«Ну, за свободных казахов!»: Кто и зачем поддерживает в России казахстанский бунт
Якут поджёг коврик, башкир написал воззвание, коммунист пригрозил Путину, олигарх посмеялся над русской покорностью. Что ж, какая герилья, такая и поддержка.
Почти неделя прошла с начала протестов, вспыхнувших в Казахстане, как сухая трава от окурка, но уличные бойцы до сих пор не обрели ярких лидеров. И это уже не удивляет – перед нами очередная анонимная анархическая революция, почерк XXI века. Нет чётких требований (снизить цены или сменить власть – это обычная риторика, лишённая конкретики), нет программы, нет ни малейшего понимания того, какой Казахстан хотят строить участники протестов. На самом деле всё это где-то существует (вот, например, банкир Аблязов пытается взять на себя ответственность), но до сведения участников протестов не доводится – иначе те немедленно повернутся против незримых организаторов, которыми руководят иностранные консультанты.
Что же получается – "чего ни хватишься, ничего нет", как сетовал ещё один иностранный консультант? Отчего же. Есть вооружённые бойцы, есть пушечное мясо из деревень, и есть… довольно занятная поддержка из России. Давайте посмотрим, кто и как у нас любит кровавый протест.
Пассионарий из Якутска
Некий житель Якутии ночью пришёл к республиканскому Дому правительства № 1 и попытался поджечь ковровую дорожку, заплетающимся языком выкрикивая лозунги в поддержку "братьев-казахов". Потом он отправился к Дому правительства № 2 и повторил сей странный обряд. Здания почему-то не загорелись, что сильно расстроило неравнодушного гражданина. Неравнодушие у 39-летнего поджигателя в крови (пополам с алкоголем) – ранее он был судим по статьям 158 (кража) и 228 (наркотики) УК России. Он задержан – и, кажется, добавит третью статью в свою коллекцию.
Клуб анонимных башкир
Любопытный призыв прошёл по башкирским группам социальных сетей – с требованием "не участвовать в попытке братского казахского народа отстоять своё право на жизнь в свободной стране без диктаторского режима". В самом деле:
Вспомните, как казахи укрывали башкирских повстанцев у себя дома и не выдавали их российским карателям!
И подпись: "Лидеры и аксакалы башкирского народа". Увы, особого отклика "лидеры" не нашли – башкиры, конечно, гордятся буйством своих предков, но на собственных улицах им такая радость точно не нужна.
Урок Зюганова для Путина
В отличие от трусливо анонимных "башкирских аксакалов", которые, скорее всего, даже не башкиры, аксакал коммунистический воспринял события в Казахстане как торжество справедливости и заявил об этом от собственного лица. 77-летний Геннадий Зюганов практически угрожает руководству России:
Очевидно, что недовольство граждан имеет более широкий характер: цены на всё растут, а зарплаты при этом низкие. Олигархический капитал, утвердившийся на постсоветском пространстве, не считается с интересами трудящихся. Всё это и привело к массовым протестам. Глядя на происходящее в Казахстане, есть над чем задуматься Путину и Мишустину.
Жаль, конечно, что КПРФ потеряла такого выдающегося оратора, как Валерий Рашкин, – после известных событий он перестал выступать с комментариями. Кстати, куда пропал Рашкин? Не уехал ли в Казахстан восстанавливать советскую власть?
Искромётный юмор Ходорковского
Недавний (а может быть, и действующий) партнёр коммунистов Михаил Ходорковский и вовсе уверен, что во всём виноват Путин:
Идея с вводом российских войск (под фиговым листочком ОДКБ) в Казахстан для подавления протестов – прямой путь к межнациональному конфликту. Путин последовательно окружает Россию врагами.
И тут же – характерная шутка, показывающая всю разницу в отношении Михаила Борисовича к русским и казахам. Отвечая на как бы риторический вопрос "Если завтра бензин будет по 100 рублей, то в российских городах выйдут на улицы люди?", Ходорковский пишет: "Выйдут. Чтобы затариться, пока по 120 не стало". Сразу видно, где свободная нация, а где народ-раб.
Лучше не надо, надо по-другому
Интересно, что ещё один ветеран оппозиции Григорий Явлинский выражается куда тоньше. Он, разумеется, сообщает о том, что "эпоха любого авторитарного правителя заканчивается – и отходящий в небытие убогий политический организм лопается", но тут же договаривает слова, которых не сказали ни в Якутии, ни в Башкирии, ни в Думе, ни в Швейцарии:
Это вовсе не означает, что порядки, которые установят после бунта, будут лучше.
Наконец-то разумное уточнение "с того берега". Хотя никакого осуждения бунта при этом нет, есть только понимание и сострадание.
Что с того?
Романтизация протеста – старая и неизбежная традиция в любой стране, и в России тем паче. Пугачёв (вариант для башкир – Салават Юлаев) и Разин стали практически народными героями, меньше повезло Болотникову, зато больше – Ленину. Интеллигенты подняли на щит Радищева и декабристов, люди попроще залипают на сериалы про бандитов, ещё при жизни ворвался в фольклор неистовый Махно, отмороженная часть либералов была без ума от Дудаева; даже в наше время СМИ сумели окружить какой-то романтикой нехитрые "подвиги" "приморских партизан". На зарубежных революционеров это правило распространяется выборочно: всё ещё овеян славой Че Гевара, но подзабыт Кастро, ушли в забвение Ортега (действующий президент, если кто помнит), Альенде, Хо Ши Мин, не говоря уж о буйной африканской братии, а главное – практически никому у нас не пришло и, думается, не придёт в голову романтизировать Гамсахурдиа, Турчинова, главарей "арабской весны" и подобных событий. Потому что чувствует народ подлог, отличает протест от протестосодержащего продукта.
Надо чётко понимать, что эта романтизация – лишь часть культурной традиции, причём часть периферийная. И относиться ко всему этому нужно именно как к части культуры, а не к инструкции для применения. Романтика сейчас иная – не с лидером впереди под запрещённым знаменем, а жёстко управляемая из тени людьми, которые точно знают, чего хотят, – но пушечному мясу кидают совсем другие лозунги.
В Казахстане выход кукловодов из тени ещё не состоялся, но он неизбежен. Тогда и посмотрим, что скажут наши радетели казахской свободы.