Трасса «Таврида» первые впечатления
По новой дороге, прямолинейно, в обход всех населенных пунктов соединившей Симферополь и Керчь, я поехал 3 января 2019 года – спустя четыре дня с момента открытия.
Вообще, я думал, что чудо начинается сразу при выезде из Симферополя, но оказалось, что 40 километров от столицы Крыма до Белогорска все еще в бурном строительстве. «Бурное строительство» - это предположение, так как третьего января работы шли вяло: начальства, размахивающего руками, было излишне много (его я отличаю по чистым спецовкам и уверенным жестам а-ля Владимир Ленин), а рабочих и техники мало.
Начальники, казалось неделю отсутствовали на объекте, а вернувшись и увидев понавороченное, кричали в пустоту отгоняя руками перегар: «Куда вы, вашу мать, дорогу положили?! Город же в той стороне!».
«А где те 190 километров новой смычки «Симферополь-Керчь», о которой рапортовал АКСЕНОВУ крымский министр транспорта господин КАРПОВ?», - недоумевал я, вспоминая, что если между этими городами 190 километров и из этой дистанции вычесть 40 недоделанных, то получится гораздо меньше. А потом вспомнил, как тот же уже КАРПОВ рапортовал об открытии дороги между населенными пунктами Дубки и Левадки, которое – открытие – на поверку оказалось фейком, на что купились все СМИ. Вспомнил и подумал, что выдавать желаемое за действительное привычно для человека – этим он занимается большую часть времени, пока существует. «Ну и АКСЕНОВ ему судья!», - подвел я итог, объезжая ямы.
В Белогорске новая развилка перед городом – по ней выезжаешь на «Тавриду» и мчишься с разрешенной бешеной скоростью в 60 километров в час по прямой и ровной автостраде. Это была ирония. Ехать шестьдесят я попробовал, но, во-первых, казалось, что буквально еле двигаюсь, а во-вторых, начал создавать помеху остальным – они делали меня, как стоячего. И я разогнался! День выдался теплый и солнечный. Слева величественно возвышалась гряда гор, из которых своим супер-величием выделялась Белая скала. Справа, вдали проносились города, и я все пытался угадать, какой из них только что проехал: Старый Крым, Золотое поле, Феодосию? Мчишься и мчишься, но уже через полчаса ловишь себя на мысли, что привыкаешь и к черной ленте асфальта, разматывающейся под колеса и к неимоверной красоте вокруг. К сожалению, нет разнообразия, нет знаков цивилизации: ни АЗС, ни кафе – даже фундаменты под них еще не заложили. Зато есть один большой мужской туалет, протяженностью 190 километров – и мужики, подставив лица теплому крымскому солнышку и льют, и льют блин и льют, и льют. И кричат, наверное, жене или подруге: «Да подожди ты!», а ей ждать то ли стыдно, то ли невмоготу, да вот выбора то нет. Льющего женского соло или смешанных дуэтов не видел.
Дорога конечно не стрела – крымский ландшафт заставляет ее то подниматься, то опускаться, то плавно вилять. Но все равно эта дорога – супер! Ее позже испортят видеокамерами и будешь чертыхаться, получая квитанции и бурчать, что вот он завуалированный платный проезд, но пока все хорошо – можно почувствовать себя немцем на немецком автобане.
Но надо быть очень осторожным немцем, подъезжая к мостам – въезды на них и съезды мы делать еще не научились. Кажется, что мост выше дороги сантиметров на пять – въезжая, аж подлетаешь, а съезжая – будто проваливаешься. А фуры ведь расколотят эти места до безобразия! И есть тому пример – они продавили своими колесами самые, кажется незначительные ямы на старой дороге. Может асфальт на «Тавриде» какой-то супер-пуперовский и выдержит любые ошибки проектировщиков и укладчиков асфальта? Посмотрим. Кстати, асфальт действительно должен быть каким-то инновационным, потому что выглядит он уж очень пористым, что в регионе, где часты переходы через температурный ноль, для него очевидная смерть.
Я заметил, что качество укладки асфальта местами разное – где-то прям идеально ровно, а где-то стиральная доска. Словно попеременно работали смены немцев и таджиков. И гордое «И мы можем!», сменяется горьким «Да ну, когда ж научимся то!» так же попеременно. И понял я почему АКСЕНОВУ показательный проезд по «Тавриде» устроили в автобусе – его большие колеса все шероховатости сглаживают. «Автобус не качает, не трусит», - сказал тогда АКСЕНОВ, непонятно от каких чувств забыв русский язык и вставив украинское «трусит» вместо «трясет». Он бы в стандартных «Жигулях» попробовал – вот бы потрусился!
Но если закрыть глаза на мелочи и не мелочи, и дать волю благостному чувству, что и у нас появилось то, чем другие просто жили, а мы и мечтать не могли, то так и хочется крикнуть: «Спасибо!» той весне, и тому человеку, благодаря которым это появилось, хотя до обоих не докричишься, как не ори.
Б.АЗАР для «Аргументов недели – Крым»