Судьба старообрядцев-некрасовцев: непрерывное бегство
Полвека назад, в конце сентября 1962 года, жители Юга России испытали своего рода возвращение в прошлое. Через Кубань на Ставрополье приехали некрасовцы – потомки бежавших в 1708 году с Дона казаков, сохранивших за века жизни в Турции русский язык, веру и традиции. Одиссея некрасовцев – это предельное выражение «бунташного» XVII века, когда, сохраняя веру от «никониан» и «антихристовой власти», уходили в леса, в костры, за границу.
Донские старообрядцы
Одним из прибежищ для старообрядцев оказался Дон. В 1674 году один из виднейших деятелей «раскольников», позже канонизированный ими, иеромонах Иов Льговский основал на реке Чир, в 50 верстах от ее впадения в Дон, «пустынь» (монастырь). Около 1678 года на другом притоке Дона, реке Цимле, возникает пустынь иеромонаха Пафнутия, в 1683 году на реке Донец – бывшего иеромонаха Никольского монастыря в Рыльске Феодосия и т.д.
Летом 1686 года благодаря поддержке беглых на выборах атамана Войска Донского победил покровительствовавший старой вере Самойло Лаврентьев, а весной следующего года настоятелем собора в войсковой столице Черкасске стал старообрядческий священник Самойла Манычский, службы были переведены на старый обряд, поминания Патриарха и царей отменены.
Впрочем, торжество старой веры на Дону было недолгим. Уже в конце августа 1687 года в результате реванша промосковских «домовитых» казаков, недовольных действиями беглой «голытьбы», Самойло Лаврентьев был свергнут с поста атамана, а затем вместе с Самойлой Манычским выдан в Москву, где 10 мая 1688 года их казнили.
Поселение донских казаков в 1680–1690 годах на Кубани сыграло важную роль в будущем, подготовив почву для бегства сюда в 1708 году атамана Игната Некрасова и его казаков. Беглые казаки и спустя много лет поддерживали связь с Доном. В 1703 году в Москве требовали принять от атамана в Черкасске меры, чтобы найти «воров», подговаривавших казаков уйти с Медведицы на Кубань.
Исход
Во время Северной войны крестьянам на Руси жилось нелегко, и многие из них приняли решение бежать на Дон, в казачьи земли. В 1707 году Петр I издал указ о розыске беглых крестьян, а главным ответственным стал сам князь Юрий Долгорукий.
Когда Юрий Долгорукий прибыл к казакам, те решили, что ловля крепостных за Доном – это нарушение сложившейся традиции и подняли мятеж. Около двух тысяч крестьян Долгорукий смог вернуть, однако прочие примкнули к казачьему мятежному войску под предводительством Кондратия Булавина.
Жестокость войны со столицей отразил в своих записях сам бахмутский атаман: «А нашу братью казаков многих пытали и кнутом, били и носы и губы резали напрасно, и жён и девиц брали на постели насильно и чинили над ними всякое ругательство, а детей наших младенцев по деревьям вешали за ноги».
Булавину вместе с небольшим войском удалось напасть на отряд князя Долгорукова из засады, в результате чего Юрий Долгорукий и весь его отряд погибли, а Петром I была выслана новая 32-тысячная армия под предводительством брата Юрия – Василия Долгорукого.
Булавин, назначенный атаманом Войска Донского, решил идти на Москву, но имел в своем распоряжении куда меньшие силы, и им было принято решение разделить армию на три части. Одна из них отправилась осаждать Саратов, и после неудачи осела в Царицыне. Другая группа встретилась с войском Долгорукого и потерпела поражение. Третий отряд возглавил сам Булавин, и с ним он пытался взять Азов. После неудачи казаками против него был составлен заговор, атаман был убит (по другой версии совершил самоубийство), а Войско Донское присягнуло русскому царю.
Игнат Некрасов
Тем временем войска Игната Некрасова, расположенные в Царицыне, были настроены продолжать борьбу. Некрасов решил возвращаться на Дон с пушками и армией, другая часть казаков осталась в Царицыне. Уже вскоре была разбита оставшаяся в Царицыне группировка. Когда Некрасов встретился с царскими войсками из Черкасска, он тоже был разбит.
Атаман Игнат Некрасов, ставший руководителем повстанцев в конце августа 1708 года перешел с остатками своей армии реку Чир и ушел на «ногайскую сторону».
