RGO.RU: "Культурные коды байкальских берегов"
История освоения Байкала, площадь которого превосходит территории таких стран, как Бельгия, Армения или Израиль, интересна смешением элементов традиций и верований самых разных этносов, селившихся по берегам озера. Каждый из них внёс свой колоритный вклад в этнокультурную мозаику региона. Она разворачивается перед нами насыщенным полотном верований, обрядов и фольклора.
Проект "Путешествия с РГО" совместно с туроператором RussiaDiscovery предлагает отправиться в настоящую исследовательскую экспедицию, охватывающую сразу несколько культурных пластов. Таинства шаманизма, устои буддизма и ламаизма, порядки старообрядцев допетровской Руси соседствуют здесь в удивительной гармонии, сохраняя свою историю и дополняя друг друга.
Эвенки: шаманы и оленеводы
Эвенки, или, как их раньше называли, тунгусы, — один из первых этносов, селившихся на берегах Байкала и по всей территории Забайкальского края, от Китая до Северного Ледовитого океана ещё во II тысячелетии до н.э. Северную часть озера, где много лесов, заняли оленеводы, на юге, в зоне степей, разводили лошадей. Байкал они называли Ламу, что в переводе означает "море", а себя — ламутами ("морскими жителями") и ороченами ("оленьими людьми").
За яркую культуру и свободолюбивый характер эвенков прозвали аристократами Сибири. До наших дней дошли образцы нарядных костюмов и убранства жилищ, всевозможные природные и родовые культы, а также основное верование шаманизм. По одной из версий, слово вошло в обиход именно благодаря эвенкийскому языку: "саман" в переводе с местного — "человек, любящий знания". В той или иной степени традиции шаманизма прослеживаются у многих народов Сибири, однако у тунгусов культ становится важной формирующей общественного сознания.
Самобытных поселений эвенков на Байкале почти не осталось: часть из них ушла на Дальний Восток, образовав родственный народ — эвены, часть — была ассимилирована пришедшими в эти земли бурятами, а позднее — русскими. Значительное большинство эвенков обосновалось на северных территориях — там ещё можно встретить традиционные оленьи стойбища.
Поближе познакомиться с культурой и бытом древнего этноса можно в Этнографическом музее народов Забайкалья в Улан-Удэ. Здесь воссоздано классическое эвенкийское поселение: представлены летние чумы, обшитые листами бересты и корой лиственницы, и зимние, крытые оленьими шкурами. Преимущество таких построек — в их лёгкости и простоте установки: у тунгусов, как и у многих представителей кочевых культур, процессом сборки дома занимались женщины. На один такой дом приходилось порядка 40 шестов. Рядом стоят бревенчатые срубы на высоких столбах в три-четыре метра — так называемые лабазы, предназначенные для хранения запасов продовольствия: высота "ножек" позволяла защитить пищу от диких животных.
Чуть поодаль — чум шамана, окружённый "свитой" идолов и деревьями, растущими корнями вверх — из нижних миров в верхние. Шаман у эвенков не только для связи с духами — это и глава рода, и врачеватель, и воин. Жил он всегда обособленно, его статус передавался от отца к сыну, и на его плечах лежала забота о будущем своего племени, и не только духовном: слаженность в хозяйстве, удача в охоте и рыболовстве, здоровье скота — всё это находилось в ведомстве шаманов. Сегодня часть традиций этой древней религии также сохранилась: попасть на обряд камлания — общения с духами — и пообщаться с шаманом можно, например, в рамках тура "Предания Байкала".
На территории музея также находится этнозоосад, где живут белоснежные северные олени, альпаки, медведи и даже тигр.
Ещё один сохранившийся оазис тунгусской культуры можно найти в селе Холодное эвенкийское, в 40 километрах от Северобайкальска. Здесь проживает несколько сотен коренных жителей, большинство из них продолжает свой традиционный промысел. В посёлке действует небольшой историко-этнографический музей, повествующий о непростом быте когда-то большого народа.
