались, открывали фронт и сдавались, обе дивизии в мае были разгромлены и затем расформированы.
Неудачные действия Крымского фронта в феврале—апреле 1942 года
Для освобождения Крыма в конце января был образован Крымский фронт под командованием генерала Козлова и усилен 47-й армией. С целью усиления командования Крымского фронта в марте представителем Ставки был назначен армейский комиссар 1 ранга Мехлис, роль которого в разгроме фронта была довольно существенной. Прибыв на фронт, он сразу же развил бурную деятельность, сместил начальника штаба фронта генерала Толбухина и заменил его привезенным с собой генералом Вечным, а затем начал выяснение отношений с командующим фронтом безвольным генералом Козловым. Мехлис подмял под себя командование фронта и фактически подменил собой командующего фронтом, вмешивался в управление войсками, не будучи специалистом в военном деле.
Естественно, все это отразилось на боеготовности фронта. Войска фронта серьезно пополнялись и постоянно находились в напряженной готовности к наступлению, однако оно раз за разом переносилось. В то же время командование упорно не желало отдавать приказ на укрепление обороны, опасаясь снизить этим «наступательный дух» и расслабить солдат. Нервозная атмосфера и лихорадочная бессмысленная суета царили как в штабе, так и на линии фронта.
В феврале—апреле 1942 года Крымский фронт трижды предпринимал попытки наступления, но ничего не добился и понес большие потери. Двадцать седьмого февраля, одновременно с наступлением войск Севастопольского оборонительного района, части Крымского фронта в составе восьми дивизий и двух танковых батальонов при артиллерийской поддержке кораблей Черноморского флота попытались прорвать под Ак-Монаем оборону немцев.
Немецкая оборона на рубеже Яйлы — побережье Сиваша оказалась плотной, из-за узости фронта наступающие не могли использовать свое подавляющее численное превосходство. Потери были очень большими (только 32 тысячи убитыми и пропавшими без вести). В небе господствовала немецкая авиация, не позволяя обеспечивать снабжение войск. Начавшаяся весенняя распутица и болотистая местность не позволили развить наступление. Наступавшие из Севастополя войска также успеха не достигли. Наступление 19 марта было остановлено.
Командование фронта в условиях распутицы отказалось от попыток наступать по болотам вдоль берега Сиваша. 9 апреля наступление началось на южном фасе с целью захвата Кой-Ассана с последующим выходом на Феодосию. Это наступление флотом уже не поддерживалось и вновь результата не принесло. С 12 апреля войска Крымского фронта прекратили все активные действия
Майское наступление Манштейна
К началу мая войска Крымского фронта имели в своем составе семнадцать стрелковых и две кавалерийские дивизии, три стрелковые и четыре танковые бригады общей численностью триста тысяч человек (при трехстах пятидесяти танках). Им противостояли всего семь пехотных, одна танковая дивизия и одна кавалерийская бригада 11-й армии генерала Манштейна численностью около ста пятидесяти тысяч солдат. Пять дивизий немецкой армии были оставлены под Севастополем.
Несмотря на серьезное превосходство, позиция советских войск оказалось довольно шаткой. Основная ударная группировка в составе 47-й и 51-й армий сосредоточилась в выступе на северном участке фронта. Им была поставлена задача занять Кой-Ассан и развивать наступление по двум расходящимся направлением: на Феодосию и Джанкой. Соединения, достигнув небывалой плотности войск, сгрудились на узком перешейке, ширина которого в этом месте не превышала 20 км.
Возможность наступления противника командования фронтом вообще не рассматривалась. Войска были выстроены в два эшелона, однако второй эшелон оборонительных позиций не имел, руководство армиями готовилось вводить его в бой сразу же после прорыва обороны противника дивизиями первого эшелона.
Три армии занимали полосы по 8-10 км, основная масса войск 12 стрелковых дивизий была в первой полосе обороны. Крайне слабым был участок обороны 44-й армии, вторая линия обороны фактически сливалась с первой. Резервы фронта находились на расстоянии 15-20 км от переднего края. Первая полоса обороны была подготовлена плохо и не имела развитой сети окопов. Состояла из отдельных стрелковых ячеек, окопов, блиндажей, иногда даже не соединенных между собой ходами сообщения, хотя перед частью первой полосы обороны был вырыт противотанковый ров. Войсковые резервы располагались максимально близко к линии фронта.
