Как чекисты поймали британского суперагента
0
53
Сиднея Рейли, работавшего в Советском Союзе, позднее списал образ Джеймса Бонда автор всемирно известной бондианы Ян Флеминг. В 20-е годы советская контрразведка провела одну из самых удачных своих операций.
Она носила суховатое название «Трест» и была направлена против белоэмигрантов и внешних противников. За время операции погибло или было захвачено несколько активных боевиков Белой гвардии и политических деятелей эмиграции. Наряду с ними чекистам достался один из загадочных персонажей и ярких авантюристов эпохи Гражданской войны — английский агент Сидней Рейли.
Хотя активнее всего наш герой работал на британскую разведку, родился он как раз в Российской империи. На этом достоверные факты о происхождении Рейли исчерпываются. Существует несколько вариантов даты его рождения (между 1872 и 1874-м) и несколько предполагаемых мест его рождения — Одесса, её окрестности, Российская Польша, Петербург. Судя по всему, он происходил из еврейской семьи, жившей на юге Украины, и при рождении носил фамилию Розенблюм. Однако впоследствии, уже известный под новой фамилией, практически не интересовался родственниками.
В юности Розенблюм покинул Россию. В Британии молодой человек женился и занимался не слишком почтенными делами: мошенничал с предметами антиквариата и ценными бумагами, а в свободное время служил информатором полиции, что называется — закладывая эмигрантов. Тогда-то он и обратил на себя внимание британских спецслужб — специального отделения Скотленд-Ярда.
В тот период «отделение» переживало бурный рост. Из небольшой команды в несколько десятков человек, ловившей анархистов и ирландских повстанцев, оно разрасталось в настоящую разведывательную службу. Бойкого юношу заметил Уильям Мелвилл, новый энергичный глава ведомства. Хотя Розенблюм был не бог весть кем, Мелвилла привлекла его коммуникабельность, предприимчивость, способность быстро обзаводиться новыми знакомствами.
Шеф британской разведки рассудил, что глупо расточать способности перспективного агента в узком кругу эмигрантов. Его имело смысл использовать именно в России как человека, отлично знающего язык и местную специфику. Но для этого требовались новые документы и новая полноценная биография. Так умер Розенблюм из Одессы, а на историческую сцену вступил новый человек — ирландец Сидней Рейли.
Накануне Русско-японской войны Рейли официально занимался в Порт-Артуре торговлей. Неофициально сотрудничал с фирмой, поставлявшей разнообразные материалы, от угля до сухарей, для русских войск в Маньчжурии. Дальний Восток живо интересовал британцев, а тихий снабженец с финансовой ведомостью в руках стал источником бесценных сведений о реальном положении дел на военной базе. В лице Рейли англичане получили великолепного агента в русской зоне влияния.
Никаких твёрдых взглядов у этого агента не было, а вот с предпринимательской жилкой всё было в порядке. В Первую мировую он вовсю торговал оружием и запускал руки в заказы, размещавшиеся русскими. Для этого ему даже не требовалось физически находиться в России. Волшебный мир военных поставок и коррупционных схем поглотил Рейли с головой, но в 1917 году произошла революция.
Весной 1918 года Рейли приехал в Россию и чуть ли не первым делом отправился в Кремль, где пытался встретиться с Лениным. Причём эти проделки совершались им через голову главы британской миссии при советском правительстве Локкарта. Рейли, как положено разведчику, занимался сбором информации и аналитикой, но быстро перешёл к более радикальным методам. В стране, где шла Гражданская война, он решил организовать переворот, захватив лидеров большевиков. К нему он привлёк нескольких большевиков-латышей, включая знаменитого в будущем Эдуарда Берзина.
О чём Рейли понятия не имел, так это о том, что вся его комбинация была известна ВЧК, а латыши были подсадными утками. Рейли закармливал Берзина деньгами, но с тем же успехом он мог носить их лично Дзержинскому. Эта история могла продолжаться ещё долго, но произошло событие, которого никто не ждал.
В августе 1918 года руководитель петроградской ЧК Урицкий был застрелен Леонидом Каннегисером, а Фанни Каплан тяжело ранила Ленина. Эти события имели много последствий, но конкретно для «заговора Локкарта» и лично Рейли это значило, что теперь большевики будут играть на опережение. В Петрограде и Москве прошли аресты, британского офицера, пробовавшего стрелять, застрелили. Большевики не хотели радикально портить отношения с державами Антанты, но и те оказались в двусмысленном положении: дипломаты, пользуясь своим статусом, готовили переворот. Дело спустили на тормозах, но замешанных в заговоре выдворили из советской России.
