Мастер ледовой скульптуры Егор Степанов — о зарубежных победах, обрядах и воспитании юной смены
Сегодня у нас в гостях человек, своими руками творящий настоящее волшебство: преподаватель Детской художественной школы имени Леонида Александровича Кима г.Якутска Егор Степанов – многократный победитель чемпионатов мира по изготовлению ледовых скульптур, обладатель Кубка Канады, золотого Кубка чемпионов в Китае…
Смелость города берёт
– С чего всё началось? Да, наверное, с детства пошло. Родом я из вилюйского села Тылгыны, и физрук нашей школы Алексей Кириллович Васильев перед Новым годом делал из снега на школьном дворе фигуры животных – зайцев, волков, оленей, снежных баранов чубуку. Мы, толпясь вокруг, смотрели, как он работает, а когда Алексей Кириллович звал помочь, такая радость была! В старших классах уже и сами пытались что-то похожее делать.
А в 1995 году, когда я учился на 4-м курсе Якутского художественного училища, в городе был объявлен конкурс ледовых скульптур, и мы с друзьями решили поучаствовать, хотя у нас не было никакого опыта, а из инструментов – только стамески для работы по дереву. К участию допускались команды из двух человек, а нас было четверо, но организаторы в порядке исключения внесли нас в число участников.
Конкурс тот был посвящён 50-летию Победы, с соответствующей тематикой, к тому же проходил на площади Ленина, то есть дело ответственное, ударить в грязь лицом нельзя. Начали мы думать, что мы можем сделать, что у нас получится.
Один из нашей команды, таттинец Иннокентий Татаринов, вспомнил о своей землячке Февронье Малгиной, проводившей на войну пятерых сыновей. Нарисовали эскиз: на переднем плане – женская фигура, позади неё – утес с силуэтом солдата, а вокруг – пять улетающих журавлей.
Сделать такую композицию изо льда для начинающих не так-то просто, ещё и в отсутствие инструментов. Но повезло – один наш товарищ сумел одолжить у знакомых на время конкурса бензопилу «Дружба». И всё получилось. Хотя когда нас объявили победителями, больше всех удивились мы сами.
На новый уровень
– На следующий год в Сото, в усадьбе Атласовых, провели I Международный конкурс ледовых скульптур с участием мастеров из Японии, Германии, но я, сильно простыв, его пропустил.
Что за одежда была у студента 1990-х, сами понимаете, а в нашем деле главное – ноги-руки держать в тепле. На ноги ничего лучше валенок не придумано, а чтобы руки были сухими, надо иметь запас перчаток и менять их по мере намокания. Перчатки и рукавицы из современных синтетических материалов хороши тем, что быстро сохнут. А вот лицо лучше не закрывать: любая маска быстро намокает, на морозе это ни к чему. Про экипировку на этом, в общем-то, всё.
С 1997 года я участвовал во всех республиканских конкурсах ледовых скульптур. А с 2009-го стал участвовать и в зарубежных. Италия, Канада, Америка, Китай, Германия, Финляндия – много где побывал.
Дорогу мне, можно сказать, открыл народный художник Якутии Фёдор Иванович Марков, которого я знал со времён студенчества. Я учился на отделении декоративно-прикладного искусства на резчика по дереву, а он одно время преподавал у косторезов. Потом стали пересекаться на конкурсах и фестивалях ледовых скульптур. И вот перед той поездкой в Италию в поисках напарника он обратился ко мне. Я, конечно, согласился – попробовать новое всегда интересно, тем более – выйти на новый уровень.
Участвовали мы сразу в двух конкурсах двух разных городов – Сан-Мартино и Кортине-д’Ампеццо. В горах снега много, а Кортина-д’Ампеццо, например, находится на высоте почти 1200 метров над уровнем моря, это известный горнолыжный курорт. Там мы сделали Быка холода, в Сан-Мартино – абстрактную композицию «По волнам жизни». Идеи в обоих случаях – Фёдора Ивановича, эскизы тоже.
Подавая в оргкомитет заявку и эскиз, надо подробно расписать, что работа символизирует, означает, но главное – надо, чтобы зритель без объяснений всё понял. Поэтому если взялся делать Быка холода – передай мощь стихии, а в «Волнах жизни» сумей показать поток, движение. Победили мы в тот раз и в Кортине-д’Ампеццо, и в Сан-Мартино.
Очередь к прекрасному
– Такие конкурсы – всегда обмен опытом. Мастера не просто работы друг друга смотрят, а наблюдают, кто какими методами пользуется, какими инструментами.
А самое главное, конечно, общение. В Италию в качестве переводчицы с нами ездила дочь Фёдора Ивановича Саргылана, которая свободно говорила и по-английски, и по-итальянски. Позже я и сам разговорный язык освоил.
Со зрителями на таких конкурсах тоже общаешься.
Если у нас люди приходят посмотреть на готовые скульптуры, то за рубежом публику интересует всё, начиная с установки фундамента. Идут нескончаемым потоком, очереди – как в Мавзолей, хотя вход платный.
Любому мастеру приятен такой интерес, тем более что перед тем, как начать фотографировать, там обязательно спрашивают разрешения и не имеют привычки заходить за ограждение, что очень важно – работаем мы острыми и электрическими инструментами, поэтому технику безопасности нужно соблюдать всем.
Перед тем как приступить к работе, мы всегда проводили наш обряд: разводили костерок и кормили огонь, испрашивая благословения. За границей такого до нас не знали и поначалу делали замечания, но после объяснений всегда разрешали. Со временем дошло до того, что в Канаде и Германии даже не начинали церемонию открытия, пока мы огонь не покормим. Вот так все стояли вокруг и, лишь убедившись, что всё в порядке и благословение получено, начинали официальную часть.
