Простите, что жива
Авария двухлетней давности закончилась обвинительным приговором для женщины, хотя две государственные экспертизы признали, что она не имела возможности избежать трагедии.
В ДТП со смертельным исходом по российским законам в большинстве случаев виноватым признают выжившего. Шансы на оправдательный приговор выше, если в происшествии участвовали транспортные средства. Когда же гибнет пешеход, практически со стопроцентной вероятностью водитель получит обвинительный приговор. И презумпция невиновности здесь, похоже, на паузе, потому что водитель находится в заведомо уязвимом положении. Но как быть с теми случаями, когда люди самостоятельно уходят из жизни, бросаясь под машину, или по неосторожности падают под колеса? В одной из таких ситуаций мы и постарались разобраться.
Сплошная тьма
Алла Голубова живет в одном из районов Ростовской области, работает муниципальным служащим, опыт вождения 20 лет.
Приведем слова А. А. Голубовой из официальных документов: «13 мая 2023 года я двигалась на полностью исправном автомобиле Datsun с ближним светом фар с допустимой скоростью до 70–80 км/ч на участке с лимитом 90 км/ч, без пассажиров, по федеральной автомобильной дороге Сызрань-Саратов по территории Вольского района Саратовской области в потоке автотранспорта за грузовиком-рефрижератором. В 22-30 часов на неосвещенном участке дороги вне населенных пунктов, без пешеходных переходов и каких-либо предупреждающих, запрещающих или предписывающих знаков ПДД, я внезапно и не предсказуемо получила удар от неизвестного объекта в середину капота, в результате которого мой автомобиль был поврежден (полностью разбито лобовое стекло, помят капот). Я справилась с управлением автомобиля и безопасно для участников дорожного движения смогла остановиться на обочине дороги, минуя дорожные ограждения (отбойник). Я предположила, что произошло столкновение с крупным животным, предположительно лосем, прыгнувшим на мою машину. Сразу сообщила о произошедшем в службу спасения Вольского района Саратовской области и попросила о помощи, так как двигаться дальше на автомобиле было невозможно. Спустя приблизительно 30 минут ко мне приехали сотрудники дорожной полиции Саратовской области и сообщили, что на месте моего столкновения с неизвестным объектом обнаружено тело погибшего мужчины, которым оказался Л. М. А., житель города Шиханы Вольского района Саратовской области».
Погибший был одет в черную одежду с длинным рукавом, с капюшоном, на плечах - рюкзак тоже без светлых элементов. Как показала медицинская экспертиза в его крови было 2,5 г/л этилового спирта – это около бутылки водки выпито. В рюкзаке у погибшего нашли ампулы с сильнодействующим обезболивающим. Впоследствии выяснилось, что мужчина воевал в зоне СВО, где получил сильную контузию и ранение.
И тут возникают первые вопросы: что ночью делал погибший на неосвещенной трассе более чем в пяти километрах от ближайшего населенного пункта? В каком он был состоянии? Почему он там находился? К этому мы вернемся.
На месте происшествия
Стоит обратить внимание на то, что удар пришелся точно посередине передней части автомобиля. Тут может быть только два варианта: либо водитель съехал на обочину и сбил пешехода, либо человек оказался посреди полосы движения. Изучение места ДТП дало результат: места съезда на обочину нет. Да если разобраться, то на скорости в 70 км/ч съезд с асфальта на гравийное покрытие почти гарантирует, что машину занесет с серьезными последствиями для авто. Их не было. То есть удар произошел на полосе движения.
Далее, на месте происшествия не обнаружено даже малого тормозного следа. То есть Голубова не видела препятствия до самого момента столкновения, что подтверждает ее показания, а впоследствии и выводы экспертиз.
Фактам вопреки
Конечно, мы не беремся ничего утверждать, но подобное стечение фактов может говорить, что пешеход бросился под автомобиль, либо упал. Но как бы там ни было, человек погиб и это огромная трагедия. Разобраться в ее причинах должны бы специалисты. Однако дальнейшее развитие событий показало, что версию о невиновности Аллы Голубовой даже не рассматривали: никаких следственных действий в отношении погибшего, чтобы выяснить его душевное и физическое состояние проведено не было, а алкогольное опьянение, темная одежда, безлюдное место ночью, сильнодействующие препараты в рюкзаке так и остались строками в первоначальном протоколе ДТП.
