«Не посылайте меня за водкой и не устраивайте ёлок»
«Не посылайте меня за водкой и не устраивайте ёлок»: борьба с Рождеством в детской прессе СССР 1920‑х — начала 1930‑х годов
До революции главным событием зимы для многих детей было Рождество с его неотъемлемыми атрибутами — подарками, угощениями и нарядной ёлкой. В 1920‑е годы идея превратить церковный праздник в светское мероприятие не обсуждалась — запрещать всегда проще, чем переделывать. Антирелигиозная пропаганда активно призывала к бойкоту «поповского» торжества: не стесняясь в выражениях, детские газеты и журналы рассказывали читателям о коварных служителях культа, повальном рождественском пьянстве и бесконтрольной вырубке деревьев.
VATNIKSTAN предлагает вместе полистать старую прессу и узнать, как и почему хороводы вокруг ёлки на время превратились в антирелигиозные лекции, а праздничные столы — в школьные парты.
Винная бутылка в гробу
Детская пресса манипулировала сознанием юных читателей с помощью простых и понятных лозунгов вроде «Не дадим ребят сбивать с толку, долой рождественскую ёлку!» или «Дни Рождества — дни пьянки, дни прогулов!» и эмоциональных статей о том, почему вождение хороводов вокруг хвойного дерева играет на руку классовому врагу. Так, «Пионерская правда» называла Рождество «праздником всесветной плутократии-буржуазии», а рождественские песнопения — «лицемерным и ханжеским гимном» (№ 38, 1927). В другом номере газеты писали, что Рождество, наряду с прочими религиозными праздниками, служит «поводом к оживлению деятельности, к усилению мракобесной, контрреволюционной агитации» (№ 162, 1931).
Карикатуры и шутки, авторами которых порой были сами читатели, изображали «агитаторов» как недалёких, жадных, ленивых и зачастую чрезмерно пьющих людей. Например, в журнале «Ёж» появились рисунки ребят, на одном из которых была изображена лежащая в гробу бутылка, на другом — дерущиеся попы. Рядом поместили комментарий редакции:
«Васильев нарисовал, как попы подрались. Выпили, стали заработки считать и не поделили. Один бутылкой бьёт, другой кулаком. Праздник — это драки, пьянство, попу доход. Положим этому конец. Пусть лежит винная бутылка в гробу. Нет больше попу ходу. Мы боремся за новый быт, долой старое пьяное рождество. Мы не попадёмся больше на поповскую удочку!» (№ 23–24, 1931)
«Пионерская правда» № 151, 1929 год
Доставалось и тем, кто любил праздник за возможность вкусно поесть и как следует выпить. В преддверии 1929 года юмористическая детская газета «Баклажка» напечатала фельетон «25 декабря 1978 года», где описывался сон пионера Вани Сорокина. Мальчику снилось, что через 50 лет в СССР школьники будут гулять по светлым залам «Музея дикого и некультурного прошлого», разглядывая ёлочные игрушки, ватные фигурки Деда Мороза и другие экспонаты:
«— А вот жалкий остаток тёмного прошлого — бутылка водки. Её пили взрослые, религиозные дяди-пьяницы.
— А водку тоже вешали на ёлку и прыгали вокруг неё?
— Нет.
— Жалко…
— Вот ещё — жалкий остаток одного пионера, объевшегося рождественским гусём. Он заспиртован, чтобы совсем не разложился. Просьба руками не трогать…» (№ 17, 1928)
Интересно, что сказал бы Ваня, попав в квартиру среднестатистического советского человека накануне 1979 года? Допустим, Рождество уже не отмечали, но ёлка, водка и Дед Мороз никуда не делись. Только гусь пропал, но и того с успехом заменили сытные салаты.
Кстати, о рождественском гусе. В том же номере «Баклажка» поделилась с ребятами рецептом особого блюда, которым следовало угощать несознательных родителей:
«Перед едой, когда мать с отцом уйдут в церковь, надо разрезать гуся и вложить в него радиоприёмник (радиотрубу надо провести через горло гуся). Когда мать с отцом сядут за стол, шнур от радиоприёмника соединяется с антенной и гусь начинает читать антирелигиозную лекцию. Насчёт лекции не беспокойтесь — мы уже договорились с радиостанцией».
