Русская красавица, полюбившая Эйнштейна по заданию НКВД
В начале 1910-х годов в богемную жизнь Москвы ворвалась молодая красивая провинциалка. Маргарита Воронцова после окончания гимназии в родном Сарапуле поступила на московские женские юридические курсы мадам Полторацкой. Адвокатская карьера юную барышню прельщала не очень, и поэтому Маргарита уделяла больше времени не учёбе, а общению с представителями мира искусств. В московских салонах она завела знакомства с художниками, литераторами, музыкантами. К жизни Маргарита относилась легко, и эта лёгкость только прибавляла ей очарования в глазах мужчин. Вскоре было объявлено о её обручении с Борисом Шаляпиным, сыном певца. Эта свадьба так и не состоялась, потому что жених не смог простить невесте флирта с его знаменитым отцом. Маргарита не сильно расстроилась по этому поводу и вскоре вновь обручилась, на этот раз со скульптором Петром Бромирским.
На свою беду Бромирский показал фотографию невесты старшему коллеге — уже знаменитому скульптору Сергею Конёнкову. Сорокалетний Сергей Тимофеевич тут же влюбился в портрет на карточке. «Девушка на фотографии была так прекрасна, что показалась мне творением какого-то неведомого художника, — писал он полвека спустя в своих воспоминаниях «Мой век». — Особенно прекрасен был поворот головы. И руки — необыкновенно красивые руки, с тонкими изящными пальцами… Таких рук я не видел никогда!».
Конёнков принялся ухаживать за Маргаритой. Ему удалось вытеснить из её сердца Бромирского, но согласиться на предложение руки и сердца красавица не решалась — ухажёр был старше её на двадцать лет. Сердечные переживания затянулись на семь лет, в череде которых сравнительно незаметно для влюблённых прошли Октябрьская революция и Гражданская война. Свадьба состоялась в 1922-м. А уже через год молодожёны отправились за океан. Советское государство пыталось наладить отношения со вчерашними врагами, и поэтому в Нью-Йорке была устроена выставка русского искусства. Одним из главных её экспонатов являлся «Русский Роден», как называла зарубежная пресса Конёнкова ещё до революции. На глазах посетителей выставки Сергей Тимофеевич вырезал из дерева свои скульптуры, часто изображавшие его молодую жену.
Выставка продлилась полгода, после чего экспонаты и сопровождавшие их лица вернулись в СССР. А вот супруги Конёнковы в Америке задержались на целых 22 года. Успех экспозиции сделал имя Сергея Тимофеевича известным в США, и на него посыпались заказы. Маргарита, прекрасно говорившая по-английски, в салонах Нью-Йоркской богемы чувствовала себя так же уверенно, как и в московских гостиных. Она продолжала позировать мужу, и её скульптурные изображения в обнажённом виде, часто появлявшиеся на выставках, придавали ей ореол чуть скандальной популярности. Когда мода на русское искусство прошла, заказов у Конёнкова убавилось. Тогда Маргарита превратилась в продюсера своего мужа. Связи русской красавицы среди американской элиты позволили ей обеспечить скульптора платёжеспособными заказчиками. Материальное положение Конёнковых стало стабильным. Не угрожала их спокойной жизни и политика. Советское правительство, зорко следившее за эмигрантами и всячески старавшееся возвращать невозвращенцев домой, Конёнковых, казалось, не замечало.
В 1935 году Принстонский университет заказал Сергею Тимофеевичу скульптурный портрет Альберта Эйнштейна. Пока великий физик позировал художнику, он познакомился с Маргаритой. Как она позже вспоминала, Эйнштейн пытался объяснить ей теорию относительности, и она очаровала его простодушной непонятливостью. Очень скоро известный своей любвеобильностью учёный, который только что овдовеет, уже не мог представить свою жизнь без русской красавицы.
Завязался роман. Ему было 57, ей — 41. Об их отношениях, казалось, знали все, кроме Конёнкова. Чтобы Сергей Тимофеевич не мешал их длительным свиданиям, Эйнштейн в 1939 году сообщил ему, что Маргарита серьёзно больна, и даже показал результат медицинского освидетельствования, составленный его другом-врачом. Поправить здоровье жены скульптора могли только частые посещения курорта на озере Саранак, где, по случайному совпадению, у Эйнштейна имелся уютный коттедж, рядом с которым была пришвартована его яхта.
Влюблённая пара проводила вместе много времени, а когда они расставались, Альберт не мог дождаться очередного свидания. «Я жду того момента, когда ты приедешь, мы сядем, и ты мне будешь читать «Войну и мир». И когда ты поднимешь глаза, я увижу в них Бога», — писал учёный своей возлюбленной. Маргарита окружила физика множеством мелочей, скрашивавших его одинокий быт. В его письмах часто встречаются фразы: «лежу укрытый твоим пледом», «в руках у меня твой карандаш», «я чищу трубку твоим инструментом, мне его хватит до конца жизни».
