«Я сердцем вселенную всю обнимаю»
Лилия СИНЦОВА родилась в Виноградовском районе, живёт в селе Холмогоры. Сочинять начала поздно, уже в зрелом возрасте. Пишет стихи, рассказы, краеведческие очерки. Книги её о простых людях, односельчанах разлетаются среди читателей как горячие пирожки. Лауреат многих литературных конкурсов, обладатель Рубцовской и Ломоносовской районных премий. Член Северного (Северодвинского) союза писателей.
Неполадки в природе
Ну наконец-то! Зима разродилась
Белым, пушистым и мягким снежком…
Рано она в гости к нам заявилась:
Об руку нынче пришла с октябрём.
Реки поставила. Экое диво —
Стала Двина посреди октября.
Ягод рябиновых всюду разливы:
Глянешь — на дереве каждом заря.
Землю без снега сковали морозы,
Ветер колючий пронзает насквозь.
Лист не совсем обронили берёзы,
Да и уснуть вряд ли им удалось.
Солнышко яркое. Светит, не греет.
Тоже с зимою оно заодно.
Не за горами пора и метелей:
Осень сбежала… Да ей всё равно,
Будет ли месяц ноябрь на распутье
Снегом засыпан иль вымыт дождём,
Ветром ли вьюжным завоет, закрутит
В месяц осенний зима день за днём.
Ох, неполадки какие в природе!
В дымке морозной рябины горят.
Ягоды много. Об этом в народе:
«Лютою будет зима» — говорят.
Зимнее
Зимней ночью бледная луна
Серебром раскрасила окрестность.
Опускает, как с веретена,
Нити серебристые над лесом.
Ну а утром зимним алый цвет
Зорька разливает по округе.
Розовый колышется рассвет
Над деревней, полем и над лугом.
В белом — избы, белые — поля,
Дремлет лес под белым покрывалом.
Спит под снегом матушка-земля,
Как под пышным тёплым одеялом.
Подруга
Опять земля надела платье белое,
И вновь клюют рябину снегири.
Подруга милая, ты что наделала:
Зачем с милёночком гуляла до зари?
Я про любовь на днях тебе поведала,
Ты рассмеялась: «Хочешь, отобью?»
Гордись, подруженька,
своей победою,
Когда ведёшь гулять любовь мою.
А я ведь, знаешь, шила платье белое:
Мы с ним с руки кормили снегирей…
Тут появилась ты, такая смелая, —
Беда и горюшко судьбы моей.
Была, подруга, с милым я счастливою.
Вот только будешь счастлива ли ты?
И белым инеем лежат под ивою
Моей любви опавшие цветы.
Калина
Как лижет берег паводок весной!
Уже трепещут корни на ветру.
Ещё немного — и слизнёт волной
Калину, что застыла на юру.
И понесёт её речной поток:
Куда прибьёт, и где закончит путь,
Зацепится ль корнями за песок
И сможет ли землицы ущипнуть?
Калина, ох, калинушка, держись,
Вцепившись в кромку берега, в траву!
Я принесу лопату — будет жизнь
Твоя теперь на заливном лугу.
Первоцветы
Калужница в илистых кочках,
Как спала вода, расцвела.
В купальницах жёлтых угорчик
От майского млеет тепла.
Мать-мачеха жёлтая всюду,
И крокус желтеет в саду.
Ну разве же это не чудо?
Цветочки цвет солнца берут —
Что первыми видят весною,
Как солнышко светит с небес!
А скоро весь луг принакроет
Златой одуванчиков всплеск.
Ещё не цветёт колокольчик,
И нет ещё маков нигде.
А лютика нежный бутончик
Раскрылся, желтея, в траве.
И что есть нежней первоцветов
Весной, после стужи и вьюг?
Я жёлтенький яркий букетик
Нарву для тебя, милый друг.
Загорелась зоренька цвета иван-чаева
И тумана проседь с реченьки сняла.