Эта шуточная инструкция очень показательна. Так как дети и подростки, благодаря своей податливой психике, быстрее усваивали новые установки, их призывали вести активную просветительскую работу в семье. «Пионерская правда» заявляла:
«Пионер должен помнить и проводить в жизнь три лозунга:
„Родители, идите в клуб на антирелигиозную лекцию“, „Не посылайте меня за водкой“ и „Не устраивайте ёлок“» (№ 113, 1928).
«Пионерская правда» № 153, 1929 год
Пионер из Ржева рассказывал читателям газеты, как именно следует перевоспитывать домочадцев:
«Скоро наступает Рождество. Пионерам и школьникам нужно к этому празднику как следует приготовиться, чтобы не хлопать ушами перед попом. Со своей стороны я готовлю отпор религии дома, среди своих родителей. <…> Я думаю, что лучше всего будет выпустить в доме антирелигиозную стенгазету. В газете нужно поместить статьи против таких праздников, как Рождество. <…> Кроме того, нужно заранее приготовить антирелигиозную литературу и вечером, когда все вернутся с работы, почитать и разобрать её» (№ 110, 1928).
Рождество на табачной фабрике
Несмотря на усилия пропаганды, далеко не все ребята горели желанием присоединиться к борьбе с отжившей традицией. Причиной тому далеко не всегда был религиозный пыл — многим просто хотелось праздника. Международный день женщины-работницы, День Парижской коммуны, годовщина Октября и прочие знаменательные даты не подразумевали ни подарков, ни угощений. Кое-где продолжали устраивать настоящие рождественские вечера. Юный корреспондент «Пионерской правды» жаловался, что баптисты заманивают к себе ребят ёлкой и подарками:
«В Лефортове баптисты ведут кампанию.
„Приходите, дети, на Рождество, ёлка будет, подарки всем“, — говорит собравшимся ребятам „баптистский“ политрук Алексей Петрович.
Ну, а раз идти на ёлку, значит, не идти на занятия в школу. <…> Сектанты… хотят вырвать из-под нашего влияния ребят. Надо усилить антирелигиозную работу» (№ 113, 1928).
«Пионерская правда» № 111, 1928 год
Одной антирелигиозной работы было недостаточно. Требовался некий праздничный суррогат, который мог заменить Рождество или, по крайней мере, заставить детей на время забыть о ёлке и подарках. Типичный пример такой «вечеринки» приводится в письме одного из читателей журнала «Пионер»:
«В начале вечера был сделан доклад на религиозную тему и потом доклад о жизни тов. Ленина со световыми картинами. <…> Потом были пьески и спортномера… В антрактах допризывники и пионеры пели революционные песни» (№ 1, 1925).
Иногда организаторы подобных мероприятий явно перегибали палку. Так, учащимся одной из московских школ пришлось сидеть на «рождественском» концерте до поздней ночи. В «Пионерской правде» писали:
«24 января после 4‑го урока будет устроен вечер. Выступит драматический кружок. Группой ребят будут читаться антирелигиозные рассказы. В вечере примет участие и школьный гармонист, участвовавший в конкурсе гармонистов. Вечер затянется до глубокой ночи. Это делается для того, чтобы учащиеся не посетили в этот день церкви» (№ 113, 1928).
Малышей развлекали примерно так же. В журнале «Чиж» читаем:
«На Рождество в очаг пришли все ребята и весь день провели в труде. Они разучивали антирелигиозные песни, занимались в рабочей комнате, писали заметки и клеили свою стенную газету. Поздно вечером довольные ребята вернулись домой…» (№ 12, 1931)
«Ленинские искры» № 17, 1924 год
В конце 1928 года «Пионерская правда» призвала школьников отказаться от выходных, которыми до сих пор являлись 25 и 26 декабря. Эти дни не пропадали, а прибавлялись к зимним каникулам и переносились на 31 декабря и 1 января. Инициативу поддержали некоторые читатели. Учащиеся одной из московских школ писали в газету:
«Будем работать в школе в то время, когда верующие и дурманящие их попы будут себе разбивать лбы о церковные полы» (№ 111, 1928).