Рейли арестовать сразу не удалось. Он залёг на дно и сумел покинуть страну в частном порядке. Позже некоторое время находился при ставке Деникина, рассчитывал занять видное место в России после победы белых, носился с проектом создания финансового синдиката, который вёл бы дела в России после падения большевиков.
Совершенно не факт, что кто-то позволил бы ему стать постсоветским олигархом, но белые проиграли, а Рейли быстро переключился на красных. Вернуться в Россию Рейли не мог и связался с наркоматом внешней торговли, занимаясь посредничеством при закупке Советами высокотехнологичной продукции в обмен на ценности, вывозимые из России.
Потеряв статус, Рейли вернулся к тому, с чего начинал, — к аферам и авантюрам. Ещё в России он успел тесно сойтись с революционером и террористом из партии эсеров Борисом Савинковым. Рейли тесно контактировал с ним, платил ему деньги из своего кармана. Но Савинков, опытный террорист и убеждённый противник Советов, был одной из основных целей Объединённого государственного политического управления (ОГПУ) — специального органа госбезопасности СССР.
Советская операция была организована весьма остроумно. Поскольку угроза терактов от белоэмигрантов не исчезла, ОГПУ создало фиктивное монархическое подполье — Монархическую организацию Центральной России (МОЦР). Монархисты должны были выманивать эмигрантов в СССР, где их в итоге ждала только пуля. Для убедительности в организацию включили бывших высокопоставленных чиновников и аристократов, остававшихся в России.
С 1922 года советские спецслужбы выходили на контакт с представителями белых движений в Европе. Лидером непримиримых был генерал Александр Кутепов, который отправил в Россию своих людей изучить обстановку на месте. Его агенты — легендарная Мария Захарченко-Шульц и Георгий Радкевич — пообщались с лжемонархистами в России и остались в полном восторге. Тем временем в рамках аналогичной операции был захвачен Савинков. Вскоре он совершил самоубийство в тюрьме.
Процесс над Б.В. Савинковым (Савинков стоит слева у стены) 1924 г.
Над Рейли сгущались тучи, но сам он, похоже, об этом не думал. С ним снова вышли на контакт британские разведчики. Англичан интересовали реальные возможности МОЦР, и Рейли казался отличным кандидатом для участия в этой операции, тем более за последние годы финансовое положение Рейли ухудшилось. Сначала он встретился с монархистами на нейтральной территории. Любопытно, что такому опытному шпиону агенты ОГПУ смогли навесить лапшу на уши форменным образом. Рейли был убеждён в подлинности монархической организации.
Дело сдвинулось к развязке в конце сентября 1925 года. Рейли получил фальшивый паспорт и отправился к коридору на финской границе, где его должен был ждать советский пограничник, участвующий в сговоре. На самом деле этим человеком был Тойво Вяхя, командир погранкордона в районе Сестрорецка, участвовавший в операции чекистов. Вяхя сыграл свою роль великолепно и даже получил на чай от расслабившегося Рейли.
На встрече с мнимыми монархистами Рейли без устали молол языком. Самое удивительное из его предложений состояло в том, чтобы ограбить несколько музеев, вывезти шедевры на Запад и там продать. Так он предлагал добыть средства для содержания организации. Монархисты спокойно выслушали агента, позволили сесть в машину, на которой тот собирался вернуться из Союза, и доставили на Лубянку. Шпион и авантюрист был арестован и больше никогда не увидел свободы.
Труп Сиднея Рейли
Физических пыток к Рейли не применяли, но его волю сломали старым как мир способом — имитацией расстрела. После этого агент поплыл и начал давать показания. Однако спасти жизнь таким способом ему не удалось. Рейли был приговорён к смертной казни ещё за попытку переворота в 1918 году. Как только чекисты убедились в том, что больше захваченный агент ничего не сможет рассказать, Рейли расстреляли.
Надо заметить, всё было организовано так, чтобы он умер неожиданно. Во время прогулки его просто уложили пулей в спину. С точки зрения реалий шпионских игр это можно назвать гуманностью. Однако он странным образом воскрес в массовой культуре. Позднее Ян Флеминг утверждал, что именно образ Сиднея Рейли, разумеется, дошедший до него в сильно приукрашенном виде, сподвиг его на написание романов о Джеймсе Бонде. Трудно сказать, мечтал ли Рейли именно о таком памятнике, однако ему всё же удалось войти в историю.