Тыловая оборонительная позиция фронта проходила по Турецкому валу — цепи старых укреплений, располагавшихся на холмах в восточной, самой широкой части полуострова. Они не были оборудованы, к обороне здесь вообще никто не готовился. Командные пункты армий были расположены близко к фронту, запасные КП отсутствовали, при прорыве фронта управление войсками сразу же терялось. Противодесантная оборона побережья не организовывалась, маскировка войск и командно-наблюдательных пунктов практически отсутствовала. Несмотря на протесты командующего фронтом Козлова, Мехлис запретил выкапывать окопы для того, чтобы «не подрывать наступательный дух солдат». Перейдя к обороне, фронт сохранял наступательную группировку, 19 дивизий из 21,5 находились вблизи линии фронта.
Черноморский флот никакого участия в планируемой операции не принимал. Он бездействовал всю весну (до последнего сражения за Севастополь). Между тем в глубине вражеской обороны имелось множество мест, удобных для высадки десанта, который мог бы нанести удар в тыл немецкой обороны и в глубь полуострова, серьезных сил для укрепления этих пунктов у немцев просто не было. И дело здесь было уже не в Мехлисе, командиры всех уровней не выполняли должным образом своих обязанностей, войска были практически обречены.
На рассвете 8 мая немцы перешли в наступление, что явилось полной неожиданностью для командования фронта. В результате артиллерийских и авиационных налетов работа штабов была парализована, нарушены связь и управление войсками. Основной удар наносился на юге по слабым позициям, которые занимала 63-я горнострелковая дивизия 44-й армии, а в ее тылу беспрепятственно был высажен морской десант. Немецкая авиация господствовала над полем боя, а советские самолеты почти не появлялись.
Несмотря на то, что немецкая группировка уступала советской в людях в 2 раза, в артиллерии в 1,8 раза, в танках в 1,2 раза, и превосходила советскую лишь в самолетах в 1,7 раза, Манштейн решительным ударом прорвал оборону, командование фронта потеряло управление, дезорганизованные войска сдавались в плен и бежали в сторону Керчи.
В прорыв вошли танки, лишь ненадолго задержанные старым противотанковым рвом. Утром 10 мая Ставка приказала отвести войска Крымского фронта на Турецкий вал, но к этому времени немецкие части повернули на север и вышли в район дислокации советских резервов. Резервы были разбиты, так и не развернувшись в боевые порядки, часть из них поспешно отошла на восток, а часть оказались в плотном окружении на побережье Сиваша.
Флот практически продолжал бездействовать. Противник наступал по побережью плотными порядками, по которым флот легко мог нанести массированный артиллерийский удар, но ничего не было сделано. Утром 13 мая тыловая позиция была прорвана, на следующий день немецкие войска вышли к окраинам Керчи.
Началась спешная эвакуация города и оставшихся войск через пролив на Тамань, проходившая под постоянными атаками немецкой авиации. Керчь пала 15 мая, остатки советских войск отступили на полуостров восточнее города и 18 мая прекратили сопротивление. Эвакуация остатков войск с полуострова продолжался до 20 мая. Не успевшие эвакуироваться части численностью около пятнадцати тысяч человек ушли в Аджимушкайские каменоломни.
Общие потери советских войск в мае 1942 года на Керченском полуострове составили порядка 180 тысяч человек убитыми и пленными, а также 258 танков, 417 самолетов и 1133 орудия. На Таманский полуостров до 20 мая было эвакуировано около 120 тысяч военнослужащих. По немецким данным, их потери составили 7588 человек.
По числу общих потерь советских войск это поражение было схоже с разразившейся неделю спустя и куда более известной Харьковской катастрофой.
Разгром керченской группировки советских войск позволил немцам высвободить войска для завершающего штурма Севастополя, который пал в июле, и для летнего наступления на Кавказ.
