"Голубая лента скорости". О подлодке "Золотая рыбка", которую никто не превзошел
Рекорд скорости этой подлодки не побит до сих пор. Мало того, ни одна субмарина в мире даже и не приблизилась к скорости 44,7 узла (около 83 км/ч), как это смогла в 1971 году атомная подводная лодка проекта 661, построенная на "Севмаше" (крупнейшая судоверфь страны в составе Объединенной судостроительной корпорации). Именно тогда дали радиограмму: "Голубая лента скорости" в руках советских подводников".
"К-162 быстрее всех!" - говорили об этой суперподлодке моряки. Она была чем-то похожа на фюзеляж воздушного лайнера - такая же обтекаемая, серебристая и с хорошо развитыми стабилизаторами. Но главное - она была полностью титановая. И единственная в своем роде.
Постановление о ее создании было подписано в декабре 1959 года. В ЦКБ-16 (ныне - СПМБМ "Малахит") началась работа по проектированию высокоскоростной атомной подлодки (АПЛ) второго поколения с титановым корпусом и крылатыми ракетами, стартующими из-под воды, - проект 661 (шифр "Анчар", по классификации НАТО получил название Papa).
Началось формирование титановой индустрии в стране. На Севмашпредприятии понимали, что при постройке корпуса лодки из нового материала требовался новый подход. Было приложено много усилий для создания небывалого по тем временам производства.
Строилась лодка в цехе №42, где и сейчас делаются титановые конструкции, но тогда работники здесь обучались абсолютно всему заново. Не все получалось сразу. Титан трудно поддавался сварке, но специалисты предприятия справились с этой задачей. "И поскольку титан - очень сложный металл, который требует чистоты, определенного подхода и определенных видов сварки, то цех был похож на лабораторию. Он был весь выкрашен в светлые тона. Люди ходили только в одежде светлого цвета, причем на ноги одевались даже бахилы", - рассказала ТАСС начальник технического отдела цеха №42 завода "Севмаш" Марина Неклюдова.
Как мне рассказывали ветераны цеха, сам вид титановой лодки был зрелищем непередаваемым. АПЛ вся блестит, переливается. Это вызывало эстетическое наслаждение. Кроме того, лодка получилась красивой за счет обводов. На Западе титан не пошел, ведь это очень капризный для сварки металл. А наши специалисты и рабочие смогли покорить его. И до сих пор, спустя полвека, те, кто работает с титаном, являются штучными, уникальными специалистами.
Марина Неклюдова, начальник технического отдела цеха №42
В процессе постройки лодки на заводе была масса вопросов. Ответственный сдатчик атомной подлодки К-162 Кузьма Палкин рассказал ТАСС, что с освоением этого металла все решалось на заводе легко, потому что руководство относилось к этому внимательно и все время помогало.
"С главной установкой совсем глуховато было, - вспоминает он. - Корпус уже на стапеле. Вскрыто отверстие для погрузки оборудования... так называемый агрегат №2 поставки Балтийского завода. Этот агрегат состоит из насоса первого корпуса гидрокамеры, и к камере на отростках приварены парогенераторы. Так должен был поставлять этот завод. Не поставил. Сроки прошли. Поехали разбираться". Это был 1966 год.
Полный ход!В процессе постройки по заказу было много замечаний по легкому корпусу. "Он был слишком легкий. Было ясно, что не очень прочный, может подвести. Личный состав тоже был согласен с нами, - рассказывает ответственный сдатчик К-162. - Мы вышли в море в декабре 1968 года, провели все испытания. Командир гонял личный состав по своей программе: аварийная тревога, всплытие, погружение, стрельба и так далее. Мы не участвовали. Вдруг прибегает механик и говорит - там комбриг отдал команду „боевая тревога", готовимся к полному ходу, - а мы этого полного хода боялись из-за легкого корпуса".
В это время с госкомиссией был главный председатель госкомиссии адмирал Федор Маслов. С ним договорились полный ход делать в последнюю очередь.
Когда достигли 42 узлов (на такой скорости ни одна лодка в мире еще не ходила) - а у нас сверху лежали насосы, и начали перерабатывать какой-то металл... Слышны металлические звуки. Что-то попало там. Пришлось приостановить полный ход. Когда лодка всплыла, посмотрели на палубу, оказалось, она круглая, а там была палуба горизонтальная. Все выгнулось из-за того, что внутреннее давление между легким и прочным корпусом выдавило все.
Кузьма Палкин, ответственный сдатчик атомной подлодки К-162
Так был подписан приемный акт, сдан заказ в опытную эксплуатацию. В период дальнейшей доработки ЦКБ выпустило чертежи новых усиленных решеток легкого корпуса, работы проводились в док-камере „Звездочки". Провели ремонт, и на следующий год весной в составе Военно-морского флота лодка смогла выполнить сверхсложное боевое задание. В 1971 году она вышла на полный ход - 44,7 узла. Это достижение не превзойдено до сих пор ни одной страной в мире. Современные американские подлодки разгоняются максимум до 35 узлов. В 1971-м лодка вышла в автономку в Атлантический океан, пройдя от Гренландского моря до Бразильской впадины, где снова продемонстрировала высокие скоростные качества, преследуя ударный авианосец США.
"Рыбка" на "крючке"На Западе лодку прозвали "Серебряным китом" за цвет корпуса, а в России "Золотой рыбкой" - за дороговизну постройки. Говорили, что ее стоимость в то время составляла 2% от оборонного бюджета страны, поэтому и стала "золотой". От серийного строительства этих подлодок отказались еще в 1964 году, решив ограничиться одним уникальным кораблем.