Читать далее →
Она носила суховатое название «Трест» и была направлена против белоэмигрантов и внешних противников. За время операции погибло или было захвачено несколько активных боевиков Белой гвардии и политических деятелей эмиграции. Наряду с ними чекистам достался один из загадочных персонажей и ярких авантюристов эпохи Гражданской войны — английский агент Сидней Рейли.
Туманная юность будущего Бонда
Хотя активнее всего наш герой работал на британскую разведку, родился он как раз в Российской империи. На этом достоверные факты о происхождении Рейли исчерпываются. Существует несколько вариантов даты его рождения (между 1872 и 1874-м) и несколько предполагаемых мест его рождения — Одесса, её окрестности, Российская Польша, Петербург. Судя по всему, он происходил из еврейской семьи, жившей на юге Украины, и при рождении носил фамилию Розенблюм. Однако впоследствии, уже известный под новой фамилией, практически не интересовался родственниками.
В юности Розенблюм покинул Россию. В Британии молодой человек женился и занимался не слишком почтенными делами: мошенничал с предметами антиквариата и ценными бумагами, а в свободное время служил информатором полиции, что называется — закладывая эмигрантов. Тогда-то он и обратил на себя внимание британских спецслужб — специального отделения Скотленд-Ярда.
В тот период «отделение» переживало бурный рост. Из небольшой команды в несколько десятков человек, ловившей анархистов и ирландских повстанцев, оно разрасталось в настоящую разведывательную службу. Бойкого юношу заметил Уильям Мелвилл, новый энергичный глава ведомства. Хотя Розенблюм был не бог весть кем, Мелвилла привлекла его коммуникабельность, предприимчивость, способность быстро обзаводиться новыми знакомствами.
Шеф британской разведки рассудил, что глупо расточать способности перспективного агента в узком кругу эмигрантов. Его имело смысл использовать именно в России как человека, отлично знающего язык и местную специфику. Но для этого требовались новые документы и новая полноценная биография. Так умер Розенблюм из Одессы, а на историческую сцену вступил новый человек — ирландец Сидней Рейли.
Накануне Русско-японской войны Рейли официально занимался в Порт-Артуре торговлей. Неофициально сотрудничал с фирмой, поставлявшей разнообразные материалы, от угля до сухарей, для русских войск в Маньчжурии. Дальний Восток живо интересовал британцев, а тихий снабженец с финансовой ведомостью в руках стал источником бесценных сведений о реальном положении дел на военной базе. В лице Рейли англичане получили великолепного агента в русской зоне влияния.
Никаких твёрдых взглядов у этого агента не было, а вот с предпринимательской жилкой всё было в порядке. В Первую мировую он вовсю торговал оружием и запускал руки в заказы, размещавшиеся русскими. Для этого ему даже не требовалось физически находиться в России. Волшебный мир военных поставок и коррупционных схем поглотил Рейли с головой, но в 1917 году произошла революция.
Рыба в мутной воде
Весной 1918 года Рейли приехал в Россию и чуть ли не первым делом отправился в Кремль, где пытался встретиться с Лениным. Причём эти проделки совершались им через голову главы британской миссии при советском правительстве Локкарта. Рейли, как положено разведчику, занимался сбором информации и аналитикой, но быстро перешёл к более радикальным методам. В стране, где шла Гражданская война, он решил организовать переворот, захватив лидеров большевиков. К нему он привлёк нескольких большевиков-латышей, включая знаменитого в будущем Эдуарда Берзина.
О чём Рейли понятия не имел, так это о том, что вся его комбинация была известна ВЧК, а латыши были подсадными утками. Рейли закармливал Берзина деньгами, но с тем же успехом он мог носить их лично Дзержинскому. Эта история могла продолжаться ещё долго, но произошло событие, которого никто не ждал.
В августе 1918 года руководитель петроградской ЧК Урицкий был застрелен Леонидом Каннегисером, а Фанни Каплан тяжело ранила Ленина. Эти события имели много последствий, но конкретно для «заговора Локкарта» и лично Рейли это значило, что теперь большевики будут играть на опережение. В Петрограде и Москве прошли аресты, британского офицера, пробовавшего стрелять, застрелили. Большевики не хотели радикально портить отношения с державами Антанты, но и те оказались в двусмысленном положении: дипломаты, пользуясь своим статусом, готовили переворот. Дело спустили на тормозах, но замешанных в заговоре выдворили из советской России.