В итоге через год школьникам пришлось трудиться не только за партой, но и в цехах.
В рассказе «Новый праздник», опубликованном в «Мурзилке» (№ 12, 1929), мальчик Геня говорит о отцу Дне индустриализации, который Генин детский сад «Ильичата» начнёт отмечать 25 декабря. Праздник продлится три дня: в первый день малыши вместе с пионерами будут собирать макулатуру и железный лом, во второй — покажут спектакль, а в третий — покатаются с горки и зажгут фейерверки. Спектакль представляет особый интерес: мальчики, одетые в костюмы рабочего, крестьянина и трактора, по очереди рассказывают, как советская власть заботится о людях. Действие происходит среди картонных и глиняных фигурок красноармейцев, пушек и коров. К сожалению, отец Гени не смог посмотреть выступление ребят, так как отдыхать в День индустриализации рабочим не полагалось.
День индустриализации действительно существовал. В 1929 году он отмечался дважды — 6 августа и 25 декабря. Если верить советской прессе, идея праздника принадлежала не властям, а простому рабочему — ленинградскому маляру П. Н. Слободчикову, который предложил все деньги, заработанные в этот день, перечислить в фонд первой пятилетки. За дело взялись не только взрослые работники, но и школьники. «Ленинские искры» писали:
«Рождество отменяем. 25 декабря работаем. Будем собирать железный и бумажный лом, будем работать в цехах… Весь заработок внесём для организации новых колхозов» (№ 100, 1929).
В газету посыпались бодрые отчёты об успешно проведённом трудовом празднике. Ленинградцы сообщали «Искрам»:
«В 11 час. утра 250 ребят из 33-го, 35-го детдома и 130‑й школы, вместе с красноармейцами подшефного полка пришли провести трудовой день. В парке бывшего Новодевичьего монастыря разгрузили из помещения, предоставленного под пионерский клуб, 200 кубометров дров. Во время работы играл оркестр подшефного полка» (№ 103, 1929).
Некоторым ребятам пришлось отработать полноценную рабочую смену наравне со взрослыми. Из того же номера:
«Вместе с рабочими мы, 30 пионеров базы „Пищевкус“, направились на 3‑ю табачную фабрику. Разделились по цехам и дружно принялись за работу. Одни ребята таскали ящики на складе, другие помогали работницам работать на набивных машинах.
В 12 часов — обеденный перерыв. Позавтракали. Снова за работу.
В четыре часа разошлись по домам.
Заработанные 32 рубля передаём на коллективизацию нашей подшефной деревни».
«Ленинские искры» № 100, 1929 год
Московским школьникам повезло больше — их оставили за партами. Но и они, казалось, были так увлечены учёбой, что не успевали думать о развлечениях. Из «Пионерской правды»:
«Рождество не победило и ребят. В 4‑й и 5‑й школах Хамовнического района обычное оживлённое настроение рабочего учебного дня.
Пришли заниматься все ребята. А в прошлом году в некоторых группах отсутствовало до десяти человек.
Ребята о Рождестве и не думают.
Спрашивают ребят:
— Какой сегодня праздник?
— Никакого праздника сегодня нет!» (№ 151, 1929)
На деле все было не так гладко. «Рождественские» прогулы оставались проблемой и в начале 1930‑х годов: школьники долго не могли привыкнуть к переносу зимних выходных. «Ленинские искры» призывали:
«25 декабря все в школу! Ударной учёбой, антирелигиозной пропагандой нанесём удар по религиозному празднику Рождеству!» (№ 99, 1932)
Под самый корешок
«Можно ли пионерам устраивать ёлку?» — спросили как-то «Ленинские искры» у ребят (№ 52, 1925). Читатели откликнулись:
«Мы, группа пионеров, против того, чтобы делать ёлку, потому что от этого гибнет множество молодых деревьев. Вместо ёлки надо провести антирелигиозную пропаганду в школе, дома и среди беспартийной массы».