Остановись, мгновенье!
– Сколько на одну скульптуру уходит времени? Везде по-разному: где-то организаторы два с половиной дня отводят, где-то – пять.
Ещё бывает условие: в ходе конкурса выставить от команды одного участника, который должен будет за час или два сделать скульптуру из стандартного блока льда высотой один метр, шириной 50 сантиметров и толщиной 20 сантиметров.
Такие «блиц-соревнования» обязательны, например, в Канаде. Что именно ты будешь делать, решаешь сам, но рассчитать, конечно, нужно всё заранее. С этим проблем нет: положение конкурса приходит за два-три месяца, а размеры блока искусственного льда везде одинаковы.
Да, во всех зарубежных конкурсах используется искусственный лёд, который прочнее и долговечнее настоящего.
В тёплых странах ледовые скульптуры стоят недели две. А в Германии я участвовал в проектах, где 20 скульпторов из разных стран за 20 дней делают в специальном ангаре, построенном по типу морозильной камеры, что-то общее на заданную тему – допустим, сказочную страну, на которую потом посетители целый год могут ходить смотреть.
У нас, как вы знаете, скульптуры стоят с ноября-декабря по март-апрель, а в Царстве вечной мерзлоты можно увидеть фигуры, сделанные в 2009 году.
Хотя, конечно, рано или поздно любая ледовая или снежная скульптура растает. В этом-то и прелесть: никто никогда этого не повторит – ни ты сам, ни кто-то другой. Но что я хочу сказать: в музей человек не каждый день ходит, однако запавшую ему в душу работу помнит. Фотографии пересматривает. То же и с нашими скульптурами.
Сказ о Якутии
– За годы участия в международных конкурсах мы обзавелись постоянными поклонниками, которые писали нам в отзывах: «Ничего прекраснее в своей жизни не видели». И здесь я хочу сказать, что там мы всегда обращались именно к якутской тематике, беря за основу своих работ сказки, мифы или просто бытовые сценки.
Кубок Канады мы завоевали «летней» композицией, где дети оседлали телёнка.
А в Золотом кубке чемпионов в Китае, где участвовали исключительно победители международных конкурсов, победу нам принесло «Похищение невесты». Эта композиция была самой большой по размеру: высота – 4,5 метра, длина – 7,5 метра, а толщина, как помню, не менее одного метра, и делали мы её пять дней.
Идеи этих композиций всегда обсуждаются с напарниками.
Первым моим напарником был мой однокурсник Иннокентий Татаринов, мы с ним работали 15 лет, пока он не вернулся домой, в Татту. Сейчас он занимается изготовлением якутских ножей, и бренд «Лэкиэс Уус» известен далеко за пределами республики. Кстати, инструменты, которыми я пользуюсь по сей день, – Кешиной работы.
Сейчас мой напарник – Алексей Васильевич Андреев, родом из Кобяя.
С недавних пор мы потихоньку участвуем в косторезных выставках. Я – с этого года. Осенью была всероссийская выставка в Салехарде, а в ноябре в Национальном художественном музее открылась выставка «Арктика», где можно увидеть несколько моих работ. Она открыта до 15 января в основном здании по улице Кирова.
О продолжателях традиций
– Вообще-то училище я закончил как резчик по дереву, это у нас родовое, семейное: мой отец в своё время делал всё – от мебели до сэргэ. Но когда я пришёл устраиваться в нашу школу, нужен был именно косторез. Пришлось переквалифицироваться, и вот уже 26-й год я здесь преподаю.
У нас, кроме живописных групп, есть декоративно-прикладные: один класс керамики и три косторезных. Кстати, большинство моих учеников – девочки. Один из выпусков вообще был сплошь девчачий. Только в последние годы мальчики мало-помалу начинают приходить.
До пандемии наша школа и Управление культуры города Якутска проводили в 202-м микрорайоне фестиваль ледовых и снежных скульптур среди детей. Он носит имя Михаила Павловича Максимова, который долгие годы возглавлял нашу школу.
Радует, что география его со временем расширилась: к городу и пригородам добавились не только близлежащие улусы вроде Горного и Хангаласского, но и Таттинский, Кобяйский.
В 2020 году две мои ученицы стали обладательницами Кубка имени Михаила Максимова.
Идеи участники нашего фестиваля реализуют свои, руководитель может их только подкорректировать, а так как это детский конкурс, мы ещё помогаем своим воспитанникам двигать и поднимать лёд, в каких-то случаях – пилить.
Готовятся, конечно, все по-разному: кто заранее, а кто только вчера услышал и сегодня уже пришёл. Мы, само собой, готовимся: фестиваль проводит наша школа, и положение обязывает – надо держать марку. Поэтому загодя тренируем своих участников, чтобы они прочувствовали материал, прониклись темой, делая уменьшенные варианты конкурсных работ, благо, рядом с нашей мастерской места для этого хватает.
Работаем мы здесь с настоящим льдом. К слову, я постоянно говорю о необходимости заготовки стандартных блоков – метр высотой, 50 см шириной, 20 см толщиной, но всякий раз нам привозят блоки два на два – метра, разумеется. Ну, что поделать, работаем с тем материалом, который дают, однако молодёжь надо обучать, всё-таки придерживаясь мировых стандартов.
А горожан и гостей Якутска я хочу пригласить в мартовские каникулы на наш фестиваль, по которому мы все очень соскучились. Место встречи прежнее – 202-й микрорайон.
Фото предоставлено героем материала.