Как живут в удалённых поселениях России

Каждый день проходить десятки километров до работы, ехать несколько часов до точки доступа в интернет или тратить баснословные деньги за локальные перелеты. Все возможно в стране с площадью 17,1 млн км², из которых более 50% не освоены человеком. Повседневная жизнь крупных городов России, особенно в западной ее части, мало чем отличается от жизни в Европе или США. Но стоит очутиться в сибирском селе или на Дальнем Востоке, и ты поражаешься тому, сколько препятствий иногда приходится преодолевать местным жителям в повседневной жизни. Долго копить на путешествия по России Аэропорт небольшого полярного поселка Черский на северо-востоке Якутии с населением не больше 2,5 тыс. человек представляет собой двухэтажную бетонную коробку с ярко-синей угловатой пристройкой по центру. Зал ожидания не вмещает даже 50 человек, местное кафе не всегда работает, а вай-фай в аэропорту появился только в 2020 году. Однако вай-фаем почти никто не пользуется, да и очередей в бетонной коробке почти нет, а все из-за цены - перелет в одну сторону до ближайшего города Якутска, располагающегося в том же регионе (расстояние 2,5 тыс км), составляет от 35 до 40 тыс. рублей (от $452 до $517). Из Москвы до Якутска (расстояние 8,2 тыс км) можно долететь в одну сторону за 10 тыс рублей ($129), до Владивостока (9 тыс км) за 13 тыс. Рублей ($168) по плоским тарифам (фиксированный тариф, который субсидируется государством и не меняется в течение года, – количество мест по ним ограничено). Поселок Черский «Последний раз я летала в отпуск год назад в Геленджик (курорт на Юге России) вместе с семьей. Билеты в одну сторону на одного человека стоили 100 тыс. рублей ($1,3 тыс.), а зарплата у меня в разы меньше», — рассказала сотрудник местной администрации Карина Хан-Чи-Ик. Карина хотела бы летать чаще, но согласно закону, работодатель оплачивает всем жителям поселка перелет только раз в два года, сама она на отпуск накопить не смогла бы. Зарплата другой местной жительницы, Виктории Слепцовой, не позволяет забронировать и отели на российском курорте, поэтому отпуск она проводит в Якутске. Рыбацкая Деревня, Рязанская область «Южные отели для меня слишком дорогие, особенно летом, да и самолеты неудобные, а за 4 часа полета из еды дают только воду и снеки», — жалуется Слепцова. Путешествия по России могут позволить себе и не все москвичи. Наталья Попова, автор блога о путешествиях, за 5 лет объездила 43 страны и побывала в 23 регионах России (всего их 85), однако некоторые места России ей по-прежнему остаются финансово недоступными. «Начала я путешествовать по России именно в период пандемии, так как выбора не было. Из Москвы можно летать недорого в близлежащие или самые популярные города, такие как Казань, Санкт-Петербург, Ростов-на-Дону, Екатеринбург или Самара. Но самые красивые места России, такие как Байкал, Камчатка, Сахалин, стоят дорого, и я пока себе их позволить не могу», — поясняет Попова. Северное сияние в поселке Диксон. Самый северный поселок России, расположенный в Таймырском Долгано-Ненецком районе Красноярского края (фото - Роберт Прасценис) С ней согласна и путешественница и блогер Мария Белоковыльская. Когда я с ней переписывалась, она находилась в Диксоне, одном из самых северных поселков России. «Это крохотный посёлок в арктической пустыне с населением 300 человек. Перелет в одну сторону туда мне стоил 70 тыс рублей ($905), за такие же деньги можно добраться до Ботсваны в Африке. Я не жалею о выборе, но для россиян билеты даже в самые отдаленные точки России должны стоить дешевле», — уверена Белоковыльская. Преодолевать большие расстояния до школы «Саня, держись!», - кричит женщина, снимая на камеру телефона мужчину, который на пробивает лед лопатой, чтобы проплыть еще немного вперед на лодке. Таким образом Леонид Хватов, житель деревни Пахталка в Вологодской области (527 км от Москвы) ежегодно провожает двух своих сыновей до ближайшей школы - сначала на лодке через реку, а затем 2 км пешком по полю. Мост местная администрация не строит из-за отсутствия финансов, в школьном автобусе семье также отказали - уже из-за отсутствия дороги. «Весной и осенью дети ходят по пояс в грязи, а зимой часто по пояс в снегу, потому что так называемая дорога идет прямо через поле. Два раза в день дети переправляются через реку. Зимой по ледовой переправе, осенью и весной я или моя жена перевозим их на лодке. В определенное время года из-за этого мы не можем получить медицинскую или иную помощь», - рассказал местному изданию NewsVo Леонид Хватов. Подобные ситуации для России скорее правило, чем исключение. Каждую осень и весну дети того или иного российского поселка не могут попасть в школы, об этом же ежегодно появляются новости в СМИ. Так, в период весенней пандемии коронавируса учительница начальных классов Светлана Дементьева из Курской области (524 км от Москвы) ходила по 7-8 км, чтобы отнести детям, живущим в домах без интернета и находящихся на самоизоляции, домашние задания. Деревня