Главным виновником катастрофы на Керченском полуострове Сталин объявил Мехлиса, командующего фронтом Козлова и начальника штаба Вечного. Они были понижены в званиях и должностях. 4 июня 1942 года в директиве Ставки утверждалось, что они, а также командующие армиями «обнаружили полное непонимание природы современной войны» и «пытались отразить атаки ударных группировок противника линейным построением обороны — уплотнением войск первой линии за счет уменьшения глубины боевых порядков обороны».
Неумелые действия советского командования не смогли ничего противопоставить хорошо рассчитанным шагам одного из лучших генералов вермахта.
Апухтин, https://apuhtin18.livejournal.com/69647.html
Неудачная оборона Крыма осенью 1941 года
Предтечей этой катастрофы были не совсем удачные события по обороне Крыма осенью 1941 года. Для обороны Крыма в августе была сформирована 51-я армия под командованием генерала Кузнецова, противостояла ей на южном крыле советско-германского фронта 11-я немецкая армия, в командование которой вступил генерал Манштейн.
Единственным местом для вторжения в Крым был Перекопский перешеек шириной всего 7 км. Наступление по нему могло вестись только фронтально. Перешеек был хорошо оборудован для обороны сооружениями полевого типа. На всю ширину его пересекал древний «Татарский ров» глубиной до 15 м.
В составе 51-й армии было восемь стрелковых и три кавалерийских дивизии. Четыре дивизии были расположены на побережье для борьбы с морскими десантами, три кавалерийских дивизии в центре полуострова, для отражения воздушных десантов и одна в резерве. Одна дивизия обороняла Перекопский перешеек, одна Чонгар и Арабатскую стрелку и одна растянулась на побережье залива Сиваш. То есть больше половины 51-й армии находилось не там, где началось наступление немцев. Манштейн считал, что с учетом местности «даже упорной обороны трех дивизий было достаточно, чтобы не допустить вторжения в Крым 54-го армейского корпуса».
Перешедшие 9 сентября в наступление немецкие войска 16 сентября вышли к Чонгарскому мосту и 26 сентября прорвали советскую оборону, взяли Перекоп и преодолели «Татарский ров». После этого они прекратили наступление на Крым, так как им пришлось перебросить часть войск на другие участки фронта. Немцам, взяв Перекоп, необходимо было преодолеть еще более узкий Ишуньский перешеек (шириной 3-4 км).
18 октября, к началу второго наступления, немецкие войска насчитывали шесть дивизий. Им противостояли 12 стрелковых и четыре кавалерийские дивизии. Этих сил было вполне достаточно для прочной обороны крымских перешейков. У советских войск было преимущество в живой силе и значительное число танков, у немцев не был они одного танка, но было преимущество в артиллерии.
Однако командование 51-й армии разбросало свои силы по всему полуострову. Три стрелковые и две кавалерийские дивизии обеспечивали охрану побережья, две стрелковые и одна кавалерийская дивизия были в резерве. Для обороны перешейков на ишуньских позициях в одном эшелоне были развернуты четыре стрелковые дивизии, еще одна дивизия — на Чонгарском полуострове.
20 октября немцам удалось взять ишуньские укрепления, в течение трех дней ожесточенных боев прорвать оборону советских войск на всю ее глубину, выйти на оперативный простор и начать наступление на Керченский полуостров. Управление войсками было потеряно, генерала Кузнецова отстранили от командования. В результате октябрьского наступления немецкие дивизии разгромили превосходящую их 51-ю армию, от которой остались отступающие разрозненные и деморализованные остатки войск.
Подошедшие части Приморской армии начали отходить на юг в строну Севастополя, гарнизон которого в это время был очень слаб, а остатки 51-й армии на Керчь. Советские войска в Крыму разделились на две части и потеряли общее управление.
Несмотря на достаточные силы, командование не сумело организовать оборону Керченского полуострова, к 16 ноября последние части 51-й армии были эвакуированы на Таманский полуостров, часть войск ушла в Аджимушкайские каменоломни и продолжила там сражаться. По современным данным, потери в Крымской оборонительной операции составили 63 860 человек, немецкие источники говорят о захвате около 100 тыс. пленных. В итоге весь Крым, кроме Севастополя, оказался в руках немцев, спастись удалось лишь части советских войск, потерявших все тяжелое вооружение.
