Александр Свинин: «Поверьте, более открытого чиновника, чем я, наверное, нет»

Инициатором этого интервью был сам первый вице-премьер Правительства УР Александр Свинин. Посчитав, что ИА Udm-Info необъективно освещает деятельность экономического блока Правительства УР, он предложил ответить на поднимавшиеся в публикациях острые вопросы. Слово первому вице-премьеру Александру Свинину, комментарии редакции – позже. - В Удмуртии наблюдается отрицательная динамика промышленного роста. Почему это происходит? Что лично Вы, как первый вице-премьер, курирующий экономический блок, делаете для того, чтобы этот рост обеспечить? - Кто вам сказал, что в Удмуртии отрицательная динамика промышленного роста? - Существует прогноз Минэкономики УР… - Если вы посмотрите последнюю статистику Удмуртстата, то увидите, что у нас в республике положительная динамика индекса промышленного производства. Этот показатель нужно оценивать не по месяцам, а в целом по году, поскольку отгрузка у многих предприятий происходит в декабре. Например, цикл производства «Воткинского завода» 13 месяцев, у других предприятий – 16, 20 месяцев, но это не значит, что предприятия стоят. Показатель нужно смотреть в динамике, и когда вся пресса писала о том, что у нас падает индекс промышленного производства, нужно было посмотреть аналогичную статистику прошлых лет. Удмуртстат – единственный наш источник по индексу промышленного производства. Согласно последним данным, индекс промпроизводства составил в 2018 году 102,5%. В течение первого квартала Удмуртстат досчитает индекс по средним предприятиям, и тогда этот показатель будет еще выше. Следующий показатель, который нужно смотреть, – объем отгруженных товаров, то есть то, что предприятия смогли продать. Он весь год в Удмуртии рос, причем значительно. Суммарный рост в январе-декабре – 18,9%, предприятия продали продукции на 656 млрд рублей. Есть и косвенные показатели: в прошлом году средняя зарплата на предприятиях выросла почти на 7%, а зарплату повышают там, где есть некий потенциал развития. Что я, как первый вице-премьер, для этого сделал? Давайте эти вещи разделять… Правительство не стоит у станка, не управляет заводами, у нас не плановая экономика, когда мы можем загружать производство директивным способом. Правительство влияет на показатели косвенно, создает благоприятную среду для развития наших промышленных предприятий, привлекает для их развития ресурсы. Наша задача сделать так, чтобы предприятие, если оно хочет развиваться, могло эти ресурсы получить в виде субсидий федерального Правительства, льготных кредитов, займов, государственных гарантий, льготных лизинговых и факторинговых программ. В течение двух лет Правительство УР помогает предприятиям продавать продукцию, выстраивая цепочки продаж и кооперации. В 2018 году наши предприятия привлекли в 4 раза больше кредитов, чем в 2017-м, – это около 1,5 млрд рублей. На эти средства они провели модернизацию и, поскольку кредиты были под 1-5%, окупаемость модернизации пройдет быстрее. По поводу создания среды. Мы получили для Сарапула статус ТОСЭР, снижающий налоговую и фискальную нагрузку, и уже 7 предприятий там работает. В республике работает Торговый дом, который по запросу предприятий помогает им заниматься поиском новых рынков и новых клиентов. Один раз в месяц мы, как Правительство, привозим в регион делегации потенциальных покупателей продукции наших заводов. В прошлом году были делегации «Лукойла», «Сибура», ТМК, ОАК, ТВЭЛ. В этом году, уже в феврале, приедет делегация «Газпром-нефти» – искать потенциальных поставщиков. Мы в Правительстве отслеживаем каждый контракт после каждого такого визита. Помогаем нашим компаниям выстраивать отношения с госкорпорациями, в частности, с РЖД. На сегодняшний день три предприятия делают большие тестовые поставки для РЖД, – это большие объемы промышленных товаров. Эту работу мы ведем системно. Наша задача на экономических форумах – продавать: показывать продукцию и организовывать встречи наших предпринимателей и директоров с потенциальными покупателями. Моя цель на Сочинском инвестиционном форуме – получить предконтрактов на 5 млрд рублей для предприятий Удмуртии. Такую задачу поставил передо мной Глава республики. - Вы уже знаете, с чем поедете на форум? - Естественно, списки прорабатываются заранее. Никакого секрета не открою, это прежде всего гражданская продукция наших оборонных предприятий – Концерна «Калашников», ИЭМЗ «Купол», «Ижевского механического завода», это медицинские товары «Аксиона». Будем продвигать наш средний и малый бизнес. Есть предприятия, которые занимаются нефтесервисом – это «Техновек», есть IT-компании, например, ЦВТ, их продукт «Палантир», который мониторит загрузку роботизированных