Радио "Свобода": Войны Живковича. Что сербский доброволец делал в Донбассе

В 2018 году суды в Белграде вынесли приговоры разной степени жесткости в отношении 28 граждан Сербии – за участие в вооружённом конфликте на востоке Украины на стороне сепаратистов, которых поддерживает Россия. "Создатель первого иностранного добровольческого отряда в России за последние 100 лет" 43-летний Братислав Живкович был задержан полицейскими в белградском аэропорту в августе 2018-го – по подозрению в "организации участия в вооруженном конфликте в иностранном государстве". "Против меня у них ничего нет, они ничего не смогут доказать", – заявил Живкович в интервью Радио Свобода.

В октябре 2014 года парламент Сербии запретил гражданам своей страны участвовать в вооружённых конфликтах на территории иностранных государств, а также заниматься вербовкой добровольцев для участия в военных столкновениях за границей. Причиной стало то обстоятельство, что из разных районов Сербии на войны в Сирии и на востоке Украины отправились десятки или даже сотни добровольцев. Практика уголовных процессов против вернувшихся в Сербию ветеранов свидетельствует о том, что сербские суды по-разному относятся к мусульманам и православным, участвовавшим в заграничных войнах.

​В апреле 2018 года семеро граждан Сербии, воевавших в Сирии, были приговорены к тюремным срокам по статьям, имеющим отношение к терроризму. Из 28 сербов, осужденных за участие в конфликте на Украине, 26 приговорены к условному наказанию. К тому же в сербской Стратегии борьбы с терроризмом 2017–2021 не упоминается правый экстремизм, хотя около 70 граждан Сербии отправились добровольцами на Украину, по сравнению с 49 отправившимися в Сирию. Некоторые из участников боевых действий, освободившись от уголовной ответственности, ​возвращаются в Донбасс или уезжают в Россию. При этом Сербия официально поддерживает территориальную целостность Украины. Согласно сербскому законодательству, по окончании срока условного наказания прокуратура может возбудить новое уголовное дело, чтобы преследовать тех, кто нарушил условия освобождения. В противном случае такие лица считаются свободными. В сербской судебной практике обстоятельств для возможного возбуждения таких повторных дел ещё не возникало.

​"У многих сербских бойцов теперь есть в городах и селах Донбасса жены и дети, – сказал в интервью Радио Свобода "комендант Движения четников" Братислав Живкович. – Когда расследование по уголовному делу, в причастности к которому меня подозревают, закончится и мне вернут загранпаспорт, я тоже вернусь в Донецк".

Как сообщала Балканская служба Радио Свободная Европа со ссылкой на главу российской организации "Косовский фронт" Александра Кравченко (украинские власти считают его организатором отъезда балканских добровольцев в зону боевых действий на востоке страны), на "русской стороне" воюют несколько десятков граждан Сербии, Черногории, Боснии и Герцеговины, а также сербов, имеющих паспорта других европейских стран.

Есть среди сербских добровольцев и вполне медийные персонажи. О снайпере Деяне Бериче, который похваляется тем, что застрелил не одного украинского военного, режиссер Оля Шлехтер даже сняла вполне себе пропагандистский документальный фильм.

​Генпрокуратура Украины ведёт расследование действий шестерых граждан Сербии, подозревая их в участии в военных конфликтах в Донбассе. Шестёрка, в том числе и Живкович, подозревается в участии в нападениях на Вооруженные силы Украины в непризнанных "ДНР" и "ЛНР" в составе группы Unité Continentale, основанной в 2014 году в Белграде. Это организация ультраправого толка, в которой состояли граждане Франции, Сербии, Польши, Бразилии и других стран, подданные Бельгии. Одним из идеологов Unité Continentale считали бывшего французского военного Виктора Лента, уволившегося несколько лет назад из армии из-за подозрений в поджоге мечети. Идеология организации опиралась на идеи Ференца Салаши, который возглавлял нацистскую партию "Скрещенные стрелы", контролировавшую венгерское правительство в последние месяцы Второй мировой войны. Unité Continentale официально прекратила существование в 2015 году.

"Недоразумение"

Живкович в соцсетях и в заявлениях для прессы выступает как основатель и “комендант” незарегистрированной организации “Движение четников”. Это организация националистского толка, хранящая верность идеологии сербских ополченцев-монархистов периода Второй мировой войны. "Движение четников в Сербии существует с 1903 года, – говорит Живкович в интервью Радио Свобода. – Для меня очень важно сохранять традицию. Четники отправлялись на боевые операции группами из 10–15 человек. В 2014 году я отправился в Крым с группой из четырех человек. Там я сформировал отряд из 15 человек, чтобы помочь славянским братьям в создании условий для проведения референдума".