Рейли арестовать сразу не удалось. Он залёг на дно и сумел покинуть страну в частном порядке. Позже некоторое время находился при ставке Деникина, рассчитывал занять видное место в России после победы белых, носился с проектом создания финансового синдиката, который вёл бы дела в России после падения большевиков.
Совершенно не факт, что кто-то позволил бы ему стать постсоветским олигархом, но белые проиграли, а Рейли быстро переключился на красных. Вернуться в Россию Рейли не мог и связался с наркоматом внешней торговли, занимаясь посредничеством при закупке Советами высокотехнологичной продукции в обмен на ценности, вывозимые из России.
Сколь верёвочка ни вейся…
Потеряв статус, Рейли вернулся к тому, с чего начинал, — к аферам и авантюрам. Ещё в России он успел тесно сойтись с революционером и террористом из партии эсеров Борисом Савинковым. Рейли тесно контактировал с ним, платил ему деньги из своего кармана. Но Савинков, опытный террорист и убеждённый противник Советов, был одной из основных целей Объединённого государственного политического управления (ОГПУ) — специального органа госбезопасности СССР.
Советская операция была организована весьма остроумно. Поскольку угроза терактов от белоэмигрантов не исчезла, ОГПУ создало фиктивное монархическое подполье — Монархическую организацию Центральной России (МОЦР). Монархисты должны были выманивать эмигрантов в СССР, где их в итоге ждала только пуля. Для убедительности в организацию включили бывших высокопоставленных чиновников и аристократов, остававшихся в России.
С 1922 года советские спецслужбы выходили на контакт с представителями белых движений в Европе. Лидером непримиримых был генерал Александр Кутепов, который отправил в Россию своих людей изучить обстановку на месте. Его агенты — легендарная Мария Захарченко-Шульц и Георгий Радкевич — пообщались с лжемонархистами в России и остались в полном восторге. Тем временем в рамках аналогичной операции был захвачен Савинков. Вскоре он совершил самоубийство в тюрьме.
Процесс над Б.В. Савинковым (Савинков стоит слева у стены) 1924 г.
Над Рейли сгущались тучи, но сам он, похоже, об этом не думал. С ним снова вышли на контакт британские разведчики. Англичан интересовали реальные возможности МОЦР, и Рейли казался отличным кандидатом для участия в этой операции, тем более за последние годы финансовое положение Рейли ухудшилось. Сначала он встретился с монархистами на нейтральной территории. Любопытно, что такому опытному шпиону агенты ОГПУ смогли навесить лапшу на уши форменным образом. Рейли был убеждён в подлинности монархической организации.
Дело сдвинулось к развязке в конце сентября 1925 года. Рейли получил фальшивый паспорт и отправился к коридору на финской границе, где его должен был ждать советский пограничник, участвующий в сговоре. На самом деле этим человеком был Тойво Вяхя, командир погранкордона в районе Сестрорецка, участвовавший в операции чекистов. Вяхя сыграл свою роль великолепно и даже получил на чай от расслабившегося Рейли.
На встрече с мнимыми монархистами Рейли без устали молол языком. Самое удивительное из его предложений состояло в том, чтобы ограбить несколько музеев, вывезти шедевры на Запад и там продать. Так он предлагал добыть средства для содержания организации. Монархисты спокойно выслушали агента, позволили сесть в машину, на которой тот собирался вернуться из Союза, и доставили на Лубянку. Шпион и авантюрист был арестован и больше никогда не увидел свободы.
Труп Сиднея Рейли
Физических пыток к Рейли не применяли, но его волю сломали старым как мир способом — имитацией расстрела. После этого агент поплыл и начал давать показания. Однако спасти жизнь таким способом ему не удалось. Рейли был приговорён к смертной казни ещё за попытку переворота в 1918 году. Как только чекисты убедились в том, что больше захваченный агент ничего не сможет рассказать, Рейли расстреляли.
Надо заметить, всё было организовано так, чтобы он умер неожиданно. Во время прогулки его просто уложили пулей в спину. С точки зрения реалий шпионских игр это можно назвать гуманностью. Однако он странным образом воскрес в массовой культуре. Позднее Ян Флеминг утверждал, что именно образ Сиднея Рейли, разумеется, дошедший до него в сильно приукрашенном виде, сподвиг его на написание романов о Джеймсе Бонде. Трудно сказать, мечтал ли Рейли именно о таком памятнике, однако ему всё же удалось войти в историю.
Читать далее →