Заметки на полях "Всемирной истории", вышедшей под руководством академика Чубарьяна

Слишком велик был риск, что рукопись устареет и утратит свою привлекательность для издателей задолго до завершения работы над ней. Однако руководимый академиком Александром Огановичем Чубарьяном авторский коллектив Института всеобщей истории РАН отважно приступил к титаническому труду, упорно и систематически им занимался в течение десяти лет - и не прогадал.

Интеллектуальный продукт совместного труда маститых российских ученых получился на славу. В 2011 году был представлен научному сообществу первый том, а в 2019 году уже полный комплект "Всемирной истории" в 6 томах (7 книгах) вышел в издательстве "Наука" вторым, исправленным и дополненным изданием.

5800 страниц про нас

Этот феномен требует объяснения. Что обусловило успех грандиозного проекта? Правильный выбор предмета исследования. "...Предметом истории является человек. ...Настоящий же историк похож на сказочного людоеда. Где пахнет человечиной, там, он знает, его ждет добыча"¹.

Добыча оказалась богатой.

"Всемирную историю" написали исследователи, сумевшие актуализировать для современного читателя давно прошедшее прошлое, показав на протяжении 5800 страниц его неразрывную связь с настоящим. Всё, что происходило много веков тому назад и о чем повествуется в увесистых книгах, имеет непосредственное отношение к настоящему. Поэтому читатель получил возможность самоопределиться на оси времен и осознать самого себя как звено в длинной цепи неразрывного исторического развития.

Читая "Всемирную историю", я вспомнил рассказ Чехова "Студент":

"И радость вдруг заволновалась в его душе, и он даже остановился на минуту, чтобы перевести дух. Прошлое, думал он, связано с настоящим непрерывною цепью событий, вытекавших одно из другого. И ему казалось, что он только что видел оба конца этой цепи: дотронулся до одного конца, как дрогнул другой".

Приведу несколько выразительных примеров из каждого тома, когда я воочию убеждался в справедливости этой давней метафоры, когда у меня возникала устойчивая иллюзия, что я читаю не о седой древности, а о сегодняшнем дне, - и цепь Истории подрагивала в моих руках.

Древний мир

Около 1755 года до н.э. знаменитый вавилонский царь Хаммурапи, не претендующий на обожествление, но пышно именующий себя "богом для местных царей", так изложил концепцию собственного правления: он взошел на престол, чтобы "ублажить плоть населения", "чтобы справедливость воссияла в стране, чтобы уничтожить преступников и злых, чтобы сильный не притеснял слабого... чтобы с сиротой и вдовой обходились по справедливости, чтобы притесненному оказать справедливость" (I, 90).

Известный мыслитель и административный деятель Древнего Китая Гуань Чжун (ум. 645 г. до н.э.) со знанием дела утверждал, что только "когда амбары полны, люди знают правила благопристойности, а когда одежды и еды достаточно, люди знают, что такое слава и что такое позор" (I, 173).

Когда я с увлечением читал первый том "Всемирной истории", раздался звонок в дверь квартиры. Агитаторы пришли собирать подписи в поддержку одного из кандидатов на выборах в Госдуму и планировали рассказать мне о его избирательной платформе. В ответ зачитал им "платформу" царя Хаммурапи - и волонтеры поспешно ретировались. На царском фоне их кандидат выглядел бледно: об "ублажении плоти населения" его предвыборный штаб подумать не догадался.

Средние века

При чтении второго тома возникло ощущение, что нечто подобное я уже наблюдал в "лихие девяностые", когда охрана олигархов превосходила по своей численности охрану высших должностных лиц государства. "Воин, обладающий вооружением и боевым конем, да и просто владеющий оружием, был фигурой востребованной в эпоху, когда даже аббатства спешили обзавестись собственными дружинами" (II, 449).

