Какой военно-морской флот (не)нужен РФ?
0
265
Начало здесь. Для флота открытого моря просто нет задач. Дело даже не в невозможности создать современный авианосный флот, как у США. Ну, допустим, он есть, и чо дальше? Начнем с того, что ему негде базироваться. Черное море и Балтика отпадают сразу, поскольку РФ не контролирует выходы из этих бассейнов. Из Мурманска гипотетически авианосная ударная группа (АУГ) в случае столь же гипотетического военного конфликта с НАТО, наверное, сможет прорваться между льдами и Норвегией, но только если выйдет в море до начала открытого конфликта. Но это билет в один конец. Как она будет возвращаться, израсходовав топливо и боекомплект? А хватит припасов лишь на то, чтобы несколько раз поднять авиакрыло в воздух. Да и возвращаться уже будет некуда, поскольку база в Североморске, до которой чуть больше 100 км от границы, будет перетерта в пыль массированной ракетной атакой.
Американские АУГ могут месяцами курсировать в районе ТВД и выбамбливать папуасов, потому что корабли снабжения безостановочно совершают чартерные рейсы, подвозя боеприпасы, топливо и провизию, благо США контролируют мировой океан и по всему миру имеют союзников и базы снабжения. У русских такой возможности нет. Методом исключения остается Тихий океан, где может быть размещена авианосная группировка. Она может даже относительно безопасно и гордо курсировать по Охотскому морю, имеющему статус внутреннего. Но за его пределами ей ничего не светит, да и делать там совершенно нечего. То есть еще до начала боевых действий флот должен убраться из Владивостока, иначе он окажется там заблокированным. Фактически для выхода в океан остаются четыре курильских пролива.
Единственное место, из которого флот может выйти в открытый океан, минуя ловушки-проливы – Авачинская бухта на Камчатке. Казалось бы – вот он, шанс РФ стать реальной, а не номинальной океанской державой. А вот фиг вам! Дело в том, что в случае войны Камчатка оказывается отрезанной от остальной территории страны: сухопутного сообщения с центром она не имеет, а морское будет гарантированно прервано. Да и из какого порта можно осуществлять снабжение, какими силами прикрыватькоммуникации? Ко всему прочему Камчатка критически уязвима для захвата десантом противника, что подтверждается военной историей: Петропавловск-Камчатский дважды захватывался вражеским десантом – в 1855 г. англо-французами; в 1905-м – японцами.
Вывод: по чисто географическим, а потому неустранимым, причинам Россия не является океанской военно-морской державой и не способна ею быть. Напомню, что в свое время именно отсутствие выходов в океан спровоцировало безуспешную 300-летнюю эпопею по захвату черноморских проливов. На востоке же русские пытались строить порты на китайской территории (Порт-Артур и Дальний), однако так же потерпели фиаско.
Поэтому любые спекуляции на тему строительства новейших авианесущих анало-говнетов следует игнорировать, как информационный шум. Тут, кстати, стоит еще напомнить поцреотам, что главная ударная сила авианосца – самолеты. Но с палубы многострадального «Адмирала Кузнецова», который в корчах подыхает, но все никак не может подохнуть, способно взлететь лишь 12 боевых самолетов (по штату должно быть 28-36). Это все, что способна наскрести великая смеходержава. С учетом того, что в области авиастроения РФ безнадежно отстала от стран НАТО, наличие плавучего аэродрома утрачивает всякий смысл.
Кто-то хочет вспомнит эпически поход «Кузи» в Средиземное море? Вместо демонстрации имперской военной мощи он продемонстрировал разве что ее убожество, утопив два собственных самолета. Дело не в качестве порванной резинки авиафинишера, а в том, что порвавший ее Су-33 слишком тяжел для использования в качестве палубника. Легкий Миг-29К – более приспособлен, но и он не годится, поскольку «Кузя» проектировался и сроился под самолеты вертикального взлета/посадки Як-141, который оказался настолько ущербным, что в серию так и не пошел. В итоге авиакрыло «Кузнецова» в Сирии базировалось на наземном аэродроме в Хмеймиме и оттуда совершало боевые вылеты с полно заправкой и боекомплектом (с «Кузи» самолеты могли взлетать лишь с минимальной загрузкой). Так что весь этот цирк сконями авианосцами реального боевого значения не имеет, даже если речь идет об опереточной войне против диких пастухов в широких шароварах.
