Где камнеукладчики? В «Северный поток — 2» хотят добавить водорода
В Германии готовят план по переходу страны с нефти, угля и газа на водород. В качестве потенциальных экспортеров может оказаться Россия, пишет польское деловое издание Biznesalert. При этом «Северный поток — 2» будет одним из самых привлекательных маршрутов поставок. Об этом официально заявляли и в «Газпроме».
В рамках борьбы с изменениями климата Берлин хочет перевести промышленность Германии на водород, который дает нулевые выбросы углекислого газа в атмосферу, а его теплота сгорания вдвое превышает показатели природного газа. Как сообщает Bloomberg, четыре министерства немецкого правительства готовят сейчас стратегию, которую представит в марте министр экономики ФРГ Петер Альтмайер. Агентство уточняет: пока известно о том, что Германия хочет получать водород из многих источников и в стратегии укажут потенциальных экспортеров. Одним из них уже определена Нигерия, которая будет производить топливо путем электролиза с использованием возобновляемой энергетики.
Однако сейчас это самая затратная технология и только 4% водорода в мире производится таким способом. Большая часть, 68%, — из природного газа. В прошлом году консалтинговая компания Pöyry провела исследования, установив, что водород из природного газа является ключом к глубокой декарбонизации, сообщает издание Euractiv. Речь идет о производстве «промышленного» тепла, топливе для грузового транспорта и морских перевозках, в которых переход на электроэнергию или затруднен, или невозможен.
«Становится все более очевидным, что водород будет частью решения о декарбонизации экономики, — говорит Тим Келер из немецкой Zukunft ERDGAS. — Нам нужна ясная цель по „зеленому“ газу, который включает в себя водород из природного газа, возобновляемый газ, полученный электролизом, и биогаз».
В середине прошлого года Петер Альтмайер заявил о цели Германии стать номером один в мире по использованию водорода. В Bloomberg добавили, что водород выделяет только водяной пар, а с помощью этого топлива можно обеспечивать температуру в 1000 градусов и более, что необходимо для промышленности: от производства цемента до изготовления стали и переработки нефти.
Ведущий эксперт Energy Brainpool Фабиан Хунеке сказал Bloomberg, что водород не является идеальным решением, но кажется лучшим из существующих при декарбонизации производства: «Вы не можете создавать энергосистему, в которой более 70% энергии поставляется из возобновляемых источников».
По данным немецкого правительства, сейчас Германия не импортирует водород, но к 2050 году его поставки из-за границы могут составить 45 млн тонн.
«В список потенциальных поставщиков могут включить Норвегию, Россию, Северную Африку и Ближний Восток», — отмечает польское Biznesalert. В издании отметили, что «Газпром» сможет поставлять топливо по «Северному потоку — 2», который пока находится в стадии строительства.
Перспективу широко применения водорода и использования транзита по балтийским газопроводам ранее подтверждали и в самом «Газпроме». «На первом этапе природный газ может заменить уголь в энергогенерации, а нефть — на транспорте. Далее есть новое элегантное решение. Мы говорим о водороде. Использование смеси метана и водорода в энергетике и на транспорте без существенных инфраструктурных изменений сократит выбросы в атмосферу на 25−30%, позволив Европе достичь ее климатических целей в 2030 году. А полномасштабный переход на водород с метана полностью ответит целям ЕС к 2050 году», — говорится в международном информационном бюллетене «Газпром экспорта» от 2018 года. В компании указали на то, что такая стратегия — не фантазия и все больше нефтегазовых компаний склоняются к такому варианту развития энергетики. И «Газпром» — не исключение. По информации компании, что у нее уже есть три объекта по производству водорода и идет активное сотрудничество с учеными из Нидерландов, Франции и Германии. При этом «Северный поток» в «Газпром экспорте» назвали едва ли не идеальным маршрутом поставок водорода в Европу.
«Даже консервативные оценки показывают, что существующая инфраструктура позволяет транспортировать смесь, в которой уровень водорода может составлять до 20%. Последние исследования „Газпрома“ и VNG продемонстрировали, что такие современные газопроводы как „Северный поток“ способны обеспечивать поставку топлива, в котором водород может занимать до 70%», — говорится в публикации российской компании.
Нынешний зампредправления «Газпрома» Елена Бурмистрова заявила в прошлом году, что российский холдинг осуществляет комплексный научно-технический проект по созданию технологий низкоуглеродного производства и использования для газовых турбин метано-водородного топлива в Самаре и Уфе, а в Томске ведутся испытания технологии производства водорода из природного газа с нулевыми выбросами.
В работе «Водородная экономика — путь к низкоуглеродному развитию» специалисты московской школы управления «Сколково» отмечали, что газотранспортная инфраструктура России с учетом новых проектов газопроводов и растущая отрасль СПГ создают долгосрочные предпосылки для развития производства «голубого» водорода (из газа или угля в комбинации с технологиями по улавливанию и хранению углекислого газа) с минимальными затратами на сырье и экспорта его трубопроводным транспортом и в сжиженном виде. «По оценкам „Газпрома“, транспорт водорода по экспортным газопроводам влечет за собой некоторые риски нарушения долгосрочных контрактных обязательств, связанных с качеством газа, а также необходимость дополнительных инвестиций в газотранспортной системе. Поэтому компания рассматривает альтернативу — производство водорода из природного газа уже после транспортировки последнего по магистральной трубе. При этом рынок сбыта произведенного таким образом водорода в Европе, по данным Bloomberg, „Газпром“ оценивал в 153 млрд евро к 2050 году», — говорится в работе «Сколково».
Там замечали, что в Европейском Союзе в развитии водородных технологий наибольшей активностью отличаются Германия и Великобритания. А в 2017 году была запущена общеевропейская инициатива Fuel Cells and Hydrogen Joint Undertaking (FCH JU), которая по состоянию на май 2018 года объединила уже 89 регионов и городов из 22 европейских стран».
В то же время сама Россия, отметили эксперты, пока остается в стороне от международных сообществ и партнерств, развивающих водородные технологии: «В первую очередь, это объясняется тем, что климатическая повестка и декарбонизация пока играют малозначительную роль в энергетической стратегии, что существенно сдерживает развитие не только водородных, но вообще любых низкоуглеродных технологий».