«Пионерская правда» № 111, 1928 год
Вопрос, заданный «Искрами», волновал многих: отказаться от похода в церковь и посидеть пару часов на антирелигиозной лекции школьникам было куда проще, чем забыть о главном символе праздника. Поэтому в борьбе с ёлкой идеология уступила место экологии: чувство жалости оказалось эффективнее пролетарского гнева. Аня и Коля Чекадины писали в «Мурзилку»:
«Предлагаем товарищам не устраивать ёлку — пожалеть деревья. Деньги на елочные игрушки не тратить, а пожертвовать их беспризорным». (№ 12, 1927)
Беречь природу призывало и напечатанное в «Чиже» стихотворение Александра Введенского:
Не позволим мы рубить
Молодую ёлку,
Не дадим леса губить,
Вырубать без толку.
Только тот, кто друг попов,
Ёлку праздновать готов.
Мы с тобой — враги попам,
Рождества не надо нам!
(№ 12, 1931)
А вот отрывок из стихотворения «Против ёлки» поэта Евгения Крекшина. Это не очень удачное подражание Маяковскому напечатали в «Пионерской правде». Впору вспомнить сказку Ганса Христиана Андерсена о бесславно погибшей рождественской ели:
Ёлка растёт среди леса густого.
Чистый воздух!
Лёгким простор!
А тут, здравствуйте вам,
Рождество Христово,
И деревья по корень
Рубит топор.
(№ 113, 1928)
Если оставить за скобками антирелигиозные сентенции, призыв пожалеть деревья выглядит очень разумно. В некоторых советских городах даже появился запрет на вырубку и продажу хвойных. В лучшем случае нарушителей наказывали большим штрафом, в худшем — принудительными работами. Но подпольная торговля деревьями все равно велась. Ёлочные игрушки тоже оставались на прилавках магазинов. «Ленинские искры» с неудовольствием сообщали читателям:
«Приближается праздник рождества Христова. На окнах магазинов уже появляются ёлки, украшенные бусами, пряниками, сусальными лошадками и куколками» (№ 17, 1924).
Продавать праздничную продукцию продолжали даже на пике антирождественской кампании. В конце десятилетия «Пионерская правда» требовала переоборудовать витрины и заменить «рождественские игрушки, ёлки и прочую ерунду» на выставку антирелигиозной литературы (№ 150, 1929). В это же время продавец одного из ленинградских магазинов убеждал бдительных читателей «Ленинских искр», что ёлочные игрушки, которыми он торгует — это остатки старого товара, который жалко выкинуть:
«В „Пассаже“, в детском магазине, продаются ёлочные украшения, они вывешены на самом видном месте. Мы вошли в магазин и спросили заведующего, почему они их продают?
Он, как ни в чём не бывало, ответил следующее:
— Товарищи… эти украшения остались у нас с прошлого года. Выкинуть их?! Они стоят больших денег…» (№ 100, 1929)
Возвращение блудной ёлки
В первой половине 1930‑х призывы бойкотировать Рождество почти исчезли из детской прессы. Все аргументы против уже были высказаны, все аргументы за — разбиты в пух и прах. Теперь основное внимание уделялось зимнему досугу: ребят призывали вставать на коньки и лыжи, кататься на санках, устраивать спортивные игры на воздухе и в помещении. О празднике предпочитали деликатно молчать.
30 декабря 1934 года «Пионерская правда» вышла под лозунгом «Здравствуй, новый год — год новых великих побед!». К удивлению читателей, почти весь номер газеты был посвящён пока ещё не признанному официально празднику смены дат. На первой полосе поместили портрет Сталина на фоне великих советских строек (в том числе печально известного Дворца Советов) и статью с многообещающим заголовком «Вперёд!». Автор с воодушевлением рассказывал о достижениях страны за прошедший год, а в заключении писал:
«1934 год! Ты не один в нашем радостном детстве. У нас, юных Страны Советов, не было горьких лет. И их не будет на земле, где победоносно реет знамя ЛЕНИНА-СТАЛИНА!
Прощай, 1934 год! Здравствуй, 1935‑й! Здравствуй, новый год радости!
Мы тебе даём пионерское слово: хорошо учиться — перейти в следующие классы, работать, закалять своё здоровье: ни на минуту не забывать о своём долге юных Страны Советов — быть готовыми к её обороне».