Может ли россианский флот быть применен для нейтрализации АУГ вероятного противника на дальних подступах? Насчет вероятного противника вопросов нет – это могут быть только США с примкнувшими к ним Великобританией и Францией. Все прочие находящиеся в строю современные авианосцы (итальянские, испанские, австралийские и пр.) относятся к классу УДК и БДК (универсальные и большие десантные корабли), статуса ударных авианосцев они не имеют.
Итак, представим себе гипотетическую картину: американская АУГ вышла из Перл-Харбора чтобы… ну ,я не знаю даже зачем, например руинировать базу ТОФ в Вилючинске. А навстречу ему с дружным хрипом «можем повторить!» вышел весь Тихоокеанский флот (те корабли, что находятся в строю). Повторить он может разве что Цусиму, конечно. Флагман флота ракетный крейсер даже название имеет соответствующее – «Варяг», как бы намекающее на его бесполезность. Для того, чтобы иметь возможность применить свое самое мощное оружие – противокорабельный ракетный комплекс «Вулкан», ему нужно будет сблизиться со вражеским авианосцем на 700 км, что мы можем сразу исключить (об этом ниже). Единственный эсминец «Быстрый», спущенный на воду в далеком 1986 г., вооружен ПКР «Москит», способным жахнуть на 250 км, то бишь выходить в море ему вообще смысла нет.
На этом возможности надводного флота РФ на Тихом океане можно считать исчерпанными. Вся надежда на атомные подводные лодки с крылатыми ракетами (ПЛАРК), которые пропаганда пафосно именует убийцами авианосцев. В настоящий момент на тихоокеанском театре три лодки проекта 949А(М) «Антей» способны выти в море. Можно добавить к ним еще одну АПЛ проекта 971 «Щука-Б», которая слабее вооружена, но может быть задействована для обеспечения действий поисково-ударной группы. Максимальная дальность, на которую «Антеи» способны нанести удар ракетами «Гранит» – 625 км (практическая дальность – 550 км). Но, поскольку, самонаводиться ракета может только на заключительном участке траектории, то для целеуказания должна применяться авиация или спутниковый морской комплекс разведки и целеуказания (МКРЦ) «Легенда», служивший с 1978 по 2006 годы. На смену ему должен был прийти МКРЦ «Лиана», однако он до сих пор так и не развернут, и вряд ли будет развернут из-за санкций, практически похоронивших отечественное спутникостроение.
Таким образом применение ПЛАРК против авианосцев может осуществляться только при помощи самолета разведки и целеуказания Ту-95РЦ. Но тут есть нюанс. Прежде всего нужно обнаружить саму АУГ противника, чтобы ПЛАРК могли выдвинуться им навстречу. На это способны только системы космического слежения, которых у РФ нет. Соответственно, остается надеяться лишь на сонары подлодок, что могут нащупать авианосную группировку на расстоянии в 100 км. Вот только авианосцы ходят с мощным противолодочным эскортом и шансы на выживание у ПЛАРК при таком сближении с АУГ нулевые.
Вывод: если вот прямо сегодня случится война между РФ и США на Тихом океане, военно-морской флот русских будет бесполезен как для атаки, так и для обороны. Даже в том случае, если против путинской смеходержавы будет задействована всего одна американская УАГ, помешать ей ТОФ сможет разе что случайно. Самое эффективное, что он может сделать – спрятаться и не отсвечивать. В этом случае он будет нервировать противника самим фактом своего наличия. При активных попытках противодействовать силам агрессора на дальних подступах крайне незначительные (а по правде говоря, смехотворные) надводные силы ТОФ будут уничтожены, даже не выйдя на рубеж атаки. У ПЛАРК есть шанс выжить, но только если американцы пройдут вдалеке.