Пахталка в Вологодской области Со сложной дорогой до школы также сталкивались дети из деревни Красная Гора Тверской области (614 км от Москвы), рассказывал на одном из российском форуме мужчина с ником Ольгард (настоящее имя раскрывать не пожелал). «Я четыре года пешком в школу ходил, 8 км туда, 8 км обратно. Всё ничего, только зимой от волков ныкаться приходилось, а осенью и ранней весной по грязи продираться. Бывало ездил на велосипеде зимой, раз 15 по дороге можно было ё*****ся [упасть] - скользко было», — вспоминал мужчина. Деревня Красная Гора Тверской области По его словам, иногда школьников подвозили на колхозном уазике или автобусе, которые часто ломались по дороге. В старших классах отец стал давать трактор, чтобы сын смог добраться до школы, а чуть позже детей стали возить на автобусах. «Сейчас там зверья еще больше стало, поэтому совсем уж опасно детей отпускать. Но места очень красивые», — рассуждает мужчина. Жить без мобильной связи и интернета В 2020 году, чтобы чтобы отправить мем другу, найти нужную информацию или посмотреть фильм, достаточно несколько кликов. Но 43-летнему Александру Гурьеву, жителю поселка Большие Санники Хабаровского края (8,9 тыс км от Москвы) с населением не более 400 человек, приходится проделать долгий путь до этих кликов. Каждый раз, когда Гурьев собирался заняться интернет-серфингом, он одевался, садился в машину и проезжал около 700 км (это 8-12 часов пути) до ближайшего города Хабаровска, где работал мобильный интернет. Так было вплоть до осени 2020 года, пока проводной интернет не провели и в его селе. «Я не сильно болел интернетом, но я не мог, как обычный россиянин, через интернет записаться в поликлинику, это напрягало. Дома просто скучал, ловил рыбу, грибы собирал, а соседи спивались. Теперь хоть в ВК (популярная российская соцсеть - ред) могу посидеть», — рассказывает Гурьев. Поселок Большие Санники Хабаровского края В поселке Салба Красноярского края (4,2 тыс км от Москвы, население - не больше 200 человек) до марта 2020 года не было ни интернета, ни мобильной связи. Марина (имя изменено по просьбе героини), местная жительница, утверждает, что в селе прекрасно обходились и без него. «Вы хоть представляете жизнь в селе? У нас отдыха практически нет, мы только работаем. Интернет и связь нужны практически только для того, чтобы с родными общаться. Так что теперь у нас все хорошо», — утверждает Марина. В 2019 году без телефонной и интернет-связи обходились жители более 25 тыс. российских населенных пунктов с населением от 100 до 250 человек. Насколько сократилось число таких мест в 2020 году, пока неизвестно. Бывать за границей чаще, чем в Москве Сесть в машину, не забыть паспорт с Шенгенской визой и отправиться в Польшу или Германию на шоппинг или прогулку - так выглядели обычные выходные для Екатерины Синельщиковой, автора Russia Beyond, проживающей в Калининграде. «До санкций 2014 года (в 2014 году Россия ввела продуктовое эмбарго) мы регулярно ездили в Польшу - пересекали границу, доезжали до ближайшего супермаркета в паре километров от пограничной зоны и закупались продуктами. Выходило все это дешевле, даже с учетом бензина. После ездить не перестали, правда реже, а я лично прятала польский карбонат в дамскую сумочку», — вспоминает Синельщикова. Калининград По ее словам, в Европу было попасть быстрее и проще, чем в Москву - все ездили в Европу на новогодние праздники или каникулы, особенно популярны были краткосрочные туры на 2-3 дня по европейским замкам и аквапаркам. При этом, по ее словам, многие все равно грезили жизнью в столице и мечтали вырваться из маленького и провинциального города, пусть и близкого к Европе. «Но пожив в Москве, как раз начинаешь видеть в бывших “минусах” Калининграда плюсы. Много моих знакомых в итоге вернулись обратно. Начинаешь ценить местные леса, море - в Москве никогда не хватало этого простора», — рассуждает Екатерина. «К тому же тут всегда есть компания - ты просто приходишь в местный бар и там обязательно будет кто-то из знакомых, бывших одноклассников, друзей или коллег. Не нужно составлять планы за неделю, все устроено проще». 55-летний Дмитрий Чалов, житель Владивостока, бывший водолаз на судах-спасателях, также большую часть жизнь пробыл в разных городах Китая и Японии. Впервые в Китай он попал в 1995 году - тогда он работал обычным моряком, занимающийся буксировкой судов в Китай и Японию на продажу. «Мне было 30 лет, никогда не видел городов такого масштаба, а самой привлекательной для нас (моряков) была торговая улица, которая длиной была то ли 7, то ли 17 км. Все товары, кафе с лягушками и змеями на продажу, техника для нас оттуда была, как из космоса», — вспоминает Чалов. Владивосток Позже он ежегодно стал отдыхать в Китае, Японии, Таиланде и Вьетнаме, по его словам, проезд оплачивался государством, так как он работал в спасательной службе. «У нас тут море, природа, да заграница, которая уже ближе нашей столицы. А Москва, что Москва...каменный мешок, не больше», — утверждает Чалов. Виктория Рябикова