«Тайны истории»: Золотые командировки 18 века, их последствия для Забайкалья
Имени этого скромного петербургского чиновника, совершившего в 1750 годах долгую и очень ответственную командировку в далёкое от столицы Забайкалье, нет в «Энциклопедии Забайкалья». А вместе с тем, та командировка сыграла в судьбе края огромную роль.
Впервые на это имя я натолкнулся в уникальном труде сибирского историка Петра Андреевича Словцова (1767-1843 годы) «Историческое обозрение Сибири», под названием «История Сибири. От Ермака до Екатерины II» - она была переиздана в 2006 году в Москве издательством «Вече».
Звали его Иоганн Вильгельм Шлаттер. В России его имя переделали на Ивана Андреевича. Так вот историк Словцов сообщил, что Шлаттер побывал на Нерчинских заводах в 1755 году. Он так и писал: «Во время Шлаттерова осмотра (в 1755 г.)…», а чуть ранее уточнял, что «послан на Аргунь Шлаттер, чиновник в металлургии и горном деле искусный, для местного осмотра зз. Нерчинских».
Но похоже, что это была не первая поездка Ивана Андреевича в Забайкалье.
Берлинец на службе русских императриц
Он прожил почти 60 лет, прослужив всем русским императрицам от Екатерины I до Екатерины II, сыграв видную роль в развитии горного дела и становлении финансовой системы Российской империи.
Иоганн родился 19 февраля 1708 года в Берлине в семье уроженца Цюриха Генриха Шлаттера. Об отце Иоганна мало сведений. Ясно лишь то, что в Швейцарии он стал специалистом в горном деле и химиком, способным отделять металлы друг от друга и соединять их. Это были важные знания и навыки для тех, кто занимался монетным делом. Первоначальное образование Иоганн получил в Берлинской Иоахимстальской гимназии.
В 1718 году Пётр I предложил Генриху Шлаттеру работу в лаборатории созданной им уже в следующем году Берг-коллегии, специальном органе по руководству горно-рудной промышленности. И в 1719 году его семья, включая Иоганна, перебралась в Россию. Подростком в 1722 году Иван Шлаттер стал пробирным мастером в лаборатории, где ассистентом работал его отец.
При Екатерине I в 1726 году он стал минц-вардейном (заведующим пробирной частью) при Монетной канцелярии. Его знания, опыт и, соответственно, авторитет росли. И при императрице Анне Иоанновне, точнее при её правителе Эрнсте Бироне Иван Шлаттер с 1738 года при вновь созданном Монетном Дворе основал специальную лабораторию и ввёл новый метод разделения золота и серебра в золотистом серебре. Известно, что это стало возможным после того, как он побывал на Нерчинских и Алтайских месторождениях.
Шлаттер усовершенствовал выплавку и отливку серебра тонкими платинами для передела в монеты и усовершенствовал чеканку монет. Он вошёл в историю под названием «шлаттерский метод». В 1739 году он опубликовал «Описание при монетном деле потребного искусства».
Уже в 1750 году при дочери Петра I императрице Елизавете Петровне под наблюдением Ивана Андреевича Шлаттера из алтайского серебра на Сестрорецком заводе была отлита художественная Рака Александра Невского, по сей день являющаяся выдающимся произведением искусства.
Елизавета Петровна начала в начале 1750 годов реформу налогообложения, позволившую улучшить финансовое положение страны. В 1753 году Иван Шлаттер стал главным судьей (директором) Монетной канцелярии, а в 1754 году – директором Санкт-Петербургского Монетного Двора. Империи требовалось всё больше и больше средств, особенно после того, как в 1756 году Россия вступила в Семилетнюю войну.
Вот накануне этих событий и отправился в очередной раз в «командировку» в Нерчинск теперь уже глава монетного дела России.
Шлаттеровский осмотр Нерчинских заводов
Как уже говорилось выше, первым, кто рассказал о той «второй золотой командировке» Ивана Шлаттера, был сибирский историк Пётр Словцов. Он отмечал, что в 1760-е годы выплавка серебра, в том числе золотистого, на Нерчинских заводах резко выросла. Этому и предшествовал приезд в наш край этого мастера монетного дела.
Стоит напомнить, что путь из Петербурга в Даурию в те годы занимал не один месяц. И тем не менее Шлаттер лично отправился туда, что говорит о том, насколько важна была эта командировка.
«Прежде чем возвысилась выплавка, - писал Словцов, - послан на Аргунь Шлаттер, чиновник в металлургии и горном деле искусный, для местного осмотра зз. Нерчинских. В апреле 1756 г. он представил проект к поправлению заводов: подчинить иркутскому вице-губернатору Вульфу заводы, определить туда известных ему иностранцев, прибавить крестьян для хлебопашества, увеличить отпускаемый на заводы капитал в шесть раз».