Крымский поход стал не первой войной Живковича – в начале 1990-х, когда ему было всего 16 лет, он отправился в Боснию, где познакомился с российскими казаками-добровольцами. В 1998–1999 годах он участвовал в боевых действиях в Косове. Дружеские связи с "боснийскими" казаками у Живковича сохранились. Благодаря этим связям он и организовал поездку на Украину, поначалу в Крым, где присоединился к так называемому Крымскому казачьему полку имени генерала Бакланова. "Наша задача состояла в том, чтобы охранять блокпост у Бахчисарая, на полдороге между Севастополем и Симферополем. У нас были такие же полномочия, как у казаков. Они нам оказали большую честь, учитывая то, что мы не казаки, а сербские четники; они к нам относились так, как будто мы русские". Живкович отказался сообщить, с какими еще казачьими организациями он сотрудничал.

"Меня подозревают в том, что я будто бы сформировал отряд для участия в военных столкновениях и в вербовке добровольцев, – рассказал Живкович. – В обвинении указано, что я являюсь членом организации "Народная армия Донбасса" (НАДО). Это правда, но следователи не поняли, что НАДО не военная, а гуманитарная организация". Живкович сообщил, что осенью 2014 года, накануне принятия поправок в Уголовный кодекс Сербии, ему якобы звонили некоторые сербские министры и предупреждали, что лучше вернуться в родную страну. Но Живкович решил остаться в Донецке: "С сентября 2014 года я в основном работаю в НАДО – мы организуем культурные мероприятия и спортивные турниры в ЛНР и ДНР. В рамках наших программ я читаю лекции по истории балканских народов. Я гражданин ЛНР и знаю, что в этой стране запрещено формирование военных отрядов, и я соблюдаю закон”.

Руководство "ЛНР" вручило паспорт Живковичу 28 июня 2017 года, в годовщину битвы на Косовом поле в 1389 году, которая в националистических кругах в Сербии считается одним из важнейших православных сражений против турок-османов, читай мусульманских захватчиков. В 2018 году министерство информации "ДНР" выдало Живковичу аккредитацию военного журналиста. В удостоверении указано, что Живкович работает корреспондентом болгарской организации "Сдружения Барсъ", которая считает своей основной задачей "развитие взаимопомощи в организации пребывания граждан Болгарии и ЕС в Украине и наоборот". Сербия, напомню, не является членом ЕС. На сайте болгарской организации есть блог, в котором с марта 2018-го по январь 2019-го опубликованы всего четыре статьи, других подтверждений того, что сотрудники "Барса" занимаются журналистикой, нет. "Мои статьи о Донбассе публиковались в разных заграничных изданиях. Я писал под псевдонимом", – отметил Живкович, но отказался сообщать подробности.

Кроме того, в прошлом году, по его словам, Живкович собирался поступить на исторический факультет университета в Донецке. "Я сдал вступительный экзамен и получил возможность обучаться на бюджетной основе", – рассказал он. Однако, чтобы подать документы в университет, он был должен предоставить диплом об окончании средней школы. "Я поехал в Сербию, чтобы забрать свои документы с машиностроительного факультета в Белграде, где обучался в молодости, но, к сожалению, тогда университета не окончил", – объяснил он. После ареста у Живковича отобрали загранпаспорт, и вернуться к получению высшего образования ему не удалось. "Обвинения против меня смешны, – считает он. – Всё, что делает прокуратура Украины, – совершенно необоснованно".

Донецкая жизнь, 2014–2018

– В самом начале столкновений, вы были в Донбассе?

– Война началась до моего приезда.

– Вы участвовали в столкновениях?

– Да, в Луганске. В самом начале войны солдаты с обеих сторон пытались не стрелять друг в друга, не убивать. Все просто охраняли свои позиции. Потом пришли фашисты из "Правого сектора", которые убивали даже кошек, просто потому что это были русские кошки. А потом все начали стрелять во всех.

– Вы тоже стреляли?

– Конечно. На сайте "Миротворец" (сайт "Центра по исследованию преступлений против национальной безопасности Украины". – РС) написано, что я “террорист со стажем”. (Смеётся)

– Почему вам это смешно?

– Конечно, это смешно. Террорист – человек, который захватывает чужую территорию и убивает гражданских людей. Мы этого не делали. Мы ничего не взрывали, не ходили по домам и не убивали невинных. Мы просто защищали местных жителей в Донбассе.

– Какими были ваши задачи в 2014 году?

– Мы защищали гражданских, особенно детей, помогали им эвакуироваться. Мы защищали право русских быть русскими. Там все, кроме немногочисленных украинских офицеров, которые потом уехали в Киев, хотели пойти на референдум. И мы помогли им провести этот референдум.

– Вы совершали преступления, в которых вас обвиняют?

– Мы не участвовали ни в одной наступательной операции, мы просто обороняли Луганск. После подписания Минских соглашений в сентябре 2014 года я распустил свой отряд из 15 человек, с которыми приехал из Сербии, и сказал: мы больше не будем участвовать в военных действиях. В Донбассе мне понравилось, я решил остаться в городе как гражданское лицо. Я занялся гуманитарной деятельностью. Встретил девушку.

– А девушка теперь у вас есть?

– Теперь нет...

– Вы участвовали в каких-нибудь боевых столкновениях после Минского соглашения?