«Пионерская правда» № 171, 1934 год
На других страницах номера поместили поэтические шаржи «Привет 1935-му», бодрое стихотворение «1 января», планы и обещания ребят на следующий год, а главное — поздравление от самого вождя:
«Желаю вам здоровья и успехов в учении и общественной работе. Надеюсь, что успешно закончите учёбу и станете энергичными работниками, какие необходимы для нашей страны».
«Новый год радости» принёс советским детям новый праздник. 28 декабря 1935 года в газете «Правда» опубликовали письмо первого секретаря Киевского обкома ВКП(б) Павла Петровича Постышева, который призывал возродить традицию празднования Нового года. Постышев писал:
«Левые загибщики ославили это детское развлечение как буржуазную затею. Следует этому неправильному осуждению ёлки, которая является прекрасным развлечением для детей, положить конец».
Через два дня в очередном номере «Пионерской правды» (№ 172, 1935) опубликовали Постановление ЦК ВЛКСМ «О проведении вечеров учащихся, посвящённых встрече нового, 1936 года»:
«Рекомендовать комсомольским и пионерским организациям провести 31 декабря… в школах вечера учащихся 7‑х, 8‑х, 9‑х и 10‑х классов, посвящённые встрече нового, 1936 года. <…>
1 января для учащихся младших классов устроить силами комсомола и пионеров ёлки в школах, детских клубах и детских домах. К организации ёлок необходимо привлечь родителей, шефов школ и организовать различные подарки детям».
«Пионерская правда» № 172, 1935 год
Основную часть развлекательной программы составляла самодеятельность учащихся: пение, декламация, спектакли, физкультурные выступления и игры. Мероприятие должно было носить сугубо развлекательный характер, поскольку постановление требовало отказаться от любых лекций и докладов, в том числе и на антирелигиозную тему. В том же номере газеты ребята рассказывали, как они планируют провести новый праздник. Октябрята одной из московских школ писали:
«Будет много игрушек, подарков и сладостей»
Другой житель столицы, некий М. Ш., сообщал:
«Каждый из ребят придёт на ёлку одетым тем, кем он хочет стать в будущем: лётчиком, парашютистом, балериной, шахтером…»
Киевляне докладывали:
«Во дворце пионеров 31 декабря соберутся 700 ребят. В зале будет большая ёлка, украшенная фруктами, конфетами, разноцветными лампочками».
Днепропетровцы хвастались, что их будет развлекать ансамбль скрипачей, а жители Мытищ говорили о фейерверках, которыми ознаменуется начало праздничного вечера.
Христианскую традицию адаптировали к советским реалиям. Вифлеемская звезда превратилась в красную пятиконечную, вместо картонных ангелов еловые ветки украшали шары с изображением советской символики, фигурки красноармейцев, игрушечные самолёты и яркие клоуны из ваты. Последние появились ввиду популярности советского фильма «Цирк», который вышел весной 1936 года.
Не забудем и про главный новогодний гимн «В лесу родилась ёлочка», который изначально являлся рождественским: песню, написанную княгиней Раисой Кудашевой в 1900‑х годах, выучили все советские мальчики и девочки. Будущие участники социалистического строительства дружно заливались слезами на строчке о том, как ёлочку рубили «под самый корешок». Действительно, с возвращением зимнего праздника призывы беречь природу затихли, и колючие деревья снова начали активно вырубать на радость детям.
Таким образом, советская власть придумала удачную замену Рождеству: Новый год тоже ассоциировался с нарядным деревом, подарками и весельем, но не имел никакого отношения к религии. Традиция прижилась, и уже несколько десятилетий подряд этот праздник для многих остаётся главным событием последнего месяца зимы.
К счастью, сейчас у каждого есть выбор: можно хлопать шампанским под звон курантов или пойти на Всенощное бдение неделей позже, украшать еловые ветки минималистичными шарами или фигурками ангелов, угощаться салатом из колбасы и горошка или высматривать суженого, сидя у зеркала со свечой. А можно делать всё сразу. Только ёлку всё-таки лучше взять искусственную: устанавливается легко, служит долго и иголки не разбрасывает. Пусть настоящие хвойные остаются в лесу.