Однако ожесточенные сражения происходили не только на бранном поле. "Мастерство преподавателя определялось его способностью выдвигать новые вопросы и умением отстаивать свою позицию на диспутах. Для преподавателей, юристов, философов, богословов стремление побеждать было свойственно в неменьшей степени, чем для рыцарей. ...Письмо епископа Турне Стефана, клеймившего в конце XII в. Парижских школяров, "обсуждающих таинства Троицы на городской площади под рукоплескания невежественных юнцов", обычно приводится как пример реакции традиционалистов на городскую модель интеллектуализма" (II, 490, 491).

Не правда ли, впечатление, что речь не о далеком Средневековье, а о новейших телевизионных ток-шоу?

Новое время

Участники телепередач из числа украинских политологов любят рассуждать о многовековой истории Украины, подчеркивать "исконные права" запорожских казаков на Черное море. Не отстают от них по уровню политических амбиций политологи из Грузии. И этот сюжет - не нов!

"В конце XVI и первой половине XVII в. Причерноморье сильно страдало от пиратов, захватывающих суда, а также нападавших на приморские города и крепости. В роли пиратов выступали запорожские казаки, но в восточной части Черноморья им нередко помогали "менгрельские азнауры" (дворяне) и представители других кавказских народов. В слабо освоенных и плохо организованных районах османского приграничья племенная вольница, не находившая себе другого применения, кроме войн и набегов, становилась все более заметным фактором дестабилизации политической и экономической жизни" (III, 471).

Полагаю, профессиональным участникам ток-шоу следует не только изучить, но и законспектировать третий том "Всемирной истории". Это прекрасный путеводитель, позволяющий ориентироваться на оси времени. Ведь многие животрепещущие современные проблемы уходят глубокими корнями в XVII век.

"Юридически вхождение Киева в состав России было оформлено Вечным миром 1686 г. (в обмен на уступку трех городов на литовской границе - Невеля, Себежа и Велижа, и была также выплачена денежная компенсация)" (III, 540).

Воссоединение Украины с Россией в 1654 году едва не сорвалось из-за того, что каждая из сторон стремилась по-своему истолковать предстоящее событие. Казацкая верхушка на предварительном совещании - Старшинской раде попыталась сформулировать необходимые и достаточные условия грядущего подданства царю, в которые эта верхушка попробовала вложить смысл союзнического договора с Россией. Такой договор носит обратимый характер, и она, казацкая старшина, в любой момент может расторгнуть его в одностороннем порядке. Более того, казацкая старшина желала добиться от Московского государства принесения присяги Войску Запорожскому. Однако царский воевода В.В. Бутурлин отказался от имени царя принести такую присягу и объяснил казакам, что московские государи не присягают своим подданным.

"Региональная политика России была совсем иной, чем представлялась Богдану Хмельницкому на основе его предыдущих отношений с польским королем и турецким султаном. Практика присоединения новых территорий (отработанная в Сибири и Поволжье) основывалась на принесении присяги правителями этих земель царю с использованием формул "принять под высокую царскую руку" и "в вечное холопство". Конфликт едва не сорвал торжественную церемонию в Успенском соборе Переяслава".

Однако в итоге казаки согласились с версией московского посла, присягнули царю Алексею Михайловичу и поклялись в том, "чтобы быть им с землей и городами под царской великой рукой неотступно". В итоге восторжествовало русское правовое сознание, при котором вступление в подданство носит необратимый характер. "Выход из подданства (нарушение присяги) рассматривался как государственная измена и жестоко карался" (III, 663).

В этих словах - ключ к пониманию тех неизбывных противоречий, что в наши дни так сильно разделили два братских народа.

XVIII век

Редкая страна обходится в наше время без коррупционных скандалов, особенно сильно возмущающих тех, кто едва сводит концы с концами. Чтение четвертого тома убеждает в справедливости давней истины: ничто не ново под луной.

"Подавляющее большинство людей в XVIII в. жили на пороге или за порогом бедности. Безземельные крестьяне, солдаты-дезертиры, беглые подмастерья, погорельцы, вдовы, сироты и калеки пополняли стекавшиеся в города толпы нищих и бродяг" (IV, 97).