Керченско-Феодосийская десантная операция в декабре 1941 года
Потеря Крыма осложнила положение советских войск на Кубани и Северном Кавказе, а также обороняющегося в кольце Севастополя. Для восстановления положения советское командование в декабре 1941 года решило провести Керченско-Феодосийскую десантную операцию, использовав для этого и всю мощь Черноморского флота. Вблизи Керчи 26 декабря высадился десант. 30 декабря в Феодосийском порту, а также 5 января 1942 года был осуществлен десант батальона морской пехоты в порту Евпатории, но он был полностью уничтожен немцами. Войскам была поставлена задача окружить и уничтожить керченскую группировку противника, затем деблокировать Севастополь и полностью освободить Крым.
Главный удар в районе Феодосии наносила 44-я армия, а вспомогательный, в районе Керчи, — 51-я армия. Группировка насчитывала 82 тысячи человек, 43 танка, 198 орудий, поддерживали десант более 700 самолетов. Три стрелковые и одна кавалерийская дивизии находились в резерве на Тамани. Для десанта использовалось более 200 судов Черноморского флота. За 8 дней боев Красная армия продвинулись на 100—110 км и освободила весь Керченский полуостров.
Командующий 42-м немецким корпусом генерал Шпонек, опасаясь окружения, приказал войскам отойти с Керченского полуострова, Манштейн отменил приказ, но он не дошел до войск. Немецкие войска, бросив тяжелое вооружение, отступили, за это генерал Шпонек был предан суду и приговорен к расстрелу.
Несмотря на успех советских войск в этой операции, генерал Манштейн, тем не менее, в своих мемуарах писал о неудачных действиях советского командования. Вместо того чтобы силы 44-й армии, имеющей тройное превосходство, бросить на уничтожение коммуникаций 11-й немецкой армии, а силы 51-й армии — на захват железной дороги Симферополь-- Джанкой, что реально могло привести к разгрому 11-й армии, они действовали нерешительно и решали только тактическую задачу по окружению керченской группировки немцев.
Воспользовавшись этим, немцы, перебросив часть войск от Севастополя, перешли 15 января в контрнаступление в районе Владиславовки и 18 января отбили Феодосию. Советские войска отошли на 15-20 км восточнее и заняли оборону в самой узкой части полуострова на Ак-Монайских позициях.
Следует отметить особую черту отдельных советских соединений. Они в основном формировались из жителей Закавказья. 63-я горнострелковая дивизия была официально грузинской, а 396-я дивизия — азербайджанской. Эти соединения характеризовались плохой дисциплиной, слабой подготовкой, низким моральным состоянием, в 63-й дивизии были массовые переходы на сторону немцев и убийства командиров.
63-я дивизия была задействована в районе Феодосии и прославилась массовой сдачей в плен на всех этапах операции. Манштейн в своих мемуарах приводит пример того, как в лагере для советских военнопленных под Феодосией при советском наступлении охрана лагеря разбежалась, а пленные в количестве 8000 человек строем без охраны направились не в сторону советских позиций, а на Симферополь к немцам.
В последующих боях 63-я дивизия была в первом эшелоне, а 396-я — во втором. При первом приближении немцев они разбегались, открывали фронт и сдавались, обе дивизии в мае были разгромлены и затем расформированы.
Неудачные действия Крымского фронта в феврале—апреле 1942 года
Для освобождения Крыма в конце января был образован Крымский фронт под командованием генерала Козлова и усилен 47-й армией. С целью усиления командования Крымского фронта в марте представителем Ставки был назначен армейский комиссар 1 ранга Мехлис, роль которого в разгроме фронта была довольно существенной. Прибыв на фронт, он сразу же развил бурную деятельность, сместил начальника штаба фронта генерала Толбухина и заменил его привезенным с собой генералом Вечным, а затем начал выяснение отношений с командующим фронтом безвольным генералом Козловым. Мехлис подмял под себя командование фронта и фактически подменил собой командующего фронтом, вмешивался в управление войсками, не будучи специалистом в военном деле.