Ручеёк-певунчик выскочил нечаянно,
Заструилась по лугу неба синева.
Потянулись к солнышку
лилии с кувшинками,
Засмотрелось солнышко в синюю реку.
Чибисы-страдальцы
вьются над тропинкою,
А на зорьке — с удочкой рыбак на берегу.
Озоруют лошади на лугу некошеном,
Травы мнут росистые, путы оборвав,
Сыплет цвет черёмуха белою порошею,
Жеребята малые носятся стремглав.
Лютиково кружево
расплескалось лужами,
Жёлтыми, огромными — нету берегов.
Где тропинкой суженной
мой шагает суженый:
Заблудился в соснах ли,
меж каких столбов?
Марево дрожащее
поднялось над травами,
Вроде близко-близкое —
не задеть рукой.
Виноваты оба ли или оба правы мы,
Только не с тобою я, ты тоже не со мной.
Босиком по травушкам —
жжёт роса холодная
Мои босы ноженьки; ничего, стерплю.
Мамушка родимая, мама моя родная,
Я, наверно, мамушка, не того люблю.
Восход полоской алой означился, горя,
В малиновом платочке рождается заря.
В малиннике проснулись,
запели соловьи —
О солнышке, о лете, о счастье и любви.
Полночные светила уходят на покой,
И солнце засияло над сонною рекой.
Лучи струятся с неба потоком золотым,
Туман в низинах стёрся,
растаял, словно дым.
И вот уже под солнцем рассеялась роса,
И славят утро хором птиц ранних голоса.
И речка серебрится плещется волной,
И солнышко на небе —
как мячик золотой.
Цветы, благоухая, за солнышком следят.
И этим утром ранним весь мир —
как дивный сад!
Яркая, яркая, расплескалась яркая
Зорюшка по небушку: всё вокруг ало.
Брызнул мелкий дождичек,
и повисла радуга,
Опалила зорюшка лучиком крыло.
Нежная, нежная, зазвучала нежная
Песенка соловушки с ивовых кустов.
Расстелилось небушко синее,
безбрежное,
К горизонту катятся стайки облаков.
Светлая, светлая, грусть такая светлая
До краёв заполнила сердце у меня.
Душу растревожило утро это летнее,
Дождиком умытое зарожденье дня.
Весело, весело, засверкали весело
Ноготки с ромашками,
мальвы у плетня.
Как удачно солнышко
радугу повесило —
Один конец за реченькой,
другой же — у меня.
Ласково, ласково, засияло ласково
Солнышко лучистое на моём дворе.
День наполнен радостью,
день наполнен сказкою,
На вечерней кончится, знаю, он заре.
И снова утро
Солнышко не всходит, а взлетает,
Как петух на крашеный забор.
Сумрак ночи синей дымкой тает,
Оживился в лютиках угор,
Встрепенулись мальвы у забора,
Капельки росы летят в траву.
Петухи поют в деревне хором,
До чего же здорово поют!
Ласточек полёт неповторимый —
Режут крылья неба синеву.
Утро разгорается над миром,
Золотит черёмухам листву.
На озёрах вода
Зацвела изумрудною ряской.
Хорошеет тайга,
Наливается спелостью разной.
Ох, приятна вода.
Не вода, а лесная истома.
Ох, красива тайга:
Золотится могучая крона.
Я иду по тайге —
По бескрайности, шири великой.
Я иду по траве —
Вяжет ноги мои повилика.
Я иду, не боюсь.
За спиной моей солнце шагает.
Если вдруг заблужусь,
Как мне выйти, конечно же, знаю.
Показалось Сельцо —
Прошагала довольно я много.
Солнце светит в лицо —
Против солнца обратно дорога.
Лесной пруд
Лес стоит, не шелохнётся лист.
Ветер спит у подножья берёз.
Воздух светел, прозрачен и чист,
Пруд зелёною ряской зарос.
