"Все просчеты теперь будут списываться на коронавирус"
0
337
"Агентство стратегических коммуникаций" выпустило доклад "Коронавирус как фактор внутренней политики", в котором глава Башкортостана Радий Хабиров отмечен в качестве одого из глав субъектов, которые в наибольшей степени "потеряли очки" в истории борьбы с коронавирусом. Причиной этому, по мнению авторов доклада, стали масштабные вспышки инфекции в Республиканской клинической больнице имени Куватова, а также "в ряде других лечебных и социальных учреждений республики". Одновременно "Центр политической конъюнктуры" в своем исследовании, отметив, что Хабиров входит в пятерку глав регионов России, наиболее упоминаемых пользователями соцсетей, поместил его в третий десяток (24-е место) руководителей субъектов РФ по доле негативных постов в их адрес в социальных сетях.
"Idel.Реалии" поговорили с политологом Дмитрием Михайличенко о том, как власти Башкортостана справляются с эпидемией коронавирусной инфекции и с какими политическими итогами они могут выйти из этой ситуации.
— Что касается таких рейтингов — их можно воспринимать, как определенный посыл администрации президента тем или иным губернаторам, что у них в регионе далеко не все благополучно, — отметил прежде всего политолог. — В данном случае, посыл звучит четко — что губернатор справляется с эпидемией не лучшим образом. Но здесь нужно учесть тот фактор, что и сама по себе эта чрезвычайная ситуация с эпидемией скорее способствует понижению губернаторских рейтингов — как в силу своего масштабного характера, так и в силу того, что информационная политика с самого начала была выстроена удобным образом для федерального центра. Он распоряжается всем, он осуществляет контроль за борьбой с эпидемией, а исполнители-губернаторы почти все попадают в категорию пешек, за исключением разве что Москвы, Татарстана, Чечни и Тулы… Региональные власти принимают на себя как все недовольство населения по самым разным аспектам борьбы с эпидемией, так и выговоры, и нагоняи федерального центра.
— Удобная ситуация, можно поменять того или иного губернатора или регионального министра, и народ будет только доволен… Но, вообще, с самого начала было ясно, что при такой масштабной эпидемии и такой степени неготовности к ней властей, дело не обойдется отставками одних лишь стрелочников...
— С одной стороны это так. Только в Центральном федеральном округе за последние полтора месяца были сняты несколько областных министра здравоохранения. По всей же России сменилось 11 министров и начальников департаментов здравоохранения только за весну.
Но губернаторов, полагаю, все же менять не будут; по крайней мере, до нормализации эпидемиологической ситуации. Отставка главы Республики Коми (кстати, также сопровождавшаяся отставкой и республиканского министра здравоохранения) — исключительный случай. Действующим губернаторам нужно одновременно с борьбой с эпидемией и голосование за поправки к Конституции организовывать, и другие проблемы, прежде всего, экономические, вытягивать. Ведь региональные бюджеты сейчас пострадали сильнейшим образом из-за остановки многих производств, недобора налогов и необходимости направления средств на срочное укрепление материальной базы здравоохранения.
Тем не менее, внутренне напряжение на этажах региональной власти сейчас очень сильное. И оно, конечно, ведет к обострению внутриэлитной борьбы. В свою очередь, это приводит к ослаблению позиций ряда действующих губернаторов.
— То есть, Радию Хабирову досрочная отставка все же пока не угрожает?
— Мне кажется, что его положение парадоксальным образом, наоборот, даже усиливается. Смотрите, федеральный центр дает республике значительные средства на преодоление пандемии. Я бы говорил о его ассиметричном федеральном влиянии: есть те, кто его поддерживает, но есть и недоброжелатели.
Но все же перед первым лицом в стране — перед Владимиром Путиным — он в ряде случаев себя весьма плохо позиционировал. Показателен тут, прежде всего, апрель, когда произошла вспышка коронавирусной инфекции в РКБ имени Куватова. Президент выразил явное неудовольствие этой ситуацией, когда заметил Хабирову: "Очаги, как правило, возникают из-за наших недоработок, из-за того, что что-то недосмотрели, что где-то недопроверили вовремя". Полагаю, что Хабирова вот эта история обеспокоила даже больше, чем другие недоработки его команды во время эпидемии, поскольку фактор личных отношений губернаторов с президентом имеет определяющее значение.
Все же, чтобы завершить этот вопрос, отмечу, что дискурс досрочной отставки Хабирова начинает-таки формироваться. Но поскольку все это в зародышевой стадии, а позиции Хабирова в федеральном центре пока весьма крепки, вряд ли в ближайшее время возникнут в республике контрэлиты, способные поставить вопрос о дискредитации и замене действующей власти.
— Как вы оцениваете действия команды Хабирова во время эпидемии — с точки зрения своевременности и эффективности принимаемых мер?
— Прежде всего, нужно сказать, что башкирские власти, как и власти во всех других регионах, были связаны жесткой вертикалью, жестким алгоритмом выполнения всех команд, поступающих из федерального центра по всем аспектам борьбы с эпидемией. Они, эти команды поступали двум основным каналам: формально — по линии федерального Роспотребнадзора, который явился главным оператором противоэпидемических мер, и неформально — по линии администрации президента, включая полпредства в федеральных округах.
Роспотребнадзор отдавал команды и рекомендации о введении тех или иных ограничений среди населения, работе предприятий, сферы услуг и торговли, регулировал процесс тестирования заболевших и подозреваемых на инфекцию, командовал опубликованием статистики и так далее. (Кстати, мы сейчас отчетливо видим, как эта структура приобретает черты неосиловой и создает дополнительное давление на социальные процессы). АП же осуществляла политическое, информационное и смысловое регулирование всего процесса, которому отводилось едва ли не более важное значение, нежели, собственно, борьба с эпидемией. Вот в этих условиях и вынуждены были действовать губернаторы, которым просто экстренно делегировали некоторые административные полномочия, подкрепив их ресурсами, но и повысив их, губернаторов, ответственность.
В Башкортостане вначале, конечно, был полный провал. Это особенно ясно высветила ситуация с РКБ имени Куватова, которая стала предметом обсуждения даже на страницах крупнейших мировых СМИ. Информационная политика республиканских властей также была выстроена хуже некуда — было замалчивание проблем, нелепые оправдания, попытки залакировать ситуацию, либо объяснить ее "клановыми медицинскими разборками". В дальнейшем им удалось частично купировать остроту ситуации как в медицинском, так и в информационном плане, и сейчас республика выглядит примерно также, как и большинство других регионов – проблемно, но не катастрофически, как это было в апреле.
— Многие эксперты полагают, что республиканские власти, следуя установкам федерального центра, сильно запоздали с введением ограничительных мер, прежде всего, на транспорте. С опозданием было введено тестирование в международном аэропорту, с опозданием было прекращено авиасообщение с другими странами и столицей РФ, межрегиональное автобусное сообщение, с опозданием был налажен эпидконтроль на железнодорожном вокзале…
— Возможно и так. Но лично у меня, как и у многих других, до сих пор нет полной ясности - какая стратегия, какая тактика борьбы с эпидемией была бы правильной для Башкортостана и для России в целом.
Что касается своевременности введения ограничительных мер — ну, тут образовалось такое длинное плечо согласований, когда нужно ждать согласования федерального центра на каждый шаг — тут любая региональная власть будет теряться. У нас и страна огромная, и чиновничий аппарат тоже огромный на всех уровнях, что, в свою очередь, создает огромную инерцию Запрягали, по известной пословице, долго…
— А получилось ли, по второй части этой пословицы, “быстро поехать”? Это к вопросу об эффективности принимавшихся мер. Вот, республиканские СМИ отмечают, что Башкортостан не попал ни в один топ рейтинга эффективности борьбы с коронавирусом…
— Принимаемые республиканской властью меры лишь частью были разумные, а частью же просто непонятные. Вообще, эта история с пандемией еще раз показала, что Хабиров считает совершенно нормальным вмешиваться в личную жизнь людей. Возможно, в его понимании пределы его власти распространяются вплоть до кухонь и спален простых жителей, когда, например, он им указывает пить или не пить спиртное. Я считаю, что власть от таких заявлений только проигрывает.
Хабиров грозит людям штрафами за нарушение самоизоляции, Госсобрание по указке его администрации спешно вводит новые такие штрафы, но на самом деле разве людей штрафуют? Риторика жесткая, меры непонятные. Больше все это похоже на игру: нагнать страху, но не перегибать. Тем не менее, четкой политики не прослеживается — что с самоизоляцией, что с масочно-перчаточным режимом и многим другим.
— Насколько вы доверяете официальной отчетности по заболеваемости коронавирусом, которую публикует республиканский минздрав, по смертности от этой инфекции?
— Здесь все, опять-таки, очень сильно политизировано. Идут определенные установки, последние из которых диктуют необходимость уменьшить информационный поток о заболеваемости и переключить его на позитивную повестку, прежде всего, на восстановление экономики. А статистике официальной, понятно, доверять совершенно не приходится. Она абсолютно алогична, аномальна. Из нее, на самом деле, невозможно понять, какова сейчас реальная ситуация. И это неизбежно, в условиях жесткого административного контроля политических институтов над любыми институтами социальной сферы, в том числе, над сферой здравоохранения.
— С какими политическими итогами, по-вашему, выйдет республиканская власть изо всей этой истории с пандемией?
— Внутриэлитное напряжение скоро даст о себе знать. Полагаю, у Хабирова возникнут очевидные проблемы с "Башкирской содовой компанией", которую явно не устраивает ситуация с Шиханами — то, что ей передают для разработки гору Куштау, а не Торатау и Юрактау. Сигнал Хабирову уже был послан — в начале мая общественное движение "Ветераны России" попросило президента Владимира Путина “взять под личный контроль ситуацию в Башкортостане" (сопредседателем движения является лидер "Партии ветеранов России" Ильдар Резяпов; эта партия постоянно поддерживала притязания “Башкирской содовой компании” на Шиханы. — Idel.Реалии).
Думаю также, что уровень лояльности населения власти останется, скорее, прежним, но степень отчуждения общества от властных институтов усилится. Люди просто хотят быть оставленными в покое. Проблема физической выживаемости людей, в связи с эпидемией, прочно вышла на первый план и надолго теперь закрепится на этом месте. Любые политические мобилизующие посылы встретят теперь еще более прохладное отношение.
Однако, самым серьезным является тот факт, что команда Хабирова еще в период до пандемии продемонстрировала дефицит экономических достижений. Я предполагаю, что дальше, когда мы выйдем из эпидемии, все просчеты, все пробелы в экономике будут списываться на коронавирус, как раньше списывались на период правления Рустэма Хамитова. Теперь пропагандисты будут говорить, что до коронавируса были мощные планы, амбициозные проекты, но сейчас нужно терпеть и восстанавливать по крупицам то, что было.
Рейтинговое агентство Moody's Investors Service опубликовало прогноз, согласно которому Башкортостан попадает в пятерку регионов, где в ближайшие два года может произойти наиболее серьезный отток экономически активного населения. При этом, аналитики Moody's отмечают, что финансовые показатели всех субъектов РФ ухудшатся из-за вспышки коронавируса уже в 2020 году.
Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.
"Idel.Реалии" поговорили с политологом Дмитрием Михайличенко о том, как власти Башкортостана справляются с эпидемией коронавирусной инфекции и с какими политическими итогами они могут выйти из этой ситуации.
— Что касается таких рейтингов — их можно воспринимать, как определенный посыл администрации президента тем или иным губернаторам, что у них в регионе далеко не все благополучно, — отметил прежде всего политолог. — В данном случае, посыл звучит четко — что губернатор справляется с эпидемией не лучшим образом. Но здесь нужно учесть тот фактор, что и сама по себе эта чрезвычайная ситуация с эпидемией скорее способствует понижению губернаторских рейтингов — как в силу своего масштабного характера, так и в силу того, что информационная политика с самого начала была выстроена удобным образом для федерального центра. Он распоряжается всем, он осуществляет контроль за борьбой с эпидемией, а исполнители-губернаторы почти все попадают в категорию пешек, за исключением разве что Москвы, Татарстана, Чечни и Тулы… Региональные власти принимают на себя как все недовольство населения по самым разным аспектам борьбы с эпидемией, так и выговоры, и нагоняи федерального центра.
— Удобная ситуация, можно поменять того или иного губернатора или регионального министра, и народ будет только доволен… Но, вообще, с самого начала было ясно, что при такой масштабной эпидемии и такой степени неготовности к ней властей, дело не обойдется отставками одних лишь стрелочников...
— С одной стороны это так. Только в Центральном федеральном округе за последние полтора месяца были сняты несколько областных министра здравоохранения. По всей же России сменилось 11 министров и начальников департаментов здравоохранения только за весну.
Но губернаторов, полагаю, все же менять не будут; по крайней мере, до нормализации эпидемиологической ситуации. Отставка главы Республики Коми (кстати, также сопровождавшаяся отставкой и республиканского министра здравоохранения) — исключительный случай. Действующим губернаторам нужно одновременно с борьбой с эпидемией и голосование за поправки к Конституции организовывать, и другие проблемы, прежде всего, экономические, вытягивать. Ведь региональные бюджеты сейчас пострадали сильнейшим образом из-за остановки многих производств, недобора налогов и необходимости направления средств на срочное укрепление материальной базы здравоохранения.
Тем не менее, внутренне напряжение на этажах региональной власти сейчас очень сильное. И оно, конечно, ведет к обострению внутриэлитной борьбы. В свою очередь, это приводит к ослаблению позиций ряда действующих губернаторов.
— То есть, Радию Хабирову досрочная отставка все же пока не угрожает?
— Мне кажется, что его положение парадоксальным образом, наоборот, даже усиливается. Смотрите, федеральный центр дает республике значительные средства на преодоление пандемии. Я бы говорил о его ассиметричном федеральном влиянии: есть те, кто его поддерживает, но есть и недоброжелатели.
Но все же перед первым лицом в стране — перед Владимиром Путиным — он в ряде случаев себя весьма плохо позиционировал. Показателен тут, прежде всего, апрель, когда произошла вспышка коронавирусной инфекции в РКБ имени Куватова. Президент выразил явное неудовольствие этой ситуацией, когда заметил Хабирову: "Очаги, как правило, возникают из-за наших недоработок, из-за того, что что-то недосмотрели, что где-то недопроверили вовремя". Полагаю, что Хабирова вот эта история обеспокоила даже больше, чем другие недоработки его команды во время эпидемии, поскольку фактор личных отношений губернаторов с президентом имеет определяющее значение.
Все же, чтобы завершить этот вопрос, отмечу, что дискурс досрочной отставки Хабирова начинает-таки формироваться. Но поскольку все это в зародышевой стадии, а позиции Хабирова в федеральном центре пока весьма крепки, вряд ли в ближайшее время возникнут в республике контрэлиты, способные поставить вопрос о дискредитации и замене действующей власти.
— Как вы оцениваете действия команды Хабирова во время эпидемии — с точки зрения своевременности и эффективности принимаемых мер?
— Прежде всего, нужно сказать, что башкирские власти, как и власти во всех других регионах, были связаны жесткой вертикалью, жестким алгоритмом выполнения всех команд, поступающих из федерального центра по всем аспектам борьбы с эпидемией. Они, эти команды поступали двум основным каналам: формально — по линии федерального Роспотребнадзора, который явился главным оператором противоэпидемических мер, и неформально — по линии администрации президента, включая полпредства в федеральных округах.
Роспотребнадзор отдавал команды и рекомендации о введении тех или иных ограничений среди населения, работе предприятий, сферы услуг и торговли, регулировал процесс тестирования заболевших и подозреваемых на инфекцию, командовал опубликованием статистики и так далее. (Кстати, мы сейчас отчетливо видим, как эта структура приобретает черты неосиловой и создает дополнительное давление на социальные процессы). АП же осуществляла политическое, информационное и смысловое регулирование всего процесса, которому отводилось едва ли не более важное значение, нежели, собственно, борьба с эпидемией. Вот в этих условиях и вынуждены были действовать губернаторы, которым просто экстренно делегировали некоторые административные полномочия, подкрепив их ресурсами, но и повысив их, губернаторов, ответственность.
В Башкортостане вначале, конечно, был полный провал. Это особенно ясно высветила ситуация с РКБ имени Куватова, которая стала предметом обсуждения даже на страницах крупнейших мировых СМИ. Информационная политика республиканских властей также была выстроена хуже некуда — было замалчивание проблем, нелепые оправдания, попытки залакировать ситуацию, либо объяснить ее "клановыми медицинскими разборками". В дальнейшем им удалось частично купировать остроту ситуации как в медицинском, так и в информационном плане, и сейчас республика выглядит примерно также, как и большинство других регионов – проблемно, но не катастрофически, как это было в апреле.
— Многие эксперты полагают, что республиканские власти, следуя установкам федерального центра, сильно запоздали с введением ограничительных мер, прежде всего, на транспорте. С опозданием было введено тестирование в международном аэропорту, с опозданием было прекращено авиасообщение с другими странами и столицей РФ, межрегиональное автобусное сообщение, с опозданием был налажен эпидконтроль на железнодорожном вокзале…
— Возможно и так. Но лично у меня, как и у многих других, до сих пор нет полной ясности - какая стратегия, какая тактика борьбы с эпидемией была бы правильной для Башкортостана и для России в целом.
