Шпионская фауна

В военных целях птиц и животных использовали еще в Древней Греции: голубей для почты, а стада быков для прорывов обороны. В годы Первой мировой войны фотосъемки с воздуха с помощью птиц использовали и британцы, и немцы. Во время Второй мировой британская разведка MI14(d) в специальных ящиках на парашютах сбрасывала птиц над территорией Европы. Более тысячи голубей вернулись с информацией, собранной членами сопротивления, в том числе о местах запуска ракет «Фау-1» и радиолокационных станциях нацистов.

Советские дельфины на службе партии и народа

В материалах ЦРУ отмечается, что дрессировщик Владимир Дуров перед Второй мировой войной (на самом деле, еще в 1915–1916 гг. — А. П.) разработал систему обучения тюленей и морских львов для нейтрализации мин и субмарин противника. Дуров скончался в 1934 году, нет свидетельств, были ли использованы его опыты в деле. Во всяком случае, американский психолог Берес Фредерик Скиннер, стоящий у истоков американских программ обучения животных, упоминает об этих опытах. Дочь Анна Дурова, тоже дрессировщица в цирке, была назначена техническим советником. Рассекреченный доклад ЦРУ «Способность Советского Союза обучать морских млекопитающих для военных операций» (SI76-10027K) был подготовлен в августе 1976 года.

Как отмечается в докладе, в 1965 г. Госкомитет по науке и технике одобрил предложение АН СССР учредить государственную программу исследования подводных млекопитающих. Американцы, начавшие подобные опыты примерно на пять лет раньше, обнаружили в советских научных источниках резкий взлет интереса к этой теме — 267 статей, опубликованных в начале 70-х. Из них — 106 (40%) были посвящены подводной акустике, 78 (29%) — гидродинамике, 74 (28%) — поведению дельфинов. Цензура убирала из статей все детали тренировок подводных млекопитающих.

Работа с дельфинами в СССР шла очень трудно, отмечается в докладе американской разведки. Не хватало специально обученных инструкторов и ветеринаров, свежей рыбы для корма, оборудования и знания технологий. Дельфины доставлялись на базы обычными рыболовецкими судами, а уходом занимались военнослужащие-призывники. Хотя ученые осуществляли контроль на всех стадиях, многие млекопитающие погибали, так и не начав спецподготовку, либо в ходе транспортировки, либо сразу после прибытия. Как сообщил источник ЦРУ, один раз из доставленной партии из 47 афалин (их еще называют бутылконосыми дельфинами) выжили только две. В другой служебной записке 1974 г. отмечается, что из 15 морских животных через 2 недели в живых оставалось двое. В зимний сезон 1973/1974 г. на базе в Карадаге погибли все животные, кроме одного, несмотря на то, что для них были организованы специальные утепленные резервуары. Ежедневно афалинам нужно почти 11,5 кг свежей рыбы при нормальной погоде, а в холодную пору гораздо больше. В неволе морские животные требуют строгого соблюдения моциона. Если попадается мороженая или недостаточно свежая рыба, дельфины отказываются есть. Если рыба плохо разморожена, у них возникает расстройство желудка, которое часто приводит к смерти. В докладе отмечается, что нет данных, применяли ли в СССР искусственный корм. Отмечалось, что, в отличие от США, антибиотики не использовались в качестве средства профилактики. Анна Дурова критически высказывалась об эффективности программы из-за высокой смертности животных. Лишь единицы удавалось обучить, но в ходе тренировок некоторые дельфины, выпущенные в море, нередко не возвращались на базы.

На станциях в Сухуми, Большом Утрише, Карадаге, Пицунде-Алахадзе велись в основном исследования по акустике. Имена станций, где тренировали морских млекопитающих для военных целей, в докладе 1976 года отмечены пробелами. В открытых источниках называют центр в Казачьей бухте (Севастополь).

Эксперт ЦРУ отмечает, что Советам требуется 20 лет, чтобы овладеть подобной технологией. Несмотря на перечисление многочисленных недостатков советской программы, авторы доклада делают прямо противоположный вывод об угрозе, которую она несет США. По окончании первой фазы подготовки морских животных для защиты внутренних вод, помощи аквалангистам и восстановления объектов через несколько лет новые базы могут быть созданы под Владивостоком, в северных водах Тихого океана, Охотском и Японском морях. Советы могут готовить подводных млекопитающих для выполнения более сложных задач — охраны кораблей в международных водах, доставки грузов к иностранным судам для слежения или повреждения.