Блюдца листьев в заросшем пруду
Держат хрупкие лилий цветки.
Паучки-челноки на ходу
Растеряли свои башмачки.
Дремлет старая ель над прудом,
Мох куделью свисает с ветвей.
И совсем ей не скучно одной:
Прилетал к ней и пел соловей.
В низинах курятся туманы,
Взлетают на крыльях рассвета.
И вот наконец спозаранку
В июль окунается лето.
Небес бирюза расплескалась,
Ни облачка в небе высоком.
И утренней зорюшки алость
Нырнула в речную протоку.
Склонилась осока-резунья
Над речкой в нижайшем поклоне,
А ива сегодня в раздумье
Над зеркалом вод ветви клонит.
На красной рубахе рассвета
Остались мокринки тумана.
Июлем увенчано лето,
И думать об осени рано.
Последнее купанье
А лето птицей белою скользнуло
Из рук за отдалённый перелесок,
И холодом осенним опахнуло,
Хотя денёк и солнечен, и весел.
Войду в реку, босая, по колени —
В ней летнее купается тепло.
Но пьёт его уже денёк осенний,
И первый лист волною понесло.
Я скину платье лёгкое на камень,
Нырну в остатки лета с головой.
Последнее осеннее купанье
Не раз припомню зимнею порой.
Узоры паутин под каждой веткой —
Так надоели, просто нету сил.
И вроде сторонюсь, но как же метко
Тенётник всё лицо мне облепил.
Грибы в плетушке, запах колкой хвои,
Сквозь сосны солнца луч слепит глаза.
А сердце снова что-то беспокоит,
И умиляет неба бирюза.
Иду обочь опушки — травы сникли,
Нет лютиков, и клевер почернел.
Шуршит сапог увядшей повиликой,
Из-под ноги воробушек взлетел.
Рябина на опушке клонит гроздья
Созревших ягод. Крыльями шумя,
Откуда ни возьмись, смотрю, несётся
Огромная скворчиная семья.
Остановилась. Что же будет дальше?
А дальше — пять минут, и ягод нет.
А лес нахальством этим ошарашен:
Всю красоту склевали на обед!
Сватанье
Одинака у мати росла
Избалована донельзя дочи.
Неумехой, лентяйкой была,
Развлекалась с утра и до ночи.
Хлебосольная добрая мать
Для неё ничего не жалела,
Чтобы дочку свою наряжать,
Не сидела минуты без дела.
Постучались сваты у ворот:
— Ну-ко, девка, кажи: что умеешь?
Кто такую-то замуж возьмёт?
В старых девах, поди, захиреешь.
Ты в оконышко мене смотри,
С рукодельем сиди вечерами.
Не ленись и вставай до зари,
Дай-ко роздыху ты своей маме.
Поглянулася, девка, ты нам,
Хороша, да бела, да красова.
Ну, чего даёшь волю слезам?
Через год мы появимся снова.
Ты за год научиться должна
Шить, вязать, и готовить, и стряпать.
Коль не лапотна будешь жена,
То и муж у тя будет не лапоть.
В парчовом закате застыли деревья,
Чуть ветер колышет у дома траву.
Последним лучом
озарилась деревня,
И вечер раскрасил небес синеву
Сиреневой мглою, и тучи, как стадо,
Плывут бестолково куда-то в тиши.
Исчезла за лесом полоска заката,
И нежное что-то коснулось души.
Над лесом звезда
заискрилась стыдливо:
То ль светом разлиться,
то ль скрыться во мгле?
А после лучами сверкнула игриво,
И стало немного светлей на земле.
И в эти часы, о былом вспоминая,
Грустиночку в сердце невольно тая,
Я сердцем вселенную всю обнимаю
И чувствую нужность своего бытия.
Сообщение «Я сердцем вселенную всю обнимаю» появились сначала на Северный рабочий.