Почему солдаты вермахта презирали русских полицаев

В ходе Великой отечественной войны перед немцами очень быстро встала необходимость привлечения местного населения для поддержания оккупационного режима. Так называемые полицаи, рекрутированные из местных жителей, не только помогали оккупантам бороться с партизанами и подпольем, но и выполняли множество других заданий немцев: участвовали в «окончательном решении еврейского вопроса», поддерживали порядок и боролись с криминальной преступностью, помогали при решении вопросов тылового обеспечения. Решение о создании полицейских частей из коллаборационистов принял рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер уже 25 июля 1941 года. Создавались полицейские формирования не только в оккупированных городах и селах, но и в лагерях военнопленных. Многие пленные соглашались стать полицаями (особенно в начале войны), так как это был один из немногих путей к спасению жизни. Другие шли на сотрудничество, уверенные в скорой победе немцев, а значит, в необходимости приспосабливаться к новой власти.

Несмотря на то, что полицаи были нужны и даже необходимы немцам, относились они к коллаборационистам в лучшем случае снисходительно, а обыкновенно — с презрением. Во-первых, предатели обычно не ценятся даже теми, на чью сторону они перешли. Во-вторых, социальный состав полицейских формирований был таков, что он и не мог вызывать ничего, кроме брезгливости. Историки Д. Жуков и И. Ковтун в книге «Полицаи: история, судьбы и преступления» приводят свидетельства современников о том, что полицаями часто становились «отщепенцы […] из числа забулдыг, преступников» и всяких «проходимцев», «которым все равно кому служить, лишь бы иметь возможность грабить и пьянствовать». Разного рода уголовники и подонки, хоть и хорошо порой выполнявшие свою предательскую функцию, терроризируя соотечественников, не очень-то пришлись по нраву немецким солдатам и офицерам. К ним относились с недоверием и подозрением. Постепенно немцы старались все больше вербовать мужчин, как призывал немецкий комендант г. Кудеверь в 1943 году, с «твердым характером, и на которых можно иметь надежду и доверять», желательно не бывших комсомольцев, коммунистов или уголовников.

Однако людей с сомнительным моральным обликом среди полицаев все равно было полно и, помимо пользы, они приносили немцам много вреда и крайне раздражали представителей «расы господ», так как своим отношением к населению полицаи еще больше озлобляли народ против немцев. В ответ немцы в ряде случаев жестоко и без колебаний наказывали полицаев. Парадокс: немецкие солдаты оказывались во время таких событий чуть ли не заступниками простых русских. Русский эмигрант И. Белоусов, с немцами пришедший в Россию, вспоминал в 1981 году такой эпизод: «Однажды группа молодых полицаев, под предлогом поиска партизан, поехала по селам района, расположенным в лесу. Между делом решили навестить село соседнего, Теткинского района. Чувствуя неограниченную власть, устроили грабеж и с "трофеями", пьяные, уже собрались было уезжать. Случайно или не случайно, но появилось гестапо. Отобрало награбленное, а всех юнцов расстреляло. Окровавленные замороженные трупы на дровнях были доставлены в Путивль для передачи их родителям».

Немцы недолюбливали полицаев за их склонность к пьянству и отсутствие дисциплины. Еще один характерный случай вспоминал Н. Н. Чалых, житель Рыльска (Курская область): «Был такой случай, когда у полицейского Горбунова, жившего по ул. Набережной, родился сын. Он от радости, в пьяном виде, