Четвёртая: воронежские эксперты рассказали о самой сложной волне коронавируса
Четвёртая волна коронавируса ежедневно уносит уже более 60 жизней, более чем у 700 человек в сутки регистрируется ковид. Вопросов у воронежцев по поводу новой коварной инфекции возникает всё больше. 20 октября пользователи соцсетей могли задать интересующие их вопросы специалистам в официальных группах правительства Воронежской области.
О четвёртой волне ковида разговор вели заместитель руководителя регионального управления Роспотребнадзора Галина Ласточкина, заместитель руководителя департамента здравоохранения области Наталия Нехаенко, главный инфекционист департамента здравоохранения Воронежской области Наталья Сорокина.
Чем четвёртая волна отличается от предыдущих трех?
Наталия Нехаенко:
– Достаточно напряженная ситуация складывается из-за того, что у нас болеет сейчас как взрослое население, так и дети, хотя в основном заболеваемости приходится на старшее поколение.
Если мы посмотрим на ситуацию, которая был год назад, то вспомним, что на улицах, в торговых центрах, в любых магазинах количество носящих масок гораздо больше, чем сейчас. Это один из основных признаков того, что человек не очень хорошо относится к соблюдению правил личной гигиены и способствует тем самым распространению заболевания. Обыватель считает, что маска ничего не дает, но со стороны профессионала маска - это огромнейший защитный барьер. Если больной человек не наденет маску, то в своём окружении он заразит всех.
Почему так сложно вызвать врача?
Наталия Нехаенко:
– У нас действительно наблюдается прогрессивный рост заболеваемости. Ежедневно фиксируется более 700 заболевших. Но это только результаты ПЦР-тестов. Есть ещё пациенты, которые либо не получили ПЦР тест-положительный, но при этом у них либо абсолютно отчётливо прослеживается развёрнутый клинико-эпидемиологический анамнез, был контакт с заболевшим человеком, и мы абсолютно уверены в том, что он заболел, а есть больные, которым мы ставим диагноз по КТ-диагностике. И получается, что количество людей, которые нуждаются сегодня в медицинской помощи гораздо больше, чем 700 заболевших день. Как следствие, нагрузка на систему здравоохранения выросла многократно, настолько, что в некоторых поликлиниках количество вызовов, которые необходимо обслуживать, достигает 3-4 тыс. в день. В то же время количество медицинских работников, которые работают в поликлиниках, не прибавилось. И они тоже болеют. Кроме того, выросла нагрузка и на скорую помощь. У нас бригады скорой обслуживают вызовы круглосуточно, не заезжая на подстанцию для того, чтобы отдохнуть чтобы перекусить, попить воды.
Поэтому я сейчас хотела бы обратиться к жителям Воронежской области.
Есть ситуации, когда действительно нужен визита врача на дом, а есть люди, к которым приезд бригады скорой помощи необходим. Вопросов нет – это нужно делать. Но есть больные, которые очень легко переносят коронавирусную инфекцию – у них невысокая температура, нет выраженной слабости, их возраст позволяет быть мобильными, у них есть автотранспорт или они живут в шаговой доступности от поликлиники. В каждой поликлинике созданы «красные зоны», конфигурацию которых мы сейчас пересматриваем. Если человек может прийти в поликлинику сам, а не будет вызывать врача, то, возможно, врач успеет приехать к тому пациенту, которому действительно нужна помощь на дому. То же самое касается и скорой помощи: было невероятно обидно, когда скорую помощь вызывают люди, которым просто «скучно». Извините за такую оценку, но когда температура 37 и першит в горле, молодой человек вызывает к себе скорую помощь. И скорая опять же не доезжает до того человека, кому действительно сейчас нужна экстренная помощь. Я призываю понимать, что ресурсы здравоохранения ограничены, у нас с невероятным напряжением работают медики, мы перестраиваем работу и скорой помощи, и поликлиник, и стационаров, но, к сожалению, система здравоохранения не безразмерная.