Какие меры были приняты Пентагоном по итогам доклада, что произошло после 1976 г. — эту информацию ЦРУ оставляет секретной.

В апреле этого года норвежские рыбаки обнаружили кита-белуху, плывшего со стороны Финляндии, с экипировкой для съемок камерой GoPro. Судя по видеокадрам, камеры не было, но на ремне, опоясывавшем белуху, нашли пряжку с надписью на английском: «Оборудование Санкт-Петербурга». Белуха выплыла на поверхность и, казалось, сама искала лодку. CNN и другие иностранные СМИ предположили, что это свидетельствует о том, что российская программа военной подготовки морских животных продолжается.

По данным прессы, ВМС США использовали дельфинов и морских львов в ходе двух иракских войн. Примерно 75 дрессированных подводных млекопитающих участвовали в операциях, в основном разыскивая мины.

Птицы, кошки и собаки на службе ЦРУ

Другие рассекреченные документы ЦРУ середины 70-х годов содержат невероятные и зачастую смешные подробности о попытках Пентагона и ЦРУ использовать птиц, собак, кошек, даже мышей и мух для повышения обороноспособности страны. С ними было гораздо сложнее, чем с дельфинами.

Собаками пытались управлять на расстоянии с помощью электрической стимуляции мозга. Кошкам (программа Acoustic Kitty, «акустическая кошечка») имплантировали в уши радиопередатчики. Как сообщает BBC,

Проект сочли непрактичным и закрыли.

В 1970 году особый упор сделали на птиц, самых разных — голубей, ястребов, сов, ворон и даже диких перелетных стай. ЦРУ привлекло орнитологов, чтобы попытаться определить, какие птицы регулярно проводили часть года в районе Шиханы в бассейне Волги, где, как предполагали в ЦРУ, местный завод мог быть связан с химическим оружием. Птицы должны были стать «живыми датчиками» с целью обнаружить следы запрещенного оружия.

Голубей с установленными на них камерами стоимостью 2 тысячи долларов и весом 35 граммов (плюс вес крепления менее 5 г) выпустили над двумя объектами в Вашингтоне — тюрьмой и судоверфью. Половина снимков получилась, причем качество было лучше, чем со спутников-шпионов. Голубей собирались с дипломатической почтой отправлять в СССР. И выпускать для съемок интересующих ЦРУ объектов — из окна стоящего или медленно движущегося автомобиля или из специальной дырки в днище авто. Одной из целей была верфь в Ленинграде, где строились самые передовые советские подлодки.

А воронов учили устанавливать на подоконники и забирать обратно небольшие объекты весом до 40 граммов. Красный лазерный луч использовался для того, чтобы указать птице цель, а специальная лампа давала сигнал возвращаться. ЦРУ забросил таким образом подслушивающее устройство на окно одного из зданий в Европе, однако аудиозапись получить не удалось.

С этой целью пробовали попугая какаду, но «самая умная» птица оказалась очень медленной и не могла защитить себя от атак обычных чаек. В ходе тренировок два сокола умерли от болезни. Другой многообещающий кандидат потерял перья, и тренерам пришлось ждать, пока они снова отрастут. Главной «звездой проекта» называли ворона по прозвищу До Да, за 3 месяца научившегося лететь по заданному маршруту дистанцию в 6 миль и овладевшему навыком «преодолевать атаки чаек и других воронов», которых на него специально выпускали. Но однажды на агента напали две самые обычные птицы, и ворон с оборудованием навсегда исчез в небе.

Исследования продолжаются и по сей день, пока Пентагон готов за них платить. Агентство перспективных исследований в области обороны США (Darpa) хочет использовать в виде систем оповещения креветок и одноклеточные организмы. Благодаря феномену биолюминесценции некоторые организмы выделяют световой след, когда встревожены. Значит, полагают ученые, они способны обнаруживать подлодки и торпеды.

Говорят, гонка вооружений — лучший стимулятор научного прогресса. С этой целью человек готов с только ему присущей жестокостью (не «звериной», а человечьей) использовать представителей животного мира. Как показывают бумаги ЦРУ, попытки могут быть абсурдны, но военные и ученые упорно ищут все новые оригинальные способы, как нанести урон противнику. Никто не думает о естественном устройстве окружающего нас мира, где изначально не предусматривалось, чтобы вороны устанавливали микрофоны, дельфины обнаруживали мины, а мухи переносили микрокамеры.