Первый в СССР захват заложников, или Зачем дезертиры захватили целую школу

На исходе 1981 года в СССР был осуществлен первый коллективный захват, классифицированный как теракт. Два вооруженных дезертира взяли в заложники школьный класс прямо в стенах школы № 12 в удмуртском Сарапуле. Тогда никто и не подозревал, что впереди не одна подобная преступная акция. Инцидент был строго засекречен и воспринят как разовая случайность. А захваченные школьники, на памяти которых такие преступления не происходили, вели себя смело и бесстрашно, превратив в заложники легкомыслия самих же захватчиков.

Два посторонних в сарапульской школе, оказавшиеся дезертирами

 

16 декабря 1981-го в двери школы на окраине Сарапула вошли двое солдат. Люди в форме были здесь делом привычным, потому как неподалеку стояла воинская часть. Дежурный учитель ничуть не удивился появлению военных, пояснивших свой приход поисками пропавших боеприпасов. По их словам, нужно было проверить версию о причастности школьников к исчезновению со склада противотанковых мин. Никого не смутило и оружие за плечами гостей – в то время доверие к советскому солдату было неоспоримым.

Мужчины какое-то время побродили школьными коридорами, что явно подтверждало их поисковые намерения, после чего спешно вошли прямо на урок в 10«В». Уже очень скоро выяснилось, что эти двое были дезертирами, пару часов назад сбежавшими из расположения местной мотострелковой дивизии. 19-летний Мельников и Колпакбаев 21 года от роду являлись членами ВЛКСМ и не вызывали к себе недоверия по месту срочной службы. Однако, как позже открыто признавался старший преступник, он давно задумал променять светлое советское будущее на борьбу за свободу Казахстана и сотрудничество с западом.

Выбор школы детей командира части и «ультиматум»

 

Выбор преступников пал на школу № 12 неслучайно: они знали, что здесь учатся дети самого командира части. Только подельники ошиблись, зайдя вместо 10 «А» в 10 «В». Учителю биологии Людмиле Верховцевой срочники сообщили, что с целью проведения беседы о пропаже оружия школьники останутся в классе после звонка с урока. Ничего не подозревающая преподаватель доложила об этом директору и выполнила просьбу солдат. Колпакбаев с Мельниковым закрыли двери класса изнутри и только теперь объявили, что дети взяты в заложники.

В подтверждение серьезности намерений в потолок была выпущена автоматная очередь, а к директору с «ультиматумом» направлен один из учеников. Преступники требовали на свое имя загранпаспорта, визы и предоставление самолета для вылета в Соединенные Штаты или какое-либо иное капиталистическое государство. В противном случае, значилось в записке, все заложники будут расстреляны. Колпакбаев с Мельниковым приказали учащимся прикрыть окна класса партами, шкафами и учебными стендами, а самим сесть на пол на дистанции друг от друга. И стали ждать.

Переговоры с КГБ и отсутствие переговорной группы

 

Сразу же директор школы связался с КГБ и милицией. Глава удмуртского КГБ Соловьёв узнал о произошедшем, находясь в служебном автомобиле. Он оперативно прибыл на место ЧП и возглавил штаб по ведению операции. Переговоры с преступниками возложили на молодого капитана городского КГБ Владимира Орехова. Это был первый подобный теракт не только на его счету, но и в истории всего СССР. Силовики были растеряны и не имели четкого плана действий.

Профессиональные переговорщики отсутствовали как таковые, и сложно было понять, насколько серьезно настроены дезертиры. Как потом вспоминал Орехов, новость о захвате школы он узнал за обедом, восприняв ее за нелепость. Ну какие могут быть террористы и заложники в небольшом тихом Сарапуле. Но уже спустя пару минут мимо него промчались сотрудники милиции с автоматами и в касках. И Орехов бросился в школу. Перед его глазами в первые минуты предстала картина лишней суеты. Не зная, как быть, каждая профильная служба делала, что умела. Пожарные раскатывали рукава, медики разворачивали передвижную станцию переливания крови. И только милиция угадала с двойным оцеплением – подробности ЧП моментально разнеслись по городку, и к школе неслись ошеломленные родители, близкие и друзья захваченных детей, призывая горожан идти на штурм.

Школа, за исключением захваченного 10 «В», была эвакуирована. В здании находились только сотрудники-мужчины и силовики. При помощи школьного радиоузла Орехов начал с террористами переговоры, призывая их к благоразумию и демонстрируя готовность идти навстречу их требованиям. В этот же момент Андропов, на тот момент председатель КГБ СССР, направил в Удмуртию спецсамолетом группу «А» (предшественник спецназа «Альфа») для ликвидации террористов.

Психологическая обработка захватчиков и освобождение детей без капли крови

 

Нужно сказать, что захватчики вели себя с долей мягкости и уступчивости, даже отпуская детей небольшими группами в туалет. По большому счету, можно было спасти часть детей в момент их выхода в коридор. Но, опасаясь за безопасность остававшихся, сотрудники КГБ не шли на такие шаги. Видя это, молодые неопытные срочники прониклись доверием к представителю силовиков капитану Орехову и даже впустили его в класс. Вместе они начали обсуждать взаимовыгодный план действий. Затягивая время, Орехов объяснял преступникам, что для подготовки загранпаспортов нужно кое-какое время. И они соглашались с каждым его доводом.

Через какое-то время подоспевший к школе генерал Борис Соловьев, председатель КГБ УАССР, уговорил захватчиков отпустить женскую половину класса. В числе заложников оставались 8 пареньков. К утру привезли паспорта. В 5 утра Орехов вошел в класс и предложил детям проследовать за ним, каким-то магическим образом убедив замешкавшихся срочников выпустить ребят. Мол, документы для вылета готовы, на выходе ждет машина, а самолет прогревает двигатели.

Деморализованные террористы все поняли, как только Орехов с детьми скрылись за закрытыми дверями. Но было поздно. В классе они оставались одни, и в любую секунду с ними могли расправиться по заслугам. Командир группы захвата Зайцев отдал приказ взять дезертиров живыми. Когда бойцы ворвались в комнату, Мельников сам отшвырнул автомат, а попытавшийся стрелять Колпакбаев был молниеносно обезврежен. 16-часовой кошмар завершился в одно мгновение. Из 25 учеников захваченного класса никто не пострадал, и уже спустя два дня они продолжили школьные занятия. С родителей в КГБ взяли подписку о неразглашении, сняв запрет лишь по истечении 15 лет. Преступников же осудили в Свердловске: Колпакбаев получил 13 лет, Мельников – восемь.

источник

Если вам понравился пост, пожалуйста, поделитесь им со своими друзьями:







И не забудьте:
Подписаться на мой Instagram