Но бывший шведский капитан, попавший к русским в плен, и сделавший в Россию карьеру, Иван (Израиль) Вульф с 1753 года был иркутским вице-губернатором. Однако он был далеко не инициативным правителем, достаточно равнодушным к «золотым делам» Нерчинских заводов.
Так вот, как отмечал Пётр Словцов, в 1757 году «увидев свою ошибку в одобрение Вульфа и прочих, он же (Шлаттер – авт.) представил Сенату к определению Клеопина начальником Нерчинской экспедиции и красноярских горных работ, с подчинением его Екатеринбургской канцелярии правления заводов».
Потомственный дворянин Никифор Герасимович Клеопин был для того времени выдающимся организатором горного дела на Урале и в Сибири. Именно он командовал строительством Колывано-Воскресенского медеплавильного завода на Алтае в 1727-1729 годах. Именно этот завод соперничал с Нерчинскими заводами. А последними с подачи Шлаттера Никифор Клеопин управлял в 1758–1761 годах.
«Главные две статьи представлений Шлаттеровых, о приумножении суммы и крестьян, приняты правительством во внимание, - констатировал сибирский историк. - Ибо вместо 10 т.р., с давних лет отпускаемых на действие и содержание заводов, отпуск денежный с 1758-го возвышен до 60 т., с 1759-го до 100 т., с 1764-го до 200 т. рублей.
Во время Шлаттерова осмотра (в 1755 году) число крестьян подзаводских состояло из 2 132. По распоряжению губернатора Соймонова переведено туда с 1759-го из провинций Енисейской и Иркутской разных городских тунеядцев, также просрочивших пашпорты и приписных 3400. В 1764-м из разных ближних мест крестьян и разночинцев ещё раз приписано и переселено до 5 000, следственно, к концу исторического нашего времени находилось в ведомстве заводском 10 500 м. п. (мужского пола – авт.)»
Но в условиях войны нужны были ещё более решительные меры, чем те, что применял в управлении Клеопин. А значит, на его место требовался другой.
Интересно, что в том же 1755 году Иван Шлаттер предложил чеканить медную монету непосредственно на Нерчинских заводах. И в 1757 году был изготовлен пробный пятак с гербом Царства Сибирского. К сожалению, дальнейшего развития в Забайкалье этот проект не получил. Его реализовали на алтайском Колывано-Воскресенском заводе.
Под присмотром Шлаттера
К тому времени Иван Андреевич Шлаттер уже был президентом Берг-коллегии, то есть человеком отвечавшим не только за монеты, но и за пушки и ядра к ним.
В 1758 году императрица Елизавета Петровна с подачи Шлаттера подписала указ о назначении лейб-гвардии капитана Василия Ивановича Суворова начальником Нерчинских заводов. Одновременно ему было присвоено звание бригадира.
В указе говорилось: «И быть ему, бригадиру Суворову, под особливым ведомством Правительствующего Сената. Президенту же берг-коллегии Шлаттеру, яко сведущему о состоянии и обращении тех Нерчинских заводов, обще с ним, бригадиром Суворовым, сочинить вновь надлежащее наставление во всём на основании указов, наблюдая высочайший интерес».
В Нерчинский завод Василий Суворов прибыл в феврале 1763 года. Здесь он провёл 12 лет. И это время вошло в историю как период расцвета Нерчинских заводов и всего этого горного округа. Тем более, что в это время наряду с серебром здесь стали добывать и золото.
А президент Берг-коллегии одновременно с рутинной руководящей работой создавал письменные работы, которые на долгие годы стали руководством для многих специалистов. В 1754—1758 годах вышли в свет его «Задачи, касающиеся до монетного искусства, сочинённые для обучения определённых при монетных дворах титулярных юнкеров и прочих учеников». В те же годы он написал руководство для металлургов и горняков, которое и было опубликовано в 1760 году под названием «Обстоятельное наставление рудному делу…».
С момента восшествия в 1762 году на трон императрицы Екатерины II роль президента Берг-коллегии Ивана Андреевича Шлаттера ещё более выросла. Достаточно сказать, что с 1764 года коллегия уже ведала и монетами, и медалями, и пробирной стандартизацией.
Тяжёлые поездки по стране, а также сложное положение на ответственной должности при капризных императрицах и завистниках, желавших его подсидеть, в конце-концов подорвали его здоровье. И в конце 1767 года ушёл в отставку. За заслуги Екатерина II наградила его чином тайного советника, что соответствовало армейскому званию генерал-майора. 23 января 1768 года он скончался.
Этого исторического деятеля стоит в полном объёме вернуть в историю нашего края. Заложенные Шлаттером основы развития горного дела в Забайкалье на многие годы определили статус и судьбу этого края и населявших его людей.