Естественно, все это отразилось на боеготовности фронта. Войска фронта серьезно пополнялись и постоянно находились в напряженной готовности к наступлению, однако оно раз за разом переносилось. В то же время командование упорно не желало отдавать приказ на укрепление обороны, опасаясь снизить этим «наступательный дух» и расслабить солдат. Нервозная атмосфера и лихорадочная бессмысленная суета царили как в штабе, так и на линии фронта.
В феврале—апреле 1942 года Крымский фронт трижды предпринимал попытки наступления, но ничего не добился и понес большие потери. Двадцать седьмого февраля, одновременно с наступлением войск Севастопольского оборонительного района, части Крымского фронта в составе восьми дивизий и двух танковых батальонов при артиллерийской поддержке кораблей Черноморского флота попытались прорвать под Ак-Монаем оборону немцев.
Немецкая оборона на рубеже Яйлы — побережье Сиваша оказалась плотной, из-за узости фронта наступающие не могли использовать свое подавляющее численное превосходство. Потери были очень большими (только 32 тысячи убитыми и пропавшими без вести). В небе господствовала немецкая авиация, не позволяя обеспечивать снабжение войск. Начавшаяся весенняя распутица и болотистая местность не позволили развить наступление. Наступавшие из Севастополя войска также успеха не достигли. Наступление 19 марта было остановлено.
Командование фронта в условиях распутицы отказалось от попыток наступать по болотам вдоль берега Сиваша. 9 апреля наступление началось на южном фасе с целью захвата Кой-Ассана с последующим выходом на Феодосию. Это наступление флотом уже не поддерживалось и вновь результата не принесло. С 12 апреля войска Крымского фронта прекратили все активные действия
Майское наступление Манштейна
К началу мая войска Крымского фронта имели в своем составе семнадцать стрелковых и две кавалерийские дивизии, три стрелковые и четыре танковые бригады общей численностью триста тысяч человек (при трехстах пятидесяти танках). Им противостояли всего семь пехотных, одна танковая дивизия и одна кавалерийская бригада 11-й армии генерала Манштейна численностью около ста пятидесяти тысяч солдат. Пять дивизий немецкой армии были оставлены под Севастополем.
Несмотря на серьезное превосходство, позиция советских войск оказалось довольно шаткой. Основная ударная группировка в составе 47-й и 51-й армий сосредоточилась в выступе на северном участке фронта. Им была поставлена задача занять Кой-Ассан и развивать наступление по двум расходящимся направлением: на Феодосию и Джанкой. Соединения, достигнув небывалой плотности войск, сгрудились на узком перешейке, ширина которого в этом месте не превышала 20 км.
Возможность наступления противника командования фронтом вообще не рассматривалась. Войска были выстроены в два эшелона, однако второй эшелон оборонительных позиций не имел, руководство армиями готовилось вводить его в бой сразу же после прорыва обороны противника дивизиями первого эшелона.
Три армии занимали полосы по 8-10 км, основная масса войск 12 стрелковых дивизий была в первой полосе обороны. Крайне слабым был участок обороны 44-й армии, вторая линия обороны фактически сливалась с первой. Резервы фронта находились на расстоянии 15-20 км от переднего края. Первая полоса обороны была подготовлена плохо и не имела развитой сети окопов. Состояла из отдельных стрелковых ячеек, окопов, блиндажей, иногда даже не соединенных между собой ходами сообщения, хотя перед частью первой полосы обороны был вырыт противотанковый ров. Войсковые резервы располагались максимально близко к линии фронта.
Тыловая оборонительная позиция фронта проходила по Турецкому валу — цепи старых укреплений, располагавшихся на холмах в восточной, самой широкой части полуострова. Они не были оборудованы, к обороне здесь вообще никто не готовился. Командные пункты армий были расположены близко к фронту, запасные КП отсутствовали, при прорыве фронта управление войсками сразу же терялось. Противодесантная оборона побережья не организовывалась, маскировка войск и командно-наблюдательных пунктов практически отсутствовала. Несмотря на протесты командующего фронтом Козлова, Мехлис запретил выкапывать окопы для того, чтобы «не подрывать наступательный дух солдат». Перейдя к обороне, фронт сохранял наступательную группировку, 19 дивизий из 21,5 находились вблизи линии фронта.
