В 1116 году русские полки выступили в направлении Дуная туда, где проходила северная граница Византийской империи. То была последняя русско-византийская война, а начал ее Владимир Мономах, который тремя годами ранее стал великим русским князем. Зачем это понадобилось князю Владимиру?

Сведений о той войне слишком мало, чтобы делать однозначные выводы, но кажется, здесь имела место личная обида. Дело в том, что еще в 1083 году при помощи императора Алексея Комнина двоюродный брат князя, Олег Святославич ("Гориславич") захватил Тмутаракань, которая считалась собственностью черниговских князей. А Мономах в те годы был как раз черниговским князем. С тех пор Русь навсегда потеряла Кубань и Приазовье, которое более чем на 100 лет перешло под контроль Константинополя. Не захотел ли князь Владимир спустя 33 года поквитаться с императором Алексеем? Тем более, что такая возможность представилась.

В Киеве появился некий ромей, который заявил, что он - Лев, сын императора Романа Диогена и попросил помощи в борьбе за власть. Владимир Мономах оценил положение и решил действовать. Как тогда, в 1083 году император Алексей овладел Тмутараканью, оставив в ней в качестве своего наместника Олега Святославича, так теперь русский князь решил оторвать от Империи придунайские города и создать там зависимое от Руси государство во главе с самозванцем.

После грандиозного похода коалиции русских князей в степи донских половцев в 1111 году влияние и военная мощь Мономаха значительно выросли и теперь он вполне мог позволить себе авантюру на Дунае. О серьезности намерений князя говорит уже тот факт, что он выдал замуж за "царевича Леона Девгенича" (Диогеновича), как его называли на Руси, свою дочь Марию и в 1116 году дал ему войско, с которым самозванец появился на византийской границе. Интересно то, что этот поход состоялся на следующий год после смерти князя Олега Святославича, бывшего вассала императора Алексея, который в 1097 году на Любечском съезде получил право на княжение в Новгороде Северском.

К югу от Дуная начиналась территория фемы Паристрион или Параданувион ("Придунавье"). Главным городом фемы был Доростол, в котором полтора века назад Иоанн Цимисхий осадил князя Святослава Игоревича. Войско Лжедиогена намеревалось взять этот город и сделать его базой для дальнейших завоеваний. Надо сказать, что этот Лжедиоген был далеко не первым. У императора Романа Диогена было три сына: Константин, Никифор и Лев. Константин погиб в бою на восточной границе в 1073 году. Никифора казнили в 1094 году после неудачного покушения на императора Алексея. Лев был преданным сторонником Комнина и, выполняя его распоряжение, защищал Балканские провинции от печенегов, в сражении с которыми погиб в 1087 году. А через два года в Империи появился первый Лжедиоген. Анна Комнина пишет о нём:

"Он явился с Востока в овчине, нищий, подлый и изворотливый; обходил город дом за домом, улицу за улицей, рассказывая о себе небылицы: он де-сын прежнего императора Диогена, тот самый Лев, который, как уже было сказано, был убит стрелой под Антиохией. И вот, «воскресив мертвого», этот наглец присвоил себе его имя и стал открыто домогаться императорской власти, вовлекая в обман легковерных".

Первый Лжедиоген был арестован и сослан в Херсонес, но не успокоился. Ему удалось связаться с половецкими купцами, сбежать из под надзора в степь и уговорить хана Тугоркана выступить на Константинополь. В 1092 году половцы вторглись на Балканы. Продвигаясь вдоль берега Черного моря, они прошли до самой Фракии, причем, самозванец нарядился в императорские одежды и красные сапоги. Несколько фракийских городов, недовольных налоговой политикой Алексея Комнина, признали власть самозванца. Но у Анхиала верные императору войска твердо встали на пути половецкой армии Лжедиогена и заставили его сменить маршрут. Теперь Лжедиоген направился к Адрианополю, где наместником был Никифор Вриенний Старший. Расчёт Лжедиогена на союз с ним провалился: несмотря на осаду города, Вриенний не нарушил присяги императору. В итоге в 1095 году Алексей Комнин хитростью заманил самозванца в крепость Пуца, где тот был арестован и ослеплен, а римская армия выбила половцев с территории Империи.

В 1107 году в Сицилийском королевстве появился второй Лжедиоген. Он явился к Боэмунду Тарентскому, который собирался воевать с Византией и назвал себя "чудом спасшимся" Львом Диогеном. Этот второй самозванец присутствовал при норманнской осаде Диррахия, но в 1108 году Боэмунд заключил мир с императором, а следы самозванца дальше теряются. Возможно он и был тем "Львом Диогеном", который явился в Киев к князю Владимиру Мономаху.

Итак, 1116 год. Русское войско с " царем Леоном Девгеничем" вышло к Доростолу и овладело городом. Следом за ним были взяты еще несколько городов по Дунаю. Пока самозванец резвился на правом берегу Дуная, воевода Иван Войтишич занял города на левом берегу и в дельте реки, куда князь отправил своих посадников. Императору Алексею вряд ли хотелось начинать войну с Русью, равно как и вообще двигать войска на север. Всегда дешевле убить одного смутьяна, чем мобилизовать армию. Самозванцу не пришлось долго наслаждаться победой: 15 августа в Доростоле появились наемные убийцы, посланные императором, которые профессионально выполнили свою работу. Русская летопись пишет:

"Леон Дивгеньевич, зять Володимерь, идее на цесаря Алексия, и вдашася ему городов дунайскых нъколько. И в Дерестере, городе дунайстем, лестью убиста и два сорочинина, посланна цесарем месяца августа в 15 день".

Несмотря на то, что самозванца "лестью убиста", князь Владимир решил закрепиться в феме Паристрион: не пропадать же взятому добру! Впрочем, интерес к этому предприятию он потерял. Вряд ли отправленное им второй раз войско было большим. Подкрепление во главе с сыном князя Вячеславом Владимировичем и червенским воеводой Фомой Ратиборичем не смогло добиться успеха: римляне отбили Доростол и вытеснили русские полки на север.

Византийские источники молчат об этой войне, хотя Анна Комнина упоминает факты, которые намекают на некое столкновение в придунайском регионе. Вероятно, малозначительные события на Дунае, были неприятны Алексею. Кажется, он также имел обиду на русского князя, поскольку при его жизни мирных переговоров с Киевом не было. Это отличает русско-византийскую войну 1116 года от предыдущих, после которых мир заключался в ближайшее время. Мирный договор был заключен после смерти императора Алексея при его наследнике Иоанне Комнине в 1122 году и скреплен брачным союзом: внучка князя Владимира Ирина Мстиславна вышла замуж за Алексея Комнина, сына нового императора Иоанна II, или же за его младшего брата Андроника

Остается лишь рассказать о сыне "Левона Девгенича". Перед тем, как отправиться на Дунай, самозванец успел-таки оставить потомство. Дочь Мономаха Мария родила сына Василька (Василия) Леоновича. По одной из версий, Мономах выделил для своей дочери и её мужа переяславский город Воинь. При раскопках на месте этого города был найден нагрудный крест с надписью на греческом языке: «Господи, помоги рабу твоему Леону». Предполагается, что он мог принадлежать Лжедиогену. Василько воспитывался матерью, возможно, именно поэтому в летописях его именуют Мариич. Жили они, вероятно, в Киеве, где Василько вырос и со временем стал служить своим дядьям - сыновьям Владимира Мономаха. 8 августа 1135 году во время очередной войны Мономашичей с черниговскими Ольговичами он погиб в бою на реке Супое.  https://zen.yandex.ru/media/historyrus/posledniaia-russkoviz...