Я не хочу сказать, что не нужно обращаться к медицинским работникам и не нужно вызывать скорую помощь. Очень важно своевременное обращение: если у вас положительный тест, но невысокая температура, нет нарушение дыхания, нет чувства нехватки воздуха, то нужно обращаться в поликлинику и вызывать врача. Но если состояние ухудшается, температура не сбивается или сбивается тяжело, ощущается боль в груди, сдавленность, чувство нехватки воздуха – вызывайте скорую.
Конечно же, мы говорим сейчас о коронавирусе, эти рекомендации не относятся к инфарктам, инсультам, острой хирургической патологии, когда с вызовом скорой помощи медлить нельзя.
Почему прививки делают, а заболеваемость растёт?
Наталья Сорокина:
– После проведения вакцинации необходимо порядка полутора месяцев, чтобы выработался активный иммунитет. Бывает так, что человек привился, допустим, вчера или позавчера, но он уже заболевал, просто коронавирус находился в скрытом, инкубационном периоде. И да, в таком случае человек заболевает – но от инфекции, а не от самой прививки.
Ни в какой нашей вакцине – «Спутник V», «Спутник Лайт», «КовиВак» или «ЭпиВакКорона» – нет живого вируса, который мог бы вызвать само заболевании.
К сожалению, для того, чтобы не заболеть сейчас, нужно было вакцинироваться два-три месяца назад. Но это не отменяет того, что нужно вакцинироваться в настоящий момент – на будущее. Приняв решение вакцинироваться, не забывайте использовать средства защиты для того, чтобы дать организму время выработать иммунитет и не заболеть.
И еще стоит иметь ввиду, что вирус с начала 2020 года мутирует, сейчас течение заболевания более агрессивное. К нам поступают больные и говорят: сделайте мне, пожалуйста, укол, чтобы я выздоровел. Пока единственный укол – вакцина.
Галина Ласточкина:
– В целом болеют 0,98% привитых – это крайне незначительный процент. У нас нет ни одного тяжёлого: привитые болеют либо в легкой, либо в средней форме.
Где можно вакцинироваться иностранцам?
Наталия Нехаенко:
– В настоящее время вопрос вакцинация иностранцев, наконец-то, решён. Он был долгое время непонятным, решался на федеральном уровне. Теперь у нас есть возможность прививать иностранных граждан в миграционном центре и Семилукской районной больнице. Обращаться нужно в эти учреждения.
При каких заболеваниях можно получить медотвод от прививки?
Наталья Сорокина:
– Если на момент вакцинации у вас обнаружены признаки ОРВИ или обострение хронических заболеваний, то прививаться, конечно же, нельзя. Медотвод в таких случаях дается на период от двух недель до месяца.
Дается медотвод на введение второго компонента вакцины, если после первого наблюдалась аллергическая реакция, была температура выше 40 градусов. Обязательно в таких случаях нужно обращаться к врачу.
Также могут быть противопоказания при онкологических заболеваниях, если человек в данный момент проходит химиотерапию.
И не прививают детей до 18 лет.
Почему в торговых центрах перестали работать пункты мобильной вакцинации?
Наталья Нехаенко:
– У нас достаточное количество стационарных пунктов вакцинации. Изначально мобильные пункты создавались для жителей региона, проживающих отдалённо, для маломобильных граждан, граждан старшей возрастной категории.
В городах мобильные пункты предназначались для проведения вакцинации в организованных коллективах. Почему выезжали в торговые центры? Мы просто пытались создать гражданам всяческие условия, уговаривали, разыгрывали призы… Но мобильные центры могли стоять целый день пустыми. Ради двух-трёх человек нет смысла выезжать целой бригаде в торговый центр, в то время как мы можем сосредоточить наши силы на том, чтобы привить большее количество людей в поликлинике.
Слушательница пишет, что год назад переболела ковидом, последствия ощущает до сих пор. Нужно ли вакцинироваться или прививка будет во вред?
Наталья Сорокина:
– Сейчас считается, что спустя 6 месяцев с момента перенесённой коронавирусной инфекции необходимо вакцинироваться, потому что есть риск заразиться повторно. В вашем случае лучше вакцинироваться.