После заключения в 1711 году Прутского мира между Россией и Крымским ханством и Турцией правовой статус беглецов был урегулирован, и некрасовцы переселились из земель черкесов и ногайцев на территорию Крымского ханства в устье Кубани, где основали несколько городков, фигурирующих в источниках под славянскими названиями – Некрасовский, Блудиловский, Чирянский – и под татарскими – Хан-Тюбе, Кара-Игнат, Себеней.
Анна Иоанновна в 1735-1739 годах неоднократно предлагала казакам вернуться домой, однако результата не последовало. Тогда императрица отправила на Кубань донского атамана с целью вернуть назад непокорных некрасовцев. В страхе перед обширной военной кампанией, которую развернули русские войска, некрасовцы переселились на Дунай, из крымских в турецкие владения.
«Заветы Игната»
В 1740 году началось переселение на Дунай. Султаны Османской империи дали казакам-некрасовцам все те же полномочия, которые те имели под патронажем крымских ханов. В Османской империи казаки поселилились в области Добруджа, находящейся на территориях современной Румынии и Болгарии, и их соседями стали липоване, беспоповские старообрядцы из России, переселившиеся туда во время церковных реформ патриарха Никона.
Казаки соблюдали «заветы Игната» - 170 строгих законов, записанных в «Игнатовой книге». Среди них были такие суровые заповеди. Например, «за брак с иноверцами – смерть» или «за убийство члена общины закапывать в землю».
Некрасовцы вскоре вынуждены были делить свои земли с запорожцами, которые переселились на те же земли после побелы над Запорожской Сечью в 1775 году. Несмотря на отвагу и храбрость, споры с запорожцами не давали покоя некрасовцам, и они начали уходить из Бессарабии и переселяться дальше на юг. Оставшиеся некрасовцы смешались с липованами и другими старообрядцами и утратили древние обычаи и предания.
Далее некрасовцы смогли расселиться на побережье Эгейского моря в восточной Фракии и в азиатской Турции – на озере Майнос. После того, как во Фракии среди некрасовцев прошла эпидемия, оставшиеся в живых ушли на Майнос, однако объединившаяся община не смогла долго сдерживать социальные и религиозные противоречия. В 1860-х часть майносцев ушли из общины и основали свое собственное поселение на озерном острове Мада на юго-западе Турции. Из-за эпидемий и зараженной воды в озере население отколовшейся группы некрасовцев стремительно уменьшалось.
Возвращение на родину
Уже в 1860-х турецкие власти были недовольны некрасовцами, наращивали подати, вводили воинскую повинность и отнимали земли близ озера Майнос. Это было сопряжено с тем, что некрасовцы отказались выступать против России, к чему их пытались обязать турки.
К 1911 году в обоих поселениях проживали менее чем тысяча игнат-казаков, и большинство из них хотели обратно в Россию.
В 1911 году некоторое небольшое количество некрасовцев выехало в Россию для того, чтобы не служить в турецкой армии, несмотря на завет Игната «при царе в Расею не возвращаться».
После этого власти Турции и России разрешили реэмиграцию, но некрасовцам запрещали селиться на Дону или Кубани, их направляли в Грузию. После объявления независимости Грузии казакам уже вскоре придется переселяться снова, на Кубань. Еще около двухсот семей оставались к тому времени в Турции.
Массового переселения казаков-игнатовцев после 1914 года не было. Несмотря на разрешение, множество семей из деревни Майнос решили остаться на своих местах.
Последним ударом стал Константинопольский погром 6–7 сентября 1955 года, когда были разрушены сотни домов и осквернены десятки церквей. В 1956 году майносцы вступили в переговоры о возвращении в СССР.
Вторая волна реэмиграции началась спустя 50 лет, в 1962 году: тогда в Россию вернулись почти полторы тысячи некрасовцев из Турции.
Эмигранты плыли из Турции в СССР на теплоходе «Грузия», и этот памятный момент до сих пор празднуется современными некрасовцами. На данный момент их потомки живут в Ставропольском крае. Впрочем, несколько десятков семей тогда отказались въезжать в СССР и их приняли в США. Лишь одна семья казаков-игнатовцев при этом осталась в Турции.
Когда некрасовцы возвратились в Россию, они сохранили свои обычаи – носили нательные кресты, бороды, креcтили детей и отпевали покойников, однако при этом их дети ходили в советские школы, а сами они работали в совхозах. До сих пор сохранились песни некрасовцев, припевы в которых чередуют русский и турецкий языки и сохраняют восточный колорит:
Турецкие напевы и русские песни и частушки смешались воедино, создав богатую и оригинальную фольклорную традицию. В современном быту игнатовские казаки также переняли часть турецких традиций: они любят сидеть на ковриках, поджав ноги и пить кофе, варить кукурузу и чорбу.