Тофалары: анимисты и охотники
Если эвенки шли с юго-востока на север Байкала, то тофалары (или тофы) — один из самых малочисленных народов Прибайкалья — пришли с запада, с предгорий Саян — земли, прежде называвшейся Тофаларией. Охотники и рыболовы, тофалары также занимались разведением животных, однако всё же их стихия — горы, где никто до них не бывал.
Ещё в бытность кочевья они сохранили свои оленеводческие традиции и даже вывели свою уникальную породу: тофаларский олень — один из самых крупных в мире. На этих оленях охотники могли выходить на промысел круглый год, особенно в снежные зимы: в отличие от лошадей, олени запросто могли передвигаться по крутым горам и моховым болотам, а также добывать себе подножный корм из-под снега.
Язычники лесов и гор, в своей культуре тофы сохранили отголоски тотемистических и анимистических верований. Стремление оживлять и обожествлять природу — реки и ручьи, скалы, водопады и останцы — стало характерной особенностью этноса и отразилось на шаманских традициях. В отличие от тех же эвенков, где шаманы были избранными высшими силами и выступали в качестве мудрых предводителей, шаманом у тофаларов мог стать любой желающий, мужчина или женщина, достигшие совершеннолетия. Наряду с остальными, шаманы отправлялись на охоту и вели свой быт, а по ночам общались с небом, землёй, зверями и птицами.
Вынужденные перейти на оседлый образ жизни в советский период, тофы обосновались на своей исторической родине. Добраться до Тофаларии, надёжно спрятанной в предгорьях Восточных Саян, можно только по воздуху… ну, или на олене.
Буряты: буддисты и борцы
Культура бурятского этноса уникальна разнообразными включениями традиций разных племён Забайкалья, Монголии и Китая, а также соединением наследия протобурятских народов. Первые сказались на формировании многослойного национального эпоса, обычаев и канонов буддизма, последние привнесли ритуалы шаманских культов и законов тенгрианства — религии, обожествляющей небо. Буряты — один из немногих народов, где не просто уживаются, но и заимствуют друг у друга ритуалистику монотеистические и языческие воззрения. Представителей этих конфессий можно встретить на Байкале и сегодня.
Интересным феноменом развития бурятского самосознания стали национальные игры и состязания, которые исторически вплелись во многие аспекты бытовой жизни — охоту, земледелие, воспитание детей. Традиционным увеселительным действом является "наадан", в дословном переводе — "три мужских игрища": соревнование, включающее в себя стрельбу из лука, скачки и борьбу. Празднества первоначально проводились в качестве своеобразных обрядов, связанных с пробуждением природы, поиском самых сильных и метких бойцов и наездников, а также с попытками угодить божествам, буквально принося им в жертву зрелища как пиршество для глаз, с намерением возвыситься до них.
Сегодня бывшие магические ритуалы превратились в своего рода спорт: традиционное бурятское троеборье стало ожидаемым сопровождением многих местных праздников и важных событий. Желающие могут пройти мастер-класс или даже принять участие в играх — для путешественников их устраивают, например, в этнопарке "Золотая орда", в 70 километрах от Иркутска. Помимо этого здесь воссоздают резные войлочные юрты, представляют элементы фольклорных выступлений и знакомят с изысками национальной кухни. Тут можно научиться лепить буузы и танцевать ёхор (народный танец-хоровод), поучаствовать в различных ритуалах и церемониях, познакомиться с шаманом и продегустировать местные таёжные напитки.
За порцией буддистской культуры и знакомством с ламаизмом отправляемся в дацаны, получившие в бурятском исполнении несколько уникальных черт. Довольно сильные родовые традиции забайкальских племён, смешавшиеся с шаманскими ритуалами, не могли не повлиять на новую религию. Она получила распространение в этих землях в XVIII веке, придя из соседних Монголии и Тибета. Культовое зодчество здесь началось с так называемых юрточных храмов, которые покрывались белым войлоком, а внутри архаичный семейный молебен заменялся на буддистский алтарь. В дальнейшем элементы классической тибетской архитектуры соединились с искусством резьбы и обработки дерева, использовавшим местную цветовую символику. Помимо широко известного Иволгинского, интересен Баргузинский дацан, посвящённый богине мудрости Янжиме, покровительнице искусств и ремёсел.