Когда я говорил о вероятности случайно отразить удар, то имел в виду примерно следующее: остается последняя надежда найти иголку в стоге сена, то есть авианосную группу в океане – с помощью дальних морских разведчиков, тех же Ту-95РЦ, которые могут передать целеуказание «Антеям», и если те по счастливому стечению обстоятельств окажутся на дистанции ракетного залпа…
Но это лишь в том случае, если противник вообще не озаботится ПВО. В реальности же на угрожаемом направлении в воздухе постоянно барражируют самолеты дальнего радиолокационного обнаружения (ДРЛО) E-2C «Хокай», которых в авиакрыле авианосца насчитывается четыре штуки. Эти машины отходят от ордера УАГ на 250-300 км и засекают истребитель даже на фоне земли на расстоянии 400 км. Если речь о крупной добыче, такой, как Ту-95, то «Хокай» засечет его на удалении до 700 км, пока тот не имеет шансов засечь авианосную группу (бортовая система МРСЦ-1 имела дальность 250 км). Однако главное даже не в этом. Ту-95РЦ уже снят с вооружения, а готовившийся ему на замену Ту-142МРЦ из-за развала Союза так и не реализован. сть какое-то количество Ту-95 на консервации, но можно ли их оборудовать в качествее морского разведчика - вопрос. То есть по факту дальней морской авиации для разведки и целеуказания у РФ просто нет, а тактические разведчики Ту-22МР могут эффективно действовать только в прибрежной зоне.
Вот и посудите, каковы сегодня шансы успешного применения флота для отражения атаки авианосной группы (хотя бы одной), если в Вашингтоне решат, что ей необходимо уничтожить цель непосредственно на территории России? В общем-то никаких. Да, ракетное вооружение, даже советское, остается довольно мощным. Вот только применять его вслепую невозможно, а средства разведки целей и целеуказания у сегодняшней Раши заметно слабее, чем были у СССР 30 лет назад. И с их носителями тоже все плохо, точнее, с их количеством. А ведь когда-то на Северном флоте была целая дивизия подводных лодок для охоты на авианосные группировки в составе двух тактических групп.
Некоторую надежду на успех дает массированная атака ракетоносцев Ту-22 ракетами Х-22, но говорить об этом можно сугубо умозрительно. Считается, что для гарантированного потопления авианосца требуется попадание 40 ракет, для чего требуется собрать ударный кулак в 20 ударных самолетов, а еще нужны Ту-22МР для целеуказания и значительные силы РЭБ. То есть для этого придется задействовать более половины имеющихся в распоряжении РФ машины данного класса, способных оторваться от земли (пони насчитывают примерно 40 штук).
Учитывая высокую плотность ПВО и ПРО авианосной группы, неизвестно, скольким самолетам удастя выпустить ракеты, и сколько из них достигнут цели. И это нам малоинтересно, поскольку мы не ставим под сомнение вопрос полезности ударной авиации, а пытаемся выяснить, насколько стране с самой протяженной береговой линией в мире необходим ВМФ. Как видим, береговая линия есть, а места, куда бы мог приткнуться флот, нет, как и толку от его наличия.
Наверное, кто-то уже готов уличить меня в манипуляции: дескать, ведя речь о флоте, я не упомянул самый «убойный» его аргумент – атомные ракетные подводные крейсеры стратегического назначения (АРПК СН), способные устроить ядерный армагеддон всему шарику. На самом деле, собственно, к флоту носители МБР «Булава» и «Синева» отношения не имеют и задач флота по контролю мирового океана, защите судоходства и противодействию вооруженным силам противника не решают. В оперативном отношении они относятся не столько к ВМФ, сколько к триаде сил ядерного сдерживания (СЯС), имеющим компоненту наземного, воздушного и морского базирования. И если говорить не о войне, где он практически бесполезен, а исключительно о сдерживании, то в данном контексте флот уже начинает обретать свой смысл. Но исключительно подводный, и только для охраны позиционного района носителей ЯО.