Что касается своевременности введения ограничительных мер — ну, тут образовалось такое длинное плечо согласований, когда нужно ждать согласования федерального центра на каждый шаг — тут любая региональная власть будет теряться. У нас и страна огромная, и чиновничий аппарат тоже огромный на всех уровнях, что, в свою очередь, создает огромную инерцию Запрягали, по известной пословице, долго…
— А получилось ли, по второй части этой пословицы, “быстро поехать”? Это к вопросу об эффективности принимавшихся мер. Вот, республиканские СМИ отмечают, что Башкортостан не попал ни в один топ рейтинга эффективности борьбы с коронавирусом…
— Принимаемые республиканской властью меры лишь частью были разумные, а частью же просто непонятные. Вообще, эта история с пандемией еще раз показала, что Хабиров считает совершенно нормальным вмешиваться в личную жизнь людей. Возможно, в его понимании пределы его власти распространяются вплоть до кухонь и спален простых жителей, когда, например, он им указывает пить или не пить спиртное. Я считаю, что власть от таких заявлений только проигрывает.
Хабиров грозит людям штрафами за нарушение самоизоляции, Госсобрание по указке его администрации спешно вводит новые такие штрафы, но на самом деле разве людей штрафуют? Риторика жесткая, меры непонятные. Больше все это похоже на игру: нагнать страху, но не перегибать. Тем не менее, четкой политики не прослеживается — что с самоизоляцией, что с масочно-перчаточным режимом и многим другим.
— Насколько вы доверяете официальной отчетности по заболеваемости коронавирусом, которую публикует республиканский минздрав, по смертности от этой инфекции?
— Здесь все, опять-таки, очень сильно политизировано. Идут определенные установки, последние из которых диктуют необходимость уменьшить информационный поток о заболеваемости и переключить его на позитивную повестку, прежде всего, на восстановление экономики. А статистике официальной, понятно, доверять совершенно не приходится. Она абсолютно алогична, аномальна. Из нее, на самом деле, невозможно понять, какова сейчас реальная ситуация. И это неизбежно, в условиях жесткого административного контроля политических институтов над любыми институтами социальной сферы, в том числе, над сферой здравоохранения.
— С какими политическими итогами, по-вашему, выйдет республиканская власть изо всей этой истории с пандемией?
— Внутриэлитное напряжение скоро даст о себе знать. Полагаю, у Хабирова возникнут очевидные проблемы с "Башкирской содовой компанией", которую явно не устраивает ситуация с Шиханами — то, что ей передают для разработки гору Куштау, а не Торатау и Юрактау. Сигнал Хабирову уже был послан — в начале мая общественное движение "Ветераны России" попросило президента Владимира Путина “взять под личный контроль ситуацию в Башкортостане" (сопредседателем движения является лидер "Партии ветеранов России" Ильдар Резяпов; эта партия постоянно поддерживала притязания “Башкирской содовой компании” на Шиханы. — Idel.Реалии).
Думаю также, что уровень лояльности населения власти останется, скорее, прежним, но степень отчуждения общества от властных институтов усилится. Люди просто хотят быть оставленными в покое. Проблема физической выживаемости людей, в связи с эпидемией, прочно вышла на первый план и надолго теперь закрепится на этом месте. Любые политические мобилизующие посылы встретят теперь еще более прохладное отношение.
Однако, самым серьезным является тот факт, что команда Хабирова еще в период до пандемии продемонстрировала дефицит экономических достижений. Я предполагаю, что дальше, когда мы выйдем из эпидемии, все просчеты, все пробелы в экономике будут списываться на коронавирус, как раньше списывались на период правления Рустэма Хамитова. Теперь пропагандисты будут говорить, что до коронавируса были мощные планы, амбициозные проекты, но сейчас нужно терпеть и восстанавливать по крупицам то, что было.
Рейтинговое агентство Moody's Investors Service опубликовало прогноз, согласно которому Башкортостан попадает в пятерку регионов, где в ближайшие два года может произойти наиболее серьезный отток экономически активного населения. При этом, аналитики Moody's отмечают, что финансовые показатели всех субъектов РФ ухудшатся из-за вспышки коронавируса уже в 2020 году.
Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.