станков, отдельно везем на Сочинский инвестиционный форум. И не просто стоим там у стенда в ожидании потенциальных покупателей, мы заранее запрашиваем в оргкомитете форума список предприятий, которые туда приедут. Берем список наших предприятий, которые к нам обратились и хотят развиваться, больше продавать, смотрим номенклатуру их изделий. Стыкуем, согласовываем с представителями предприятий, пишем официальные письма, назначаем встречи. Предлагаем конкретные проекты и, если видим заинтересованность, сводим потенциальных покупателей и производителей. - Есть ли у Сочинского форума специфика? - Сочинский форум мы [рассматриваем] как место для продажи и продвижения наших товаров среди региональных администраций, государственных компаний и крупных частных компаний. С какими именно компаниями мы собираемся вести переговоры, раскрывать пока не буду, это коммерческая история. Мы эти встречи проведем, получим результат, и уже по результату расскажем. - Были ли компании, переговоры с которыми не увенчались успехом? - Да, например, у нас была делегация ТМК, но на данный момент они ни одного заказа в Удмуртии не разместили. Заставить их что-то купить в республике мы не можем, это вопрос коммерческих договоренностей. Но назвать этот кейс неуспешным нельзя, в любом случае делегация была на наших предприятиях, и если у компании появится потребность в определенной продукции, наверное, о наших предприятиях вспомнят быстрее - просто потому, что они на них были. - Визиты делегаций в республику расписаны заранее? - Да, конечно. В прошлом году мы планировали, что Удмуртию посетит 12 делегаций, посетило 10. В этом году запланировано 14 визитов компаний. - Вы являлись одним из организаторов сделки по продаже АО «Ижевские электрические сети». Почему произошло снижение стоимости актива: сначала появлялась информация о 5,4 млрд рублей… - Писали, что мы собираемся за 800 млн актив продавать! - …тем не менее, информация шла противоречивая. - Поверьте, более открытого чиновника, чем я, наверное, нет. Номер моего мобильного телефона и электронный адрес опубликованы на сайте Правительства и сайте Корпорации развития Удмуртии. Нет никаких проблем взять комментарий, получив информацию из первоисточника, а не питаться слухами и домыслами. Это первое. Второе. Мы все делаем открыто и публично, ничего под ковром не происходит. Третье. Глава Удмуртии прокомментировал сделку. Что касается меня… Я - не организатор сделки, это звучит как «организованная преступная группировка». Продавцом были сами «Ижевские электрические сети» - они продали имущество. А у «ИЭС» есть собственник – это МО «Город Ижевск». В лице главы города эта сделка и была реализована, мы, как Правительство, лишь помогали нашим коллегам из муниципального образования эту сделку структурировать, не более того. Еще раз повторюсь, команда Правительства муниципалитету в этой сделке помогала. На уровне Правительства мы в течение года заключали соглашения с Россетями – о долгосрочном сотрудничестве, это соглашение с «дочкой» Россетей, МРСК, по поводу 23,9 млрд инвестиций в течение 10-12 лет, эти средства придут от МРСК в экономику республики, в энергетический комплекс. Эти соглашения подписываются на уровне Главы, но дальше они, скажем так, работают на определенных территориях, и структура собственности построена так, что республика сетевым имуществом не владеет, им владеют муниципальные образования. Мы можем координировать и направлять работу муниципальных образований, поскольку работаем в единой Команде Удмуртии, и в сделке по «ИЭС» мы коллегам из муниципального образования помогали. - То есть участвовали в организации? - Помогали! Вопрос «участия в организации» - это вопрос юридический. И с точки зрения юридической техники, мы участвовать в этой сделке не могли. Есть продавец, и продает он, мы не ставим своих подписей под этой сделкой. По поводу оценки… Ни одного документа, подтверждающего, что кто-то хотел продать имущество «ИЭС» за 800 млн, нет. Покажите мне хоть один документ, в котором фигурирует цена в 5 млрд. Есть заключение оценочной компании, которая оценила имущество АО «ИЭС» в 5 млрд, но любая оценочная компания входит в саморегулируемую организацию, которая должна или утвердить отчет оценочной компании, либо его опровергнуть. Отчет, в котором фигурирует оценка в 5,4 млрд рублей, СРО опровергла. Если вы почитаете этот отчет и посмотрите, как он был составлен, узнаете, что столбы, на которых висят провода, были признаны коммерческой недвижимостью. И кадастровая стоимость каждого столба была посчитана, как стоимость квадратного метра в каком-нибудь бизнес-центре. Но вы же не будете размещать офисы на столбах! Эта оценка – несправедливая, проведенная с грубым нарушением российского