Вы не задумывались, почему на Тихом океане в настоящий момент в строю всего три АРПК, а на Северном – семь, включая один ТАРПК – то есть тяжелый крейсер (подлодка «Дмитрий Донской» проекта 941 «Акула»). А все потому, что АРПК очень шумные и заметные в инфракрасном диапазоне. Энергоустановка на ядерном топливе обеспечивает подводному крейсеру большую автономность и практически неограниченный запас хода, но она оставляет за собой тепловой след. Теплая вода легче холодной, она поднимается наверх, и этот инфракрасный след легко засекается со спутников. Поэтому, насколько мне известно, из Вилючинска на боевое дежурство АРПК давно не ходят, ибо просто смысла нет. Ведь оборонительные возможности подводного крейсера в случае обнаружения весьма невелики, а его обнаружение не представляет особых проблем, янки «пасут» Вилючинск очень плотно.
Другое дело на севере – вышел АРПК с базы, ушел на восток, заметая следы, там нырнул под лед – и ищи-свищи. Лед защищает подводный крейсер от обнаружения с воздуха, надводные силы вероятного противника ему тоже не страшны. Фактически единственную опасность для тихо лежащей на дне где-нибудь у Гренландии пусковой платформы представляют подлодки – охотницы. Вот для того, чтобы прикрыть позиционный район и нужны небольшие подлодки, в том числе малошумные дизель-электрические. Разумно? То есть единственная практически значимая задача военно-морского флота РФ – прикрытие АРПК подо льдами Арктики (пока они не растаяли окончательно). Все остальное – абсолютно бессмысленные понты и деньги на ветер.
В описанном же выше случае реализуется уже цитируемая формула Уинстона Черчилля «Флот существует, и многое не происходит». Да, подводный флот – оружие слабых, но Россия никогда не была сильной морской державой (см. об этом пост 1, пост 2), а иметь океанский флот не может в принципе – ему тупо негде базироваться. На этом вопрос можно закрыть, а ватники пускай занимаются дрочкой на мультяшную военную мощь Пуйлостана сколько угодно, они никому за пределами Мордора этим не мешают.
Американские АУГ могут месяцами курсировать в районе ТВД и выбамбливать папуасов, потому что корабли снабжения безостановочно совершают чартерные рейсы, подвозя боеприпасы, топливо и провизию, благо США контролируют мировой океан и по всему миру имеют союзников и базы снабжения. У русских такой возможности нет. Методом исключения остается Тихий океан, где может быть размещена авианосная группировка. Она может даже относительно безопасно и гордо курсировать по Охотскому морю, имеющему статус внутреннего. Но за его пределами ей ничего не светит, да и делать там совершенно нечего. То есть еще до начала боевых действий флот должен убраться из Владивостока, иначе он окажется там заблокированным. Фактически для выхода в океан остаются четыре курильских пролива.
Единственное место, из которого флот может выйти в открытый океан, минуя ловушки-проливы – Авачинская бухта на Камчатке. Казалось бы – вот он, шанс РФ стать реальной, а не номинальной океанской державой. А вот фиг вам! Дело в том, что в случае войны Камчатка оказывается отрезанной от остальной территории страны: сухопутного сообщения с центром она не имеет, а морское будет гарантированно прервано. Да и из какого порта можно осуществлять снабжение, какими силами прикрыватькоммуникации? Ко всему прочему Камчатка критически уязвима для захвата десантом противника, что подтверждается военной историей: Петропавловск-Камчатский дважды захватывался вражеским десантом – в 1855 г. англо-французами; в 1905-м – японцами.
Вывод: по чисто географическим, а потому неустранимым, причинам Россия не является океанской военно-морской державой и не способна ею быть. Напомню, что в свое время именно отсутствие выходов в океан спровоцировало безуспешную 300-летнюю эпопею по захвату черноморских проливов. На востоке же русские пытались строить порты на китайской территории (Порт-Артур и Дальний), однако так же потерпели фиаско.
Поэтому любые спекуляции на тему строительства новейших авианесущих анало-говнетов следует игнорировать, как информационный шум. Тут, кстати, стоит еще напомнить поцреотам, что главная ударная сила авианосца – самолеты. Но с палубы многострадального «Адмирала Кузнецова», который в корчах подыхает, но все никак не может подохнуть, способно взлететь лишь 12 боевых самолетов (по штату должно быть 28-36). Это все, что способна наскрести великая смеходержава. С учетом того, что в области авиастроения РФ безнадежно отстала от стран НАТО, наличие плавучего аэродрома утрачивает всякий смысл.
Кто-то хочет вспомнит эпически поход «Кузи» в Средиземное море? Вместо демонстрации имперской военной мощи он продемонстрировал разве что ее убожество, утопив два собственных самолета. Дело не в качестве порванной резинки авиафинишера, а в том, что порвавший ее Су-33 слишком тяжел для использования в качестве палубника. Легкий Миг-29К – более приспособлен, но и он не годится, поскольку «Кузя» проектировался и сроился под самолеты вертикального взлета/посадки Як-141, который оказался настолько ущербным, что в серию так и не пошел. В итоге авиакрыло «Кузнецова» в Сирии базировалось на наземном аэродроме в Хмеймиме и оттуда совершало боевые вылеты с полно заправкой и боекомплектом (с «Кузи» самолеты могли взлетать лишь с минимальной загрузкой). Так что весь этот цирк с
Может ли россианский флот быть применен для нейтрализации АУГ вероятного противника на дальних подступах? Насчет вероятного противника вопросов нет – это могут быть только США с примкнувшими к ним Великобританией и Францией. Все прочие находящиеся в строю современные авианосцы (итальянские, испанские, австралийские и пр.) относятся к классу УДК и БДК (универсальные и большие десантные корабли), статуса ударных авианосцев они не имеют.
Итак, представим себе гипотетическую картину: американская АУГ вышла из Перл-Харбора чтобы… ну ,я не знаю даже зачем, например руинировать базу ТОФ в Вилючинске. А навстречу ему с дружным хрипом «можем повторить!» вышел весь Тихоокеанский флот (те корабли, что находятся в строю). Повторить он может разве что Цусиму, конечно. Флагман флота ракетный крейсер даже название имеет соответствующее – «Варяг», как бы намекающее на его бесполезность. Для того, чтобы иметь возможность применить свое самое мощное оружие – противокорабельный ракетный комплекс «Вулкан», ему нужно будет сблизиться со вражеским авианосцем на 700 км, что мы можем сразу исключить (об этом ниже). Единственный эсминец «Быстрый», спущенный на воду в далеком 1986 г., вооружен ПКР «Москит», способным жахнуть на 250 км, то бишь выходить в море ему вообще смысла нет.
На этом возможности надводного флота РФ на Тихом океане можно считать исчерпанными. Вся надежда на атомные подводные лодки с крылатыми ракетами (ПЛАРК), которые пропаганда пафосно именует убийцами авианосцев. В настоящий момент на тихоокеанском театре три лодки проекта 949А(М) «Антей» способны выти в море. Можно добавить к ним еще одну АПЛ проекта 971 «Щука-Б», которая слабее вооружена, но может быть задействована для обеспечения действий поисково-ударной группы. Максимальная дальность, на которую «Антеи» способны нанести удар ракетами «Гранит» – 625 км (практическая дальность – 550 км). Но, поскольку, самонаводиться ракета может только на заключительном участке траектории, то для целеуказания должна применяться авиация или спутниковый морской комплекс разведки и целеуказания (МКРЦ) «Легенда», служивший с 1978 по 2006 годы. На смену ему должен был прийти МКРЦ «Лиана», однако он до сих пор так и не развернут, и вряд ли будет развернут из-за санкций, практически похоронивших отечественное спутникостроение.