Семейские: старообрядцы и художники
Значительная часть русских староверов, высланных в XVIII веке в Забайкалье, образовала этноконфессиональную общину, которую здесь называют "семейские" — переселявшиеся семьями. Своеобразная изоляция от внешнего мира и запрет на свободное перемещение помогли им сохранить свои порядки и устои: раскольники принесли с собой традиции старинной допетровской Руси и сберегли их в этих таёжных лесах.
Старообрядческие сёла, появившиеся на Байкале, легко узнаваемы благодаря характерной внешней атрибутике — яркой колористике экстерьерной росписи ворот, ставней и наличников, резьбе по дереву, костюмам. Цветы и райские птицы с фасадов соседствуют тут с элементами бурятских орнаментов, а фольклорные мотивы Малороссии — с многовековым опытом исконных жителей этих мест. Самые популярные среди туристов места — Тарбагатай, Десятниково, Большой Куналей, расположенные по соседству, в часе езды от Улан-Удэ.
В Тарбагатае открыт Музей истории культуры и быта староверов: иконы и церковные книги, костюмы и домашняя утварь, сундуки и коллекция самоваров — всё из местных домов. Здесь же в начале 2000-х возведена однокупольная древлеправославная церковь, где хранятся реликвии, привезённые из Речи Посполитой. В Десятникове создана "Деревня мастеров" с галереей старинных промыслов — ткачества, домовой деревянной резьбы и росписи. В Большом Куналее, названном в 2018 году самой красивой деревней России, сохранился семейский народный хор, включённый в список шедевров устного наследия ЮНЕСКО.
Кроме того, для интересующихся культурой раскольников по территории Бурятии проложено несколько маршрутов — например, "По пути Аввакума", куда входят мемориальные места и точки следования протопопа: монастырь в селе Посольском, гора Спящий Лев, река Селенга.
Источник: Русское Географическое Общество/ автор Юлия Гопиус.
Проект "Путешествия с РГО" совместно с туроператором RussiaDiscovery предлагает отправиться в настоящую исследовательскую экспедицию, охватывающую сразу несколько культурных пластов. Таинства шаманизма, устои буддизма и ламаизма, порядки старообрядцев допетровской Руси соседствуют здесь в удивительной гармонии, сохраняя свою историю и дополняя друг друга.
Эвенки: шаманы и оленеводы
Эвенки, или, как их раньше называли, тунгусы, — один из первых этносов, селившихся на берегах Байкала и по всей территории Забайкальского края, от Китая до Северного Ледовитого океана ещё во II тысячелетии до н.э. Северную часть озера, где много лесов, заняли оленеводы, на юге, в зоне степей, разводили лошадей. Байкал они называли Ламу, что в переводе означает "море", а себя — ламутами ("морскими жителями") и ороченами ("оленьими людьми").
За яркую культуру и свободолюбивый характер эвенков прозвали аристократами Сибири. До наших дней дошли образцы нарядных костюмов и убранства жилищ, всевозможные природные и родовые культы, а также основное верование шаманизм. По одной из версий, слово вошло в обиход именно благодаря эвенкийскому языку: "саман" в переводе с местного — "человек, любящий знания". В той или иной степени традиции шаманизма прослеживаются у многих народов Сибири, однако у тунгусов культ становится важной формирующей общественного сознания.
Самобытных поселений эвенков на Байкале почти не осталось: часть из них ушла на Дальний Восток, образовав родственный народ — эвены, часть — была ассимилирована пришедшими в эти земли бурятами, а позднее — русскими. Значительное большинство эвенков обосновалось на северных территориях — там ещё можно встретить традиционные оленьи стойбища.