Отношениям Эйнштейна и Конёнковой не помешало даже её признание в том, что её чувство не было полностью бескорыстным. Маргарита уже давно сотрудничала с советской разведкой. С 1941 года её куратором стала Елизавета Зарубина, жена резидента НКВД в США Василия Зарубина. Разведчики были крайне заинтересованы в сближении с учёными, работавшими над созданием атомного оружия. В доме Эйнштейна Конёнкова познакомилась с Робертом Оппенгеймером, Лео Силардом и другими физиками-атомщиками. Об этих встречах она регулярно докладывала Зарубиной, которая пыталась склонить учёных к сотрудничеству с СССР.
Конёнкова получила задание свести Эйнштейна с заместителем советского консула в Нью-Йорке Павлом Михайловым, курировавшим научные связи. Маргарита не могла организовать такую встречу, не признавшись Альберту в своих связях с разведкой. Эйнштейн выслушал её, понял и простил. Он встретился с Михайловым, который намёками предложил физику переехать в СССР, но этот разговор никакого продолжения не имел.
Один из руководителей советской разведки генерал-лейтенант Павел Судоплатов так писал в своей книге «Разведка и Кремль» о деятельности Маргариты: «Жена известного скульптора Конёнкова, наш проверенный агент, действовавшая под руководством Лизы Зарубиной, сблизилась с крупнейшими физиками Оппенгеймером и Эйнштейном в Принстоне. Она сумела очаровать ближайшее окружение Оппенгеймера. Конёнкова под руководством Лизы Зарубиной и сотрудника нашей резидентуры в Нью-Йорке Пастельняка (Лука) постоянно влияла на Оппенгеймера и уговорила его взять на работу специалистов, известных своими левыми убеждениями, на разработку которых уже были нацелены наши нелегалы и агентура».
В 1941 году у Маргариты появилась ещё одна забота. После начала Великой Отечественной войны в США образовались несколько общественных комитетов, организовывавших сбор денег в помощь Красной армии. В руководстве одной из таких организаций состоял Эйнштейн, а среди учредителей другой значился Конёнков. Сергей Тимофеевич, правда, больше занимался не деятельностью комитета, а созданием по фотографиям бюстов Сталина и маршалов Жукова, Рокоссовского, Конева, Малиновского. Сбором денег руководила Маргарита, числившаяся секретарём этого общества. При её деятельном участии удалось собрать гигантскую по тем временам сумму — полмиллиарда долларов. Деньги пошли на закупку лекарств и другой гуманитарной помощи для Красной армии.
После победы Сталин стал настойчиво приглашать Конёнкова вернуться в Москву. Сергей Тимофеевич согласился, и для перевозки всех созданных им за двадцать лет скульптур в США был прислан пароход «Смольный». Конёнковы отправились на родину 11 ноября 1945 года. Эйнштейн писал Маргарите: «Я много думаю о тебе и от всего сердца желаю, чтобы ты с радостью и мужественно вступила в новую жизнь и чтобы вы оба успешно перенесли долгое путешествие. <…> Целую. Твой А. Эйнштейн».
Сталин не обманул: скульптор получил прекрасную мастерскую в центре Москвы на улице Горького и множество заказов, обеспечивших его работой на долгие годы. Маргарите после Нью-Йорка столица СССР показалась слишком мрачной. Из старых её знакомых в живых почти никого не осталось, а новые смотрели на Конёнковых подозрительно: никому из возвращенцев подобных почестей не оказывалось. Отдушиной для жены скульптора служила переписка с Эйнштейном, который сильно скучал. «Я только что вымыл голову, но не очень преуспел в этом деле, — писал учёный. — У меня нет твоей сноровки и аккуратности. Всё вокруг напоминает мне о тебе — шаль Альмар, словари, чудесная свирель, которую мы одно время считали утерянной, — словом разные безделушки, наполняющие мой приют отшельника, наше опустевшее гнёздышко».
Альберт Эйнштейн умер в 1955 году. Перед смертью он уничтожил свой личный архив. Сергей Конёнков скончался в 1971-м. Маргарита осталась одна. Из дома она выходила очень редко, поручив все бытовые хлопоты своей домработнице. Та оказалась женщиной недобросовестной, и когда хозяйка заболела, перестала о ней заботиться. Маргарита Конёнкова умерла от истощения 22 февраля 1980 года. По некоторым сведениям, перед смертью она, как и её американский возлюбленный, уничтожила весь свой архив.
Слухи о любовной связи гениального физика и жены русского скульптора ходили много лет. В 1998 году на аукцион Sothbey’s были выставлены непонятно как сохранившиеся письма Эйнштейна к Маргарите Конёнковой. Из этих чудом уцелевших документов весь мир узнал подлинную историю чувств над которыми оказались не властны расстояния, идеологии и спецслужбы.