Как вирус заражает наш язык? Про коронавтов, ковигистов и карантикулы
Если бы мы представляли Ольгу Северскую в «докарантинную эпоху», написали бы: кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник отдела корпусной лингвистики и лингвистической поэтики института русского языка им. В. В. Виноградова РАН. Обязательно бы упомянули, что Ольга приехала в Ростов для того, чтобы выступить на ежегодном фестивале грамотного общения «Руфест». Но поскольку в этом году фестиваль перешёл в формат онлайн, то и Ольга Северская будет выступать удалённо, и её можно назвать «самоизолектором». О том, что это такое и как в последние месяцы изменился наш язык, мы и поговорили.
Правильная корона
Светлана Ломакина, «АиФ-Ростов»: Ольга, всё-таки как правильно: коронавирус или короновирус?
Ольга Северская: Коронавирус – это вирус, который похож на корону. По законам русского языка корону и вирус должна была бы соединять гласная о, как в слове лесополоса. Но поскольку это калька с латинского термина, «coronaviridae» – это название всей группы этих вирусов, то написание так и кодифицировали: коронавирус, как ротавирус. А в слове «ковид-19» ударение всё-таки ставится на «и».
– Записали. Теперь давайте поговорим о новых словах, их много.
– Да много, и сейчас уже говорят, что вирус заражает русский язык. Отчасти это так, потому что вирусных слов очень много и то, что распространяется со страшной скоростью в интернете, тоже называется вирусными материалами: мемы, картиночки, фразочки. Это хорошо, потому что карнавальная культура, в том числе словесный карнавал, всегда помогала пережить тяжёлое время.
Появились такие чудесные словосочетания, как «докоронная эпоха», «докоронное время». Выскочил «коронакризис». Много слов переосмыслились. Раньше мы знали удалёнку как работу на аутсорсинге, то есть когда ты работаешь на компанию, но при этом не сидишь в офисе. Сейчас, когда на удалёнке сидят все, это просто работа дома. Появилось слово «самоудалёнка», «дистант» – дистанционная работа. Слово бесконтактный получило новые смыслы, потому что раньше бесконтактным было только карате и другие боевые искусства, бесконтактный бой. А сейчас есть бесконтактная доставка, бесконтактный вывоз продуктов. Переосмыслилось словосочетание маски-шоу. Раньше это обозначало «наезд» правоохранительных органов на ту или иную компанию, когда врывался спецназ в балаклавах и всех клали «мордой в пол». А сейчас маски-шоу – это бесконечное хождение людей в масках по улицам. Коронавтами называют людей в белых защитных костюмах, а также тех, кто гуляет по улицам в масках и перчатках. Переосмыслилось слово голомордые – раньше это были люди без бороды, а сейчас люди без маски.
Полное расхламинго
– Я слышала, в обществе появилась коронавирусная типология. Как она отражается в языке?
– Появились люди, которые не признают коронавирус и не боятся «нацепить корону» или стать «коронованным» (носителем коронавируса) – это большая группа ковидиссидентов. Есть у нас и ковидоскептики, они уверены, что всё не так страшно. Их ещё называют ковигистами, а в некоторых случаях и ковидиотами, потому все заметили, что когда мы дружно собираемся на шашлыки компаниями, после также дружно заболеваем.
Стали переосмысливаться некоторые устойчивые словосочетания. Например, раньше выражение у него не все дома воспринималось очень спокойно, сейчас же оно звучит практически как донос. И, соответственно, мой дом – моя крепость тоже переосмыслилось: это та крепость, в которой я нахожусь на карантине.
Появилось слово самоизоляция. По моему прогнозу, самоизоляция, как и удалёнка, станет словом 2020 года.
Когда мы сидим дома, начинаются всякие разные занятия. К примеру прокрастибейкинг – это когда ты прокрастинируешь (откладываешь дела на потом) и думаешь, что бы тебе такого поделать, чтобы не работать? Наверно, вы заметили в соцсетях парад фотографий кулинарных достижений наших хозяек? Так вот, когда работающие женщины начинают что-то печь (бейкинг – выпечка), они занимаются прокрастибейкингом.
Следующее популярное домашнее занятие – расхламинго. Это когда в освободившееся от работы время можно провести ревизию своих запасов, избавиться от ненужного, вымыть окна. То есть полезно скарантинить время.
Третье занятие, которым все одержимы – это образование. Появилось очень много бесплатных вебинаров, мастер-классов, на которые все охотно записываются. И мне очень нравится, как называют тех чудесных людей, которые нам несут бесплатные знания. Кто-то их называет ковироучерами – это те, кто учит во время ковида-19, а кого-то называют самоизолекторами.
Я задавала вопрос коллегам, как им больше нравится, чтобы их называли, они в ответ только глупо хихикают и говорят, что им всё равно.
– Откуда взялись карантикулы?
– Когда наш президент объявил нерабочую неделю, все очень обрадовались, потому что с точки зрения русского языка и русского народа – это неделя, в которую не работают. А если не работают, то это выходные дни. Тем более, когда сказали, что начнутся каникулы, и не все услышали, что каникулы – налоговые. И решили, что можно поехать на шашлыки, на море – ан, нет! И администрация президента, и его личный пресс-секретарь начали объяснять, что на нерабочей неделе должен быть особый рабочий режим. Если предъявить это словосочетание иностранцу, у него бы крыша съехала, как мы бы сказали. Это оксюморон. Поэтому придумали новое слово – карантикулы, то есть каникулы на карантине. Появилось и самоустранение. Так обозначили бездействие властей в некоторых регионах.
Как всегда, в таких случаях возникает очень много эвфемизмов. Потому что, если ты скажешь, что у нас всемирный кризис или денег нет, это будет нехорошо. А если скажешь, что в экономике наблюдается турбулентность, звучит не так страшно: мы все проходили зоны турбулентности в самолёте – потрясло немножечко и успокоилось. Или грядёт сокращение, но «оптимизация состава работников» звучит не так больно.
В связи с тем, что появилось много штрафов и разбирательств в суде, родился и термин вируспруденция. Мне кажется, это очень хорошее обозначение, потому что недостаточно тех законов, которые есть. Приходится их поправлять.
Покаяние гречников
– Какое новое слово или словосочетание вам больше всего нравится?
– Когда у нас был продовольственный кризис, магазины пообещали бороться против макаронавируса – это о людях, которые скупали макароны. Те, кто в страшных количествах несли гречку, назывались гречники. К ним звучал призыв: «Покайтесь, гречники!» (перифраз от «Покайтесь, грешники!»). По-моему, это чудесно.
– Какие слова останутся надолго?
– Я думаю, что коронакризис как обозначение того, что произошло, и без дурашливых интонаций. Останется короткое обозначение коронавируса – «корона». Возможно останется слово корониалы. У него два значения: дети лет 10–15, которые легко осваивают виртуальную реальность, и дети, которые будут рождены во время коронавируса. Наверное, останется слово карантинки (по аналогии с валентинками) – это письма, которые пишут друг другу разлучённые влюблённые. Совершенно точно войдёт глагол зумиться – программа видеосвязи «зум» приобретает тот же статус, что памперсы и ксерокс. И сейчас вполне можно услышать, что кто-то зумится по скайпу, это то же самое, что гуглить в яндексе. И останется переосмысление сочетания «в мирное время», потому что раньше мирное время было связано только с отсутствием войны, а теперь то, что было до и настанет после войны с вирусом.