Власти европейских стран прекрасно осознавали эту острую социальную проблему и собственное бессилие с ней справиться какими бы то ни было известными способами - будь то благотворительность, политика реформ или стимулирование экономического роста. Нидерландская Ост-Индская компания была коррумпирована сверху донизу. Генерал-губернаторы с жалованьем 700 гульденов в год привозили домой состояние в 10 млн гульденов, младший торговец платил (официально) 3500 гульденов за назначение на пост с жалованьем 40 гульденов в месяц и получал на этой должности годовой доход в размере 40 тыс. гульденов. Коррупция достигла таких размеров, что накануне падения Компании был введен официальный налог на взятки, которые получали ее должностные лица" (IV, 413).

XIX век

В наше время чрезвычайно сильно вырос уровень притязаний. Молодежь претендует не только на более высокий уровень потребления, но и на право воспользоваться социальным лифтом для достижения привилегированного социального статуса. Пятый том "Всемирной истории" показывает, что с этой проблемой развитые европейские страны столкнулись еще в позапрошлом веке.

"Родственные связи и расположение патрона значили больше, чем экзамены, дипломы и формальное признание коллег по профессии (в виде лицензий на право занятия практикой, выдававшиеся профессиональными ассоциациями). ...Средняя школа (вместе с высшей) превратилась в механизм воспроизводства социальных групп, а также служила обоснованию и оправданию социально-культурной иерархии" (V, 141).

В первые годы правления Николая I новый гимназический устав (1828) строился на положении о том, что "образовательная система не должна способствовать продвижению простолюдинов в высшие круги общества" (V, 147). Становление системы среднего и высшего образования в ведущих европейских странах не обходилось "без кризисов "перепроизводства" молодых людей, чьи претензии на высокое социальное положение, обусловленные полученным дипломом, не получают реализации. ... Показательно, что время наступления такого кризиса в странах Центральной Европы пришлось на 1880-е годы, т.е. совпало с аналогичными явлениями в Российской империи" (V, 149).

"За внешним благополучием скрывалось глубокое расхождение власти и общества во взглядах по всем коренным вопросам российской жизни. Общественные силы, лишенные ...возможности открыто выражать свои требования, накапливали внутри себя недовольство, грозящее будущим взрывом" (V, 492).

XX век

Проблемы, с которыми столкнулись Брежнев и его коллеги в исторический период, не вполне обоснованно именуемый "застоем", с известными оговорками можно уподобить парадоксам "экономического чуда" в Японии, на Тайване и в Южной Корее. Во всех случаях рассмотрение ситуации в большом времени Истории позволяет увидеть ряд общих неизбывных проблем и закономерностей:

"... по достижении своих целей любая по-настоящему успешная "диктатура развития" совершает политическое самоубийство, как только в стране меняется поколение.

Во-первых, начинает исчезать дешевая рабочая сила, которая сделала возможным рывок.

Во-вторых, по мере экономического развития неизбежно формируется средний класс и растет уровень образования, а это увеличивает число тех, кто не желает жить при авторитарном режиме, требуя гражданских свобод и политических прав.

В-третьих, если предыдущее поколение помнит хаос и нищету, из которых диктатура их вывела, и потому принимает ее как меньшее зло, для нового поколения экономический рост оказывается естественным, и такой выбор для них неприемлем" (VI, кн. 2, 468)

P.S.

Академик Александр Чубарьян, чье 90-летие мы отмечаем 14 октября 2021 года, ознаменовал собственный юбилей отличным подарком - не только научному сообществу, но всем нам, его современникам. Мы получили книгу, позволяющую найти ответ практически на любой злободневный вопрос современной жизни.

_{1. Блок М. Апология истории или Ремесло историка. М.: Наука, 1973. С. 18 (Памятники исторической мысли).}