«О том, что летим на Украину, узнали только от пилотов». Пожарный из Магнитогорска рассказал, как участвовал в ликвидации аварии в Чернобыле

В подразделениях Главного управления МЧС по Челябинской области среди действующих сотрудников и ветеранов есть те, кто был свидетелем тех страшных событиях. Одним из ликвидаторов был пожарный из 20-й пожарно-спасательной части Магнитогорского гарнизона Юрий Портнягин. «Когда авария случилась, мы и не знали особенно ничего. Я служил в то время в армии, в химических войсках, во взводе радиационной разведки. Наша часть располагалась в поселке Шиханы Саратовской области. Каждую неделю у нас был сбор-выезд по тревоге. Вот и в апреле 1986-го объявили тревогу, а мы решили, что это, как всегда, учения. Собрались, побежали, сели в машину, которая привезла нас в аэропорт. О том, что летим на Украину, узнали только у пилотов», – вспоминает Юрий Вилиорович. В воскресенье, 27 апреля, солдат привезли в город Припять. Город был пустым, однако было видно, что люди эвакуировались из него в спешке. Военно-полевой лагерь расположился в семи километрах от АЭС. Через пару дней, ночью, когда поднялся ветер и увеличился радиационный фон, лагерь перебрался еще на 30 километров дальше от атомной электростанции. «Мы каждый день садились в вертолет, летели по определенному маршруту и изучали зону заражения. У нас были защитные костюмы. Вертолет приземлялся, мы выходили и измеряли радиацию приборами, передавали информацию в штаб, и там уже составляли карту радиационного фона», – рассказывает Портнягин. У каждого члена экипажа были дозиметры, после выполнения задания их сдавали в штаб, где определяли, какую дозу радиации получили солдаты: если более 25 рентгенов, то человек отправлялся в госпиталь на лечение, после чего снова приступал к работе. За два месяца, что Юрий провел в зараженной местности, ему тоже приходилось лежать в госпитале. «Мы знали, что радиация опасна, но были настолько молоды, что, по сути, все эти вылеты, полевой лагерь, работу в режиме секретности воспринимали как приключение. Это было лучше, чем жизнь в казарме. Кроме нас там работали и другие военные, которые обеззараживали технику. С той, которая не так сильно подверглась радиационному заражению, снимали слои земли, смывали радиационные остатки. Все, что возможно было спасти, спасали, а что нельзя – просто хоронили. Еще помню, что как-то при выполнении задания мы приземлились возле отдаленного хутора. Там жили люди. Так они вообще ничего не знали об аварии. Мы им сообщили, рассказали, как это опасно, но они все равно отказались уезжать, сказали, что им некуда уходить и этот хутор – их дом. К счастью, радиационный фон здесь был слабым, но ведь он менялся в зависимости от ветра», – рассказывает Юрий Портнягин. Через два месяца Юрий Портнягин вернулся в расположение части, а в 1987 году – после окончания срока службы – его наградили медалью «За отличие в воинской службе» второй степени. «Пожаров в моей жизни было много разных, но меня уже ничем не удивить. Авария на Чернобыльской АЭС оставила сильное и яркое впечатление, ведь такие масштабы просто поражают. Но главное, что все заканчивается, а жизнь продолжается дальше. Я вот вырастил замечательную дочь и сейчас наслаждаюсь воспитанием внука», – подытожил Юрий Портнягин.