Можно ли повторно вакцинироваться «Спутник Лайт», если первый раз прививалась «ЭпиВакКороной»?
Наталья Сорокина:
– Повторную вакцинацию можно проводить любой имеющейся вакциной.
Нужно ли прививаться беременным?
Наталья Нехаенко:
– К сожалению, тяжёлое течение коронавируса мы наблюдаем и у беременных. У нас есть в этом плане потери, поэтому беременным тоже нужно прививаться, и это сейчас предусмотрено инструкциями.
Почему ежедневно сообщаемая статистика оперштаба отличается от федеральной статистики?
Наталья Нехаенко:
– Мы ежедневно фиксируем количество умерших в стационарах для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией. Что касается федеральных ресурсов и в частности, сайта стоп.коронавирус, то там публикуется информация только после того, как умерший пациент будет внесен в федеральный регистр. В регистре же фиксируется информация только после того, как появятся патологоанатомическое заключения, то есть результат патологоанатомического исследования, которое включает в себя не только в проведение вскрытия, но и изучение гистологии, ПЦР-тестов. Когда появляется заключение, в статистику идут только те случаи, где диагноз подтвержден. Иногда ведущей причиной смерти может быть не коронавирусная инфекция, поэтому мы видим расхождения в данных.
Как обстоят дела с обеспеченностью больниц кислородом?
Наталия Нехаенко:
– У нас наблюдается значительный рост потребления кислорода – эта волна отличается более тяжелым течением заболевания и люди в более ранний период от начала заболевания начинают нуждаться в кислородной поддержке. У нас была проделана очень большая работа по созданию систем кислородного обеспечения, в больницах достаточно кислородных точек, и открытие каждого стационара сопровождается проведением строительно-монтажных работ именно в этом направлении. Но может возникать другая проблема – это своевременная поставка кислорода.
Когда мы начали испытывать дефицит, то в медицинские организации было поставлено порядка 100 концентраторов для того, чтобы использовать газообразный кислород, который синтезируется из воздуха. Но эти аппараты – для индивидуального использования.
Сейчас в регионе более 1200 таких концентраторов, и мы продолжаем их закупать за счёт средств резервного фонда и поставлять в медицинские организации.
Наталья Сорокина:
– Хочу добавить, что необходимо рациональное использование кислорода в терапии пациентов с ковидом. Если состояние позволяет человеку находиться без кислорода, лучше давать дышать самостоятельно. Это лечение имеет две стороны – с помощью кислорода мы его лечим, но в то же время затягиваем пребывания пациента на кислородной поддержке. То есть когда человек выздоравливает, он уже не нуждается в нем, но привыкает. Норма сатурации – от 95 до 100%. У пациента сатурация уже 97-98%, а он боится остаться без кислорода, и лечение затягивается.
Должны были контактные лица соблюдать самоизоляцию вместе с заболевшим?
Галина Ласточкина:
– Как только проходит процедура ПЦР-исследования, мы получаем экстренное сообщение из учреждения здравоохранения, врач которого поставил диагноз коронавирус. Проводится опрос заболевшего, одним из вопросов которого касается контактов. По действующим санитарным правилам определяются три круга контактов: ближний, средний и дальний.
Круг контактов по ближнему – это, конечно, семья. Если есть возможность изолироваться – на даче или у других своих родственников, то лучше это сделать. Если такой возможности нет, контактные лица должны изолироваться дома, но жить в отдельных комнатах при соблюдении масочного режима. Это сделать очень сложно, но возможно при соблюдении всех дезинфекционных мероприятий, и шансы заболеть минимальные.
Контактное лицо получает больничный и должен находиться дома, а не гулять по торговым центрам, передвигаться в транспорте. Чтобы такого не происходило, мы осуществляем выборочный контроль за соблюдением режима изоляции контактных. Контактный человек получает на свой телефон сообщение, что является контактным и должен соблюдать режим изоляции и находится по адресу, который указал заболевший.