"Назначение на „Золотую рыбку" стало для меня радостным событием, - рассказал в интервью ТАСС капитан 2-го ранга в отставке Дмитрий Жиганов. - Об этой лодке я узнал еще в училище. Изучением корабля всецело обязан экипажу. Специалисты были классные, прошедшие все стадии строительства, испытания и подготовки подводной лодки к выполнению боевых задач". Он прослужил на К-162 (впоследствии К-222) с конца 1973 по 1986 год в должностях от командира гидроакустической группы - инженера до командира боевой части связи - начальника радиотехнической службы. На "Рыбке" прошел две автономки.
Корабль уникален своими техническими решениями: мощная ядерная энергетическая установка, десять крылатых ракет подводного старта "Аметист" и, конечно, титановый корпус. Чистота в отсеках и никакой ржавчины. Экипаж любил, знал и хранил свой корабль.
Дмитрий Жиганов, капитан 2-го ранга в отставке
Однако уникальность корабля, по мнению подводника, тесно связывала его с заводом при проблемах технического характера. "За период службы корабль переходил из Западной Лицы (пункт базирования кораблей Северного флота в 45 км от границы с Норвегией - прим. ТАСС) в Северодвинск на завод и обратно шесть раз. Периоды отрыва экипажа корабля от боевой подготовки, подводников от семей достигали многих месяцев. И это негативно сказывалось на морально-психологической обстановке в коллективе", - говорит Жиганов.
Тем не менее в периоды пребывания корабля в Западной Лице, по словам подводника, экипаж проходил полный курс боевой подготовки, выходил в "линию", заступал на боевое дежурство, обеспечивал отработку задач боевой подготовки кораблей Северного флота.
"Известно, что основное качество подводной лодки - скрытность. Она зависит от шумности, которая у нас была довольно высокая. Моряки всеми доступными способами боролись с этим „недугом" корабля, - рассказывает Жиганов. - При отработке противолодочных задач эта шумность в некоторой степени помогала нашим „коллегам" успешно их выполнять. Нам в данном случае было труднее. Можно похвалиться успешным слежением за подводной лодкой проекта 670 в течение 15 минут с использованием станции обнаружения мин в активном режиме". Потому в плане гидролокации "Рыбку" легко было "посадить на крючок", то есть обнаружить.
Говорит подводник и о других интересных моментах: "Первая опытная автономка помогла выявить и в дальнейшем решить проблему пагубного влияния реакции электрохимической коррозии, возникающей между сталью и титаном. В дальнейшем при стоянке в базе нам отвели персональный пирс с бонами, разделяющими сам пирс и корпус подлодки. Сделано это было во избежание разрушения стальных конструкций пирса. Также были специально изготовлены удлиненные трапы для личного состава и коммуникаций".
"Разница в скоростях была в нашу пользу""Золотая рыбка" была наделена усовершенствованной атомной энергетической установкой и могла запускать крылатые ракеты П-70 "Аметист" из подводного положения.
Проектировалась АПЛ для противодействия авианосным ударным соединениям (АУС) вероятного противника на морском театре военных действий. "Расчет такой: подводная лодка ищет АУС, используя гидроакустический комплекс в режиме шумопеленгования (пассивный поиск); при обнаружении цели подводная лодка скрытно выходит на расчетную дальность стрельбы ракетами; производится залп, после которого лодка уклоняется от противодействия сил и средств противника, имея значительное преимущество в подводной скорости", - говорит Жиганов.
"Что касается ощущений скорости, то, во-первых, начинаешь чувствовать инерцию собственного тела, особенно во время разгона, - рассказывает подводник. - Далее, на скоростях выше 35 узлов (более 70 км/ч), из-за турбулентного характера обтекания лодки возникали шумы, доходящие в центральном посту до 100 децибел. Подобный шум не только приводил к дискомфорту экипажа, но и лишал лодку скрытности. Однако на таких скоростях нашу лодку не могла догнать ни одна имеющаяся в то время у противника торпеда. Разница в скоростях была в нашу пользу".
Подводник признается, что в обычном режиме, при несении боевого дежурства и в автономном плавании, лодка, естественно, на максимальных скоростях не ходила - "не резон было слишком светиться". "Мне довелось прочувствовать движение на максимальной скорости только один раз - на испытаниях после проведения среднего ремонта корабля", - говорит он.
Мы показывали скорости, которые, в принципе, были по формуляру. Насколько я помню, цифра 44 узла была. 45 - не звучало и не записано было в формуляре. Ощущения сильные. Чувствуешь инерцию собственного тела, когда на такой скорости. Тебя вдавливает в кресло.
Дмитрий Жиганов, капитан 2-го ранга в отставке
"Золотую рыбку" вывели из эксплуатации в 1988 году. Результаты, полученные во время ее боевой службы, были успешно использованы при проектировании и строительстве атомоходов третьего и четвертого поколений. Правда, дороговизна уникальных систем и сложности работы с титановым корпусом доставили строителям этой лодки немало хлопот, но зато были отработаны многие принципы и технологии - в дальнейшем работы велись в сторону снижения стоимости и шумности лодок.
Прямым развитием данной концепции стал проект 670 "Скат". Кроме того, были продолжены работы по созданию опытных и серийных лодок с титановыми корпусами.
В сентябре 2019 года стало известно, что по инициативе ветеранов "Севмаша" память о "Золотой рыбке" увековечат - ее рубка станет памятником в Северодвинске.
(https://tass.ru/armiya-i-...)