– Нет, я всегда соблюдал закон. В Сербии я никогда даже штрафа не получал.

– У вас есть оружие?

– Нет.

– На недавних фотографиях в фейсбуке – вы с оружием в руках.

– И что? Я не могу взять оружие у знакомого и сфотографироваться? Это значит, что я участвую в войне? Я не военнослужащий, в Сербии против меня ведут политический процесс. Меня обвиняют в участии в войне, а там никакой войны нет, нет военного положения!

​– А враги у вас есть?

– На Украине меня хотят убить. За мою голову заплатили 20 тысяч долларов. Я знаю, что украинцы связывались с албанцами, с мусульманами из города Нови-Пазар (центр исторического региона Санджак на западе Сербии, между Черногорией и Косовом, большинство населения которого составляют мусульмане. – РС). Они пытались меня отыскать.

– Почему вас хотят убить?

– Почему… Ну что вам сказать…

– Вам понятно, почему кто-то готов заплатить 20 тысяч долларов за вашу голову?

– Я не исключение, а правило. Убили Моторолу, Мозгового (восточноукраинские полевые командиры. – РС), моего хорошего друга Бэтмена... Ничего не поделаешь.

– Вы получали какие-либо деньги за военную службу?

– Там была всего одна организация, которая воевала за деньги, – "ЧВК Вагнера". Все остальные бойцы были ополченцами и за это получали нормальную зарплату, 5–6 тысяч рублей. Наёмник – это тот, кто сражается за чуждые интересы, а мы просто защищали людей.

– Вы получили какие-нибудь награды за свои заслуги?

– У меня есть медаль за освобождение Крыма 2014 года. Кроме того, у меня медаль за оборону Севастополя. У меня разные медали России, но я не успел съездить и их получить, не было денег на такие поездки.

Живкович утверждает, что после возвращения в Донбасс займётся организацией Центра сербской культуры в Луганске и наладит мирную личную жизнь. "Может быть, у меня снова девушка появится", – мечтает он. На территории Луганской области во второй половине XVIII века с разрешения императрицы Екатерины Великой короткое время существовала небольшая сербская территориальная автономия, Славяносербия, население которой составляли мигрировавшие с контролировавшихся Османской империей территорий православные славяне. "Я хочу укреплять эти исторические связи, – уверяет Живкович. – Кроме того, в ЛНР и ДНР уже живут несколько сербов, у которых и дети родились, у некоторых уже двое, трое. Обязательно надо построить сербский культурный центр!"

“Если будет нужно, я снова возьму в руки оружие”

"Живкович довольно осторожно относится к материалам, которые выкладывает на своей странице в Фейсбуке, – считает Филип Рудич, журналист Балканской сети журналистов-расследователей и автор статьи об объявлениях Живковича в соцсетях. – Он пытается представлять себя как человека, который занимается гуманитарной деятельностью. Однако у Живковича много фотографий, на которых он запечатлён в форме, с военными, добровольцами и командирами".

Рудич отметил, что на странице "Комендант Братислав Живкович" в фейсбуке размещены фотографии 2018 года, которые свидетельствуют о том, что Движение четников активно действует на Украине. “Понятно, что он не гуманитарий – представителей гуманитарных организаций непривычно видеть в форме и с оружием в руках”, – уверен журналист. В соцсетях достаточно материалов, которые могли бы стать доказательствами стороны обвинения, если речь пойдет о перспективе уголовного наказания Живковича. На странице “Комендант Братислав Живкович” есть и видео 2017 года, на котором Живкович рассказывает компании казаков о своей готовности повоевать, “если будет нужно снова": "Я возьму оружие, и мои казаки, мои четники, и мы придём к вам на помощь, не только в России, а в любой православной стране”. Указано, что видео снято в Румынии.

Россия не забывает своих героев

В январе этого года депутат Государственной думы, член генсовета "Единой России" Евгений Фёдоров направил письмо президенту Сербии Александру Вучичу, в котором попросил "разобраться в сложившейся ситуации" с Братиславом Живковичем. Депутат добивался, чтобы – "если вина Живковича не доказана" – ему вернули паспорт для выезда в Донецк "к своей гражданской жене, которая ждёт ребёнка". В переписке с Радио Свобода Живкович сообщил, что прежде у него в Донецке была беременная подруга, у которой из-за нервного расстройства в связи с его задержанием в Сербии в декабре прошлого года случился выкидыш. Фёдоров в своем письме утверждает, что Живковича "арестовали, предъявив ему очень серьёзные обвинения, через месяц после визита президента Украины Порошенко в Сербию". В письме также отмечено, что Живкович – организатор первого за 100 лет в России сербского добровольческого отряда, что он не нарушал законов Российской Федерации, "ЛНР" и "ДНР". Фёдоров выразил надежду, что случай Братислава Живковича – "не случай политического преследования, а ошибка".

Нет сведений о том, что власти Сербии как-то отреагировали на это письмо. Если вина Живковича будет доказана, он может быть приговорен к десятилетнему сроку тюремного заключения.