Таким образом применение ПЛАРК против авианосцев может осуществляться только при помощи самолета разведки и целеуказания Ту-95РЦ. Но тут есть нюанс. Прежде всего нужно обнаружить саму АУГ противника, чтобы ПЛАРК могли выдвинуться им навстречу. На это способны только системы космического слежения, которых у РФ нет. Соответственно, остается надеяться лишь на сонары подлодок, что могут нащупать авианосную группировку на расстоянии в 100 км. Вот только авианосцы ходят с мощным противолодочным эскортом и шансы на выживание у ПЛАРК при таком сближении с АУГ нулевые.
Вывод: если вот прямо сегодня случится война между РФ и США на Тихом океане, военно-морской флот русских будет бесполезен как для атаки, так и для обороны. Даже в том случае, если против путинской смеходержавы будет задействована всего одна американская УАГ, помешать ей ТОФ сможет разе что случайно. Самое эффективное, что он может сделать – спрятаться и не отсвечивать. В этом случае он будет нервировать противника самим фактом своего наличия. При активных попытках противодействовать силам агрессора на дальних подступах крайне незначительные (а по правде говоря, смехотворные) надводные силы ТОФ будут уничтожены, даже не выйдя на рубеж атаки. У ПЛАРК есть шанс выжить, но только если американцы пройдут вдалеке.
Когда я говорил о вероятности случайно отразить удар, то имел в виду примерно следующее: остается последняя надежда найти иголку в стоге сена, то есть авианосную группу в океане – с помощью дальних морских разведчиков, тех же Ту-95РЦ, которые могут передать целеуказание «Антеям», и если те по счастливому стечению обстоятельств окажутся на дистанции ракетного залпа…
Но это лишь в том случае, если противник вообще не озаботится ПВО. В реальности же на угрожаемом направлении в воздухе постоянно барражируют самолеты дальнего радиолокационного обнаружения (ДРЛО) E-2C «Хокай», которых в авиакрыле авианосца насчитывается четыре штуки. Эти машины отходят от ордера УАГ на 250-300 км и засекают истребитель даже на фоне земли на расстоянии 400 км. Если речь о крупной добыче, такой, как Ту-95, то «Хокай» засечет его на удалении до 700 км, пока тот не имеет шансов засечь авианосную группу (бортовая система МРСЦ-1 имела дальность 250 км). Однако главное даже не в этом. Ту-95РЦ уже снят с вооружения, а готовившийся ему на замену Ту-142МРЦ из-за развала Союза так и не реализован. сть какое-то количество Ту-95 на консервации, но можно ли их оборудовать в качествее морского разведчика - вопрос. То есть по факту дальней морской авиации для разведки и целеуказания у РФ просто нет, а тактические разведчики Ту-22МР могут эффективно действовать только в прибрежной зоне.
Вот и посудите, каковы сегодня шансы успешного применения флота для отражения атаки авианосной группы (хотя бы одной), если в Вашингтоне решат, что ей необходимо уничтожить цель непосредственно на территории России? В общем-то никаких. Да, ракетное вооружение, даже советское, остается довольно мощным. Вот только применять его вслепую невозможно, а средства разведки целей и целеуказания у сегодняшней Раши заметно слабее, чем были у СССР 30 лет назад. И с их носителями тоже все плохо, точнее, с их количеством. А ведь когда-то на Северном флоте была целая дивизия подводных лодок для охоты на авианосные группировки в составе двух тактических групп.
