Семенов Николай Петрович

Участник Великой Отечественной войн, дедушка Семеновой А.И., главного специалиства-экперта по вопросам регионального законодательства и регистрации уставов муниципальных образований Управления Минюста России по Чувашской Республике.

Мой дедушка, Семенов Николай Петрович, по маминой линии, военный фельдшер непосредственно принимал участие в войне. Он родился 10 февраля 1915 года в городе Сенгилей Ульяновской области. Закончил 4 класса в сельской школе города Сенгелея в 1930 году. Во время прохождения службы в армии в 1939 году окончил ветеринарную школу по специальности ветеринарный фельдшер.

С 1939-1940 годы служил младшим ветеринарным фельдшером в 45-ом артиллерийском полку, 45-ой стрелковой дивизии. В конце 1940 года уволился в запас. Когда наступила война, мой дедушка был призван в армию  в качестве младшего ветеринарного фельдшера. С октября 1941 года по май 1943 года служил в 28-ой отдельной стрелковой бригаде 5-ой Армии Западного фронта. С мая 1943 года по май 1945 года служил начальником эвакуационного отделения ветеринарного лазарета 181-го дивизионного ветеринарного лазарета 174-ой стрелковой дивизии 31-ой Армии Западного фронта. Уволен в запас 27 сентября 1945 года в должности начальника эвакуационного отделения в звании младший лейтенант Вооруженных сил (приказ №497 от 27 сентября 1945 год город Львов).

По словам дедушки, ветеринарные врачи были в каждом полку: стрелковом, кавалерийском, артиллерийском. Они занимались не только лечением, но и профилактикой инфекционных заболеваний и эксплуатационных травм, следили за своевременной ковкой, укрытием лошадей с целью сокращения боевых потерь. В кавалерийских частях, имевших намного больше штатных лошадей, чем стрелковые полки, ветеринарные фельдшеры были и в подразделениях: эскадронах и батареях, естественно, и их полевые лазареты укомплектованы и оснащены были лучше, чем в пехоте. Главной задачей полковой ветслужбы было собирать раненых лошадей на поле боя, оказывать им первую помощь и эвакуировать в тыл. Для этой цели организовывались передовые ветеринарные пункты, которые находились в районе действия войск.

Эффективность лечения обеспечивалась его последовательностью на всех этапах эвакуации. Вначале раненые и больные лошади попадали в полковой ветлазарет, который размещался в нескольких километрах от переднего края. Именно на полковые и дивизионные лазареты приходилась большая часть лошадей, вернувшихся в строй после лечения. Здесь лошадям оказывали врачебную помощь. Тех, которые могли выздороветь за неделю, оставляли. Остальных эвакуационные отделения дивизионных ветлазаретов отводили в дивизионный тыл. В дивизионных ветлазаретах лошадям оказывали помощь в полном объеме и снова «сортировали». На месте оставляли только тех, кто мог свободно передвигаться и выздороветь за две-три недели. Тех же, что нуждались в более длительном лечении, отправляли в армейские или фронтовые лазареты. Для этого у армейских лазаретов были эвакуационные отделения, а для доставки самых тяжелых раненых и больных во фронтовой тыл использовался автотранспорт, имевшийся в специальных эвакуационных лазаретах. В армейских и фронтовых лазаретах были хирургическое, терапевтическое и инфекционное отделения, которые возглавлялись квалифицированными специалистами. Тяжело раненным лошадям здесь делали операции, а потом много месяцев лечили их и выхаживали до полного выздоровления. Кроме ветлазаретов, в распоряжении ветотдела фронта была военная ветеринарная лаборатория, в которой проводились все необходимые исследования. В терапевтическое отделение попадали в основном лошади с тяжелыми заболеваниями органов дыхания и пищеварения. Многие при этом были истощены и нуждались в специальном кормлении. Инфекционное отделение размещалось, как правило, в нескольких населенных пунктах, где изолированно содержались лошади с разными заразными заболеваниями. Чаще других встречались чесотка, мыт, эпизоотический лимфангоит. Большую опасность представляла инфекционная анемия, однако благодаря строгому проведению профилактических и противоэпизоотических мероприятий она не получила широкого распространения.

Считается, что за время Великой Отечественной войны на полях сражений было потеряно более миллиона лошадей. Впрочем, потери среди конского состава были бы несравненно больше, если бы не четко организованная ветеринарная служба, действовавшая на фронте. Подавляющее большинство раненых и заболевших лошадей после лечения возвращались в строй. Четкость работы ветеринарной службы в годы войны вызывала искреннее восхищение. Раненных лошадей никогда не бросали, а собирали после каждого боя и отправляли в специальные ветеринарные лазареты. Так что раненные лошади были окружены такой же заботой и вниманием, что и бойцы.

 Лошади оказались незаменимы для стремительных рейдов по тылам противника, для налетов и диверсий. Только один конный корпус советского генерала Льва Михайловича Доватора во время битвы за Москву сковывал тылы целой армии. И противник не мог ничего поделать с отважными и неуловимыми кавалеристами. Вот что писал в своей докладной записке начальник Генерального Штаба войск вермахта генерал Гальдер: "Мы постоянно сталкиваемся с конными соединениями. Они так маневренны, что применить против них мощь немецкой техники не представляется возможным. Сознание, что ни один командир не может быть спокоен за свои тылы, угнетающе действует на моральный дух войск".

Моему дедушке очень посчастливилось, так как он во время войны не подвергся ранениям.

О боевом пути моего дедушки говорят военные награды:

- орден «Красная звезда» (приказ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 28 декабря 1944 года № 070 за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество).

- медаль «За оборону Москвы» (Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 1 мая 1944 года);

- медаль «За победу над Германией» (Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 9 мая 1945 года);

- медалью «Ветеран труда»,  орденом Отечественной войны II степени  и многочисленными грамотами.

После демобилизации мой дедушка вернулся к своей первоначальной мирной профессии плотника и столяра. Он мог построить не только большой дом из бревен но и диван и шкаф. Всю жизнь дедушка работал в сфере строительства. Даже будучи в преклонном возрасте и больным он помогал строить дачный домик на садовом участке.

Я помню, как в детстве любила забираться на колени к дедушке и с замиранием сердца слушать его истории о том, как он воевал на Великой Отечественной Войне. Это было тяжелое время, и когда дедушка рассказывал мне о нём, то в его голосе всегда слышалась дрожь. Ведь на этой войне он потерял своих друзей, увидел много горя и смертей.

Умер дедушка 31 октября 1997 года.

Я очень горжусь своим дедушкой и всеми теми, кто жил в то непростое время и всегда буду чтить память о них в своем сердце.

Из наградного листа: «Благодаря проявленной личной инициативы и энергии в боевой обстановке обеспечил без потерь своевременную этапную эвакуацию раненых и больных лошадей, тем самым сохранил не одну сотню лошадей. В период наступательных боев он лично возглавлял передовой ветеринарный пункт. Имел большие заслуги в деле борьбы и профилактике с чесоткой лошадей.  Им была сконструирована и построена газокамера с помощью, которой была ликвидирована чесотка лошадей и проводилась постоянная профилактическая обработка конского состава. Своим самоотверженным трудом постоянно способствовал повышению боеспособности конского состава».