Черноморский флот никакого участия в планируемой операции не принимал. Он бездействовал всю весну (до последнего сражения за Севастополь). Между тем в глубине вражеской обороны имелось множество мест, удобных для высадки десанта, который мог бы нанести удар в тыл немецкой обороны и в глубь полуострова, серьезных сил для укрепления этих пунктов у немцев просто не было. И дело здесь было уже не в Мехлисе, командиры всех уровней не выполняли должным образом своих обязанностей, войска были практически обречены.
На рассвете 8 мая немцы перешли в наступление, что явилось полной неожиданностью для командования фронта. В результате артиллерийских и авиационных налетов работа штабов была парализована, нарушены связь и управление войсками. Основной удар наносился на юге по слабым позициям, которые занимала 63-я горнострелковая дивизия 44-й армии, а в ее тылу беспрепятственно был высажен морской десант. Немецкая авиация господствовала над полем боя, а советские самолеты почти не появлялись.
Несмотря на то, что немецкая группировка уступала советской в людях в 2 раза, в артиллерии в 1,8 раза, в танках в 1,2 раза, и превосходила советскую лишь в самолетах в 1,7 раза, Манштейн решительным ударом прорвал оборону, командование фронта потеряло управление, дезорганизованные войска сдавались в плен и бежали в сторону Керчи.
В прорыв вошли танки, лишь ненадолго задержанные старым противотанковым рвом. Утром 10 мая Ставка приказала отвести войска Крымского фронта на Турецкий вал, но к этому времени немецкие части повернули на север и вышли в район дислокации советских резервов. Резервы были разбиты, так и не развернувшись в боевые порядки, часть из них поспешно отошла на восток, а часть оказались в плотном окружении на побережье Сиваша.
Флот практически продолжал бездействовать. Противник наступал по побережью плотными порядками, по которым флот легко мог нанести массированный артиллерийский удар, но ничего не было сделано. Утром 13 мая тыловая позиция была прорвана, на следующий день немецкие войска вышли к окраинам Керчи.
Началась спешная эвакуация города и оставшихся войск через пролив на Тамань, проходившая под постоянными атаками немецкой авиации. Керчь пала 15 мая, остатки советских войск отступили на полуостров восточнее города и 18 мая прекратили сопротивление. Эвакуация остатков войск с полуострова продолжался до 20 мая. Не успевшие эвакуироваться части численностью около пятнадцати тысяч человек ушли в Аджимушкайские каменоломни.
Общие потери советских войск в мае 1942 года на Керченском полуострове составили порядка 180 тысяч человек убитыми и пленными, а также 258 танков, 417 самолетов и 1133 орудия. На Таманский полуостров до 20 мая было эвакуировано около 120 тысяч военнослужащих. По немецким данным, их потери составили 7588 человек.
По числу общих потерь советских войск это поражение было схоже с разразившейся неделю спустя и куда более известной Харьковской катастрофой.
Разгром керченской группировки советских войск позволил немцам высвободить войска для завершающего штурма Севастополя, который пал в июле, и для летнего наступления на Кавказ.
Главным виновником катастрофы на Керченском полуострове Сталин объявил Мехлиса, командующего фронтом Козлова и начальника штаба Вечного. Они были понижены в званиях и должностях. 4 июня 1942 года в директиве Ставки утверждалось, что они, а также командующие армиями «обнаружили полное непонимание природы современной войны» и «пытались отразить атаки ударных группировок противника линейным построением обороны — уплотнением войск первой линии за счет уменьшения глубины боевых порядков обороны».
Неумелые действия советского командования не смогли ничего противопоставить хорошо рассчитанным шагам одного из лучших генералов вермахта.
Апухтин, https://apuhtin18.livejournal.com/69647.html