Поближе познакомиться с культурой и бытом древнего этноса можно в Этнографическом музее народов Забайкалья в Улан-Удэ. Здесь воссоздано классическое эвенкийское поселение: представлены летние чумы, обшитые листами бересты и корой лиственницы, и зимние, крытые оленьими шкурами. Преимущество таких построек — в их лёгкости и простоте установки: у тунгусов, как и у многих представителей кочевых культур, процессом сборки дома занимались женщины. На один такой дом приходилось порядка 40 шестов. Рядом стоят бревенчатые срубы на высоких столбах в три-четыре метра — так называемые лабазы, предназначенные для хранения запасов продовольствия: высота "ножек" позволяла защитить пищу от диких животных.
Чуть поодаль — чум шамана, окружённый "свитой" идолов и деревьями, растущими корнями вверх — из нижних миров в верхние. Шаман у эвенков не только для связи с духами — это и глава рода, и врачеватель, и воин. Жил он всегда обособленно, его статус передавался от отца к сыну, и на его плечах лежала забота о будущем своего племени, и не только духовном: слаженность в хозяйстве, удача в охоте и рыболовстве, здоровье скота — всё это находилось в ведомстве шаманов. Сегодня часть традиций этой древней религии также сохранилась: попасть на обряд камлания — общения с духами — и пообщаться с шаманом можно, например, в рамках тура "Предания Байкала".
На территории музея также находится этнозоосад, где живут белоснежные северные олени, альпаки, медведи и даже тигр.
Ещё один сохранившийся оазис тунгусской культуры можно найти в селе Холодное эвенкийское, в 40 километрах от Северобайкальска. Здесь проживает несколько сотен коренных жителей, большинство из них продолжает свой традиционный промысел. В посёлке действует небольшой историко-этнографический музей, повествующий о непростом быте когда-то большого народа.
Тофалары: анимисты и охотники
Если эвенки шли с юго-востока на север Байкала, то тофалары (или тофы) — один из самых малочисленных народов Прибайкалья — пришли с запада, с предгорий Саян — земли, прежде называвшейся Тофаларией. Охотники и рыболовы, тофалары также занимались разведением животных, однако всё же их стихия — горы, где никто до них не бывал.
Ещё в бытность кочевья они сохранили свои оленеводческие традиции и даже вывели свою уникальную породу: тофаларский олень — один из самых крупных в мире. На этих оленях охотники могли выходить на промысел круглый год, особенно в снежные зимы: в отличие от лошадей, олени запросто могли передвигаться по крутым горам и моховым болотам, а также добывать себе подножный корм из-под снега.
Язычники лесов и гор, в своей культуре тофы сохранили отголоски тотемистических и анимистических верований. Стремление оживлять и обожествлять природу — реки и ручьи, скалы, водопады и останцы — стало характерной особенностью этноса и отразилось на шаманских традициях. В отличие от тех же эвенков, где шаманы были избранными высшими силами и выступали в качестве мудрых предводителей, шаманом у тофаларов мог стать любой желающий, мужчина или женщина, достигшие совершеннолетия. Наряду с остальными, шаманы отправлялись на охоту и вели свой быт, а по ночам общались с небом, землёй, зверями и птицами.
Вынужденные перейти на оседлый образ жизни в советский период, тофы обосновались на своей исторической родине. Добраться до Тофаларии, надёжно спрятанной в предгорьях Восточных Саян, можно только по воздуху… ну, или на олене.
Буряты: буддисты и борцы
Культура бурятского этноса уникальна разнообразными включениями традиций разных племён Забайкалья, Монголии и Китая, а также соединением наследия протобурятских народов. Первые сказались на формировании многослойного национального эпоса, обычаев и канонов буддизма, последние привнесли ритуалы шаманских культов и законов тенгрианства — религии, обожествляющей небо. Буряты — один из немногих народов, где не просто уживаются, но и заимствуют друг у друга ритуалистику монотеистические и языческие воззрения. Представителей этих конфессий можно встретить на Байкале и сегодня.