Следствие шло два года. Следователь несколько раз прекращал уголовное дело, но прокуратура с этим не соглашалась и все начиналось с начала. За это время Алла по своей инициативе выплатила матери погибшего 200 тысяч рублей: просто, чтобы как-то помочь человеку. Голубова не пропустила ни одного допроса или другого следственного действия, хотя ездить ей из дома до Вольска 700 км, притом еще и машина находилась на экспертизе около полугода, а потом ремонтировалась.
Следователь назначил две государственные экспертизы, и здесь начинается самое интересное. В вину Алле Голубовой ставили, что она не использовала все возможности для предотвращения аварии, а это ч. 3 ст. 264 УК РФ (Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть человека). То есть данная статья предполагает, что ДТП произошло из-за нарушения ПДД водителем. Стоит разобраться, что же нарушила Голубова.
Итак, перед экспертизами ставилось несколько вопросов, среди которых главным является: имел ли водитель возможность предотвратить трагедию. При этом в самом вопросе следователя для экспертизы была дана исходная, что видимость человека в черной одежде на неосвещенной дороге, при ближнем свете фар на автомобиле Datsun составляет 10 метров, а скорость движения 30 км/ч. Почему по федеральной трассе водитель должен ехать в темпе «улитки» непонятно, это требование следователя пока остается неизвестным.
Тем не менее, эксперт установил, что даже при 30 км/ч тормозной путь машины составляет 19 метров. Получается, если бы Голубова ехала по трассе, где разрешенная скорость 90 км/ч, в три раза медленнее, все равно трагедии избежать бы не удалось. При этом как-то даже не рассматривалось, что такое поведение водителя в темное время на дороге крайне опасно, так как высока вероятность получить удар от других попутных транспортных средств. Самая безопасная – это скорость потока, в котором Алла и следовала. В экспертизах же написано буквально следующее: «… у водителя Голубовой А. А. могла отсутствовать техническая возможность предотвратить наезд на пешехода». Сделав поправку на протокольный язык читаем: не мог водитель даже при скорости 30 км/ч ничего в этой ситуации сделать. То есть нарушения нет.
Кстати, был ли рефрижератор, следствие не заинтересовало, хотя это легко проверялось: чуть дальше места ДТП находится заправочная станция, где должны быть камеры наблюдения. Есть и другие возможности установить местонахождения грузовика в любое время: ГЛОНАСС в помощь.
Далее, никаких ограничивающих знаков на данном участке трассы нет. Скорость не превышена. Смещения с дороги не было – ехала по своей полосе. Так в чем виновата Алла Голубова?
Самый гуманный
О возбуждении уголовного дела Аллу Голубову оповестили 6 мая 2025 года. А уже через три недели с двумя государственными экспертизами в ее пользу, следователь передал дело в суд. И прокуратура утвердила сразу, ничто не смутило.
Естественно, этого времени для предоставления всех данных в свою защиту у водителя не было. А в обвинительном заключении появились и вовсе интересные аргументы. Первый, якобы пострадавший находился на краю проезжей части, а не посредине полосы во время удара, хотя это полностью противоречит прежде установленным фактам. Второй: небрежное отношение водителя к управлению, хотя, как уже говорилось у Голубовой 20 лет безаварийной езды. И таких моментов еще немало.
Более того, в рамках расследования уголовного дела следствие, как утверждает Алла Голубова, не провело следственного эксперимента ДТП, а предоставило фотографии с выезда на место происшествия без участия обвиняемой и ее представителя. И на этих фото одежда статиста не соответствует одежде погибшего, плюс еще целый список нестыковок.
Как уже понятно, в этот раз следователь не устанавливал какие правила дорожного движения нарушил пешеход. Не истребованы прижизненные медицинские документы погибшего, хотя его сожительница прежде указывала на наличие контузии, сильных болей и применения обезболивающих средств. Не исследовано психическое состояние здоровья Л. А. М., наличие у него депрессивных состояний, которые могли привести к попытке суицида.
В общем, 31 июля 2025 года Вольский районный суд Саратовской области признал Голубову А. А. виновной и назначил наказание в виде исправительных работ сроком на 2 года, 2 года лишения прав управления транспортными средствами и выплате миллиона рублей матери погибшего. При этом в суд не вызывались в качестве свидетелей ни полицейские, которые первыми оказались на месте ДТП, ни человек, который обнаружил тело погибшего. Теперь предстоит рассмотрение в апелляционной инстанции. Конечно, наши журналисты будут присутствует на этом заседании и, возможно, появятся новые факты, проливающие свет на это темное во всех смыслах дело.