законодательства, на что есть заключение СРО. Поэтому имущество АО «ИЭС» никогда не стоило 5 млрд рублей. Любая такая сделка проходит несколько этапов согласований. И поверьте, никто никогда не даст продать имущество более чем на 3 млрд рублей просто потому, что так кому-то захотелось. И об этом, к сожалению, мало пишут. Вопрос утверждения оценки находится в компетенции совета директоров «ИЭС», в совете директоров 7 человек, и именно на совет директоров выносится вопрос, утверждать оценку после заключения СРО, или не утверждать. И если 7 человек утвердили оценку, значит, они с ней согласились. Кроме того, сделка проходит согласование в ФАС. ФАС России утверждает параметры сделки, причем как со стороны продавца, так и со стороны покупателя. У нас есть заключение ФАС России о том, что сделка проведена в легальном поле, по справедливой оценке, и ФАС не возражает против ее проведения. Почему Россети являлись для нас преимущественным покупателем? Потому что это государственная компания, компания, у которой здесь уже есть большой актив – Удмуртэнерго, это компания, которая при проведении сделки согласовывает ее с министром энергетики РФ, который входит в совет директоров Россетей. И если Минэнерго РФ говорит, что сделка является справедливой и необходимой для энергетического комплекса Удмуртии… - … Вы не смеете в этом сомневаться? - Это профильное отраслевое министерство, у нас нет причин сомневаться. К тому же у нас есть оценка на 3 млрд рублей, которая утверждена СРО, – это официальный документ. Если у кого-то есть экономическое обоснование того, что имущество стоит дороже, давайте об этом поговорим. Пока ни один человек такого обоснования не дал. Имущество предприятия продано выше балансовой стоимости, с обременением – больше 500 человек должны быть трудоустроены. За 2,2 млрд без НДС было продано 78% имущества «ИЭС», а не все имущество, 22% будут проданы дополнительно. - В этом году? - Мы надеемся, что в этом, но это вопрос к муниципальному образованию, они продавцы. - Зачем продавать актив, который приносит прибыль? - Этот актив приносил в бюджет города Ижевска прибыль 5 млн рублей. - Прокомментируйте, пожалуйста, передачу полномочий единоличного исполнительного органа «Ижавиа» ООО «Поможем». - Вопрос не ко мне, я не курирую Минтранс, это вне сферы моих полномочий. Если такое решение было принято собственником, Минтрансом, значит, оно имело на это право. Оценивать его положительно или отрицательно я, как государственный служащий, не имею права. Если у меня будет поручение от Главы республики или председателя Правительства УР, я их буду выполнять, в том числе и касающиеся «Ижавиа». На данный момент у меня поручений по поводу «Ижавиа» нет. И если у «Ижавиа» будут какие-то вопросы к экономическому блоку Правительства, мы им с удовольствием поможем и подскажем, сейчас таких обращений нет. - Не прогнозируете ли Вы, что в скором времени «Ижавиа» обратится к вам за помощью? - Мы считаем, что компания управляется достаточно профессионально. У нее есть ряд экономических и финансовых проблем, но у нас в целом рынок авиаперевозок в стране убыточен. Если посмотрите на капитализацию Аэрофлота, она уже несколько лет снижается. Рынок стагнирующий: рост цен на топливо, повышение аэропортовых сборов, снижение покупательной способности граждан, – все это влияет на деятельность авиакомпаний. При этом наша авиакомпания добилась роста пассажиропотока в 2018 году, у нас сильно обновился аэропорт, начал летать Аэрофлот, – все это заслуга людей, которые управляют активом. - Должность первого вице-премьера не прописана в Конституции УР… - Где же вы все это берете, интересно? Я вам прямо сейчас зачитаю: статья 5 закона УР от 13.12.2016 №84-РЗ, который определяет структуру Правительства УР, в нем предусмотрено наличие заместителей председателя Правительства, в том числе первого заместителя. Есть Распоряжение Правительства УР от 16.08.2018 №209-РП, в котором распределены обязанности членов Правительства УР, в нем тоже моя должность предусмотрена. И, насколько я знаю историю государственного управления, я не первый первый заместитель председателя Правительства УР. Это достаточно серьезное обвинение, которое вы мне предъявляете, утверждая, что я не имею права эту должность занимать. И я имею право подать на вас в суд. Уважаю мнение журналистов, и если вы считаете, что я не имею права эту должность занимать, пожалуйста, есть Прокуратура, Следственный комитет, МВД, ФСБ, Счетная палата, которые могут проверить деятельность Правительства. И вы имеете право обращаться в эти органы, запрашивать необходимую информацию. Поверьте, если бы было правдой то, что я не имею права занимать эту должность, Государственный Совет УР не проголосовал бы за мое назначение.