Интересным феноменом развития бурятского самосознания стали национальные игры и состязания, которые исторически вплелись во многие аспекты бытовой жизни — охоту, земледелие, воспитание детей. Традиционным увеселительным действом является "наадан", в дословном переводе — "три мужских игрища": соревнование, включающее в себя стрельбу из лука, скачки и борьбу. Празднества первоначально проводились в качестве своеобразных обрядов, связанных с пробуждением природы, поиском самых сильных и метких бойцов и наездников, а также с попытками угодить божествам, буквально принося им в жертву зрелища как пиршество для глаз, с намерением возвыситься до них.
Сегодня бывшие магические ритуалы превратились в своего рода спорт: традиционное бурятское троеборье стало ожидаемым сопровождением многих местных праздников и важных событий. Желающие могут пройти мастер-класс или даже принять участие в играх — для путешественников их устраивают, например, в этнопарке "Золотая орда", в 70 километрах от Иркутска. Помимо этого здесь воссоздают резные войлочные юрты, представляют элементы фольклорных выступлений и знакомят с изысками национальной кухни. Тут можно научиться лепить буузы и танцевать ёхор (народный танец-хоровод), поучаствовать в различных ритуалах и церемониях, познакомиться с шаманом и продегустировать местные таёжные напитки.
За порцией буддистской культуры и знакомством с ламаизмом отправляемся в дацаны, получившие в бурятском исполнении несколько уникальных черт. Довольно сильные родовые традиции забайкальских племён, смешавшиеся с шаманскими ритуалами, не могли не повлиять на новую религию. Она получила распространение в этих землях в XVIII веке, придя из соседних Монголии и Тибета. Культовое зодчество здесь началось с так называемых юрточных храмов, которые покрывались белым войлоком, а внутри архаичный семейный молебен заменялся на буддистский алтарь. В дальнейшем элементы классической тибетской архитектуры соединились с искусством резьбы и обработки дерева, использовавшим местную цветовую символику. Помимо широко известного Иволгинского, интересен Баргузинский дацан, посвящённый богине мудрости Янжиме, покровительнице искусств и ремёсел.
Семейские: старообрядцы и художники
Значительная часть русских староверов, высланных в XVIII веке в Забайкалье, образовала этноконфессиональную общину, которую здесь называют "семейские" — переселявшиеся семьями. Своеобразная изоляция от внешнего мира и запрет на свободное перемещение помогли им сохранить свои порядки и устои: раскольники принесли с собой традиции старинной допетровской Руси и сберегли их в этих таёжных лесах.
Старообрядческие сёла, появившиеся на Байкале, легко узнаваемы благодаря характерной внешней атрибутике — яркой колористике экстерьерной росписи ворот, ставней и наличников, резьбе по дереву, костюмам. Цветы и райские птицы с фасадов соседствуют тут с элементами бурятских орнаментов, а фольклорные мотивы Малороссии — с многовековым опытом исконных жителей этих мест. Самые популярные среди туристов места — Тарбагатай, Десятниково, Большой Куналей, расположенные по соседству, в часе езды от Улан-Удэ.
В Тарбагатае открыт Музей истории культуры и быта староверов: иконы и церковные книги, костюмы и домашняя утварь, сундуки и коллекция самоваров — всё из местных домов. Здесь же в начале 2000-х возведена однокупольная древлеправославная церковь, где хранятся реликвии, привезённые из Речи Посполитой. В Десятникове создана "Деревня мастеров" с галереей старинных промыслов — ткачества, домовой деревянной резьбы и росписи. В Большом Куналее, названном в 2018 году самой красивой деревней России, сохранился семейский народный хор, включённый в список шедевров устного наследия ЮНЕСКО.
Кроме того, для интересующихся культурой раскольников по территории Бурятии проложено несколько маршрутов — например, "По пути Аввакума", куда входят мемориальные места и точки следования протопопа: монастырь в селе Посольском, гора Спящий Лев, река Селенга.
Источник: Русское Географическое Общество/ автор Юлия Гопиус.