Некоторую надежду на успех дает массированная атака ракетоносцев Ту-22 ракетами Х-22, но говорить об этом можно сугубо умозрительно. Считается, что для гарантированного потопления авианосца требуется попадание 40 ракет, для чего требуется собрать ударный кулак в 20 ударных самолетов, а еще нужны Ту-22МР для целеуказания и значительные силы РЭБ. То есть для этого придется задействовать более половины имеющихся в распоряжении РФ машины данного класса, способных оторваться от земли (пони насчитывают примерно 40 штук).
Учитывая высокую плотность ПВО и ПРО авианосной группы, неизвестно, скольким самолетам удастя выпустить ракеты, и сколько из них достигнут цели. И это нам малоинтересно, поскольку мы не ставим под сомнение вопрос полезности ударной авиации, а пытаемся выяснить, насколько стране с самой протяженной береговой линией в мире необходим ВМФ. Как видим, береговая линия есть, а места, куда бы мог приткнуться флот, нет, как и толку от его наличия.
Наверное, кто-то уже готов уличить меня в манипуляции: дескать, ведя речь о флоте, я не упомянул самый «убойный» его аргумент – атомные ракетные подводные крейсеры стратегического назначения (АРПК СН), способные устроить ядерный армагеддон всему шарику. На самом деле, собственно, к флоту носители МБР «Булава» и «Синева» отношения не имеют и задач флота по контролю мирового океана, защите судоходства и противодействию вооруженным силам противника не решают. В оперативном отношении они относятся не столько к ВМФ, сколько к триаде сил ядерного сдерживания (СЯС), имеющим компоненту наземного, воздушного и морского базирования. И если говорить не о войне, где он практически бесполезен, а исключительно о сдерживании, то в данном контексте флот уже начинает обретать свой смысл. Но исключительно подводный, и только для охраны позиционного района носителей ЯО.
Вы не задумывались, почему на Тихом океане в настоящий момент в строю всего три АРПК, а на Северном – семь, включая один ТАРПК – то есть тяжелый крейсер (подлодка «Дмитрий Донской» проекта 941 «Акула»). А все потому, что АРПК очень шумные и заметные в инфракрасном диапазоне. Энергоустановка на ядерном топливе обеспечивает подводному крейсеру большую автономность и практически неограниченный запас хода, но она оставляет за собой тепловой след. Теплая вода легче холодной, она поднимается наверх, и этот инфракрасный след легко засекается со спутников. Поэтому, насколько мне известно, из Вилючинска на боевое дежурство АРПК давно не ходят, ибо просто смысла нет. Ведь оборонительные возможности подводного крейсера в случае обнаружения весьма невелики, а его обнаружение не представляет особых проблем, янки «пасут» Вилючинск очень плотно.
Другое дело на севере – вышел АРПК с базы, ушел на восток, заметая следы, там нырнул под лед – и ищи-свищи. Лед защищает подводный крейсер от обнаружения с воздуха, надводные силы вероятного противника ему тоже не страшны. Фактически единственную опасность для тихо лежащей на дне где-нибудь у Гренландии пусковой платформы представляют подлодки – охотницы. Вот для того, чтобы прикрыть позиционный район и нужны небольшие подлодки, в том числе малошумные дизель-электрические. Разумно? То есть единственная практически значимая задача военно-морского флота РФ – прикрытие АРПК подо льдами Арктики (пока они не растаяли окончательно). Все остальное – абсолютно бессмысленные понты и деньги на ветер.
В описанном же выше случае реализуется уже цитируемая формула Уинстона Черчилля «Флот существует, и многое не происходит». Да, подводный флот – оружие слабых, но Россия никогда не была сильной морской державой (см. об этом пост 1, пост 2), а иметь океанский флот не может в принципе – ему тупо негде базироваться. На этом вопрос можно закрыть, а ватники пускай занимаются дрочкой на мультяшную военную мощь Пуйлостана сколько угодно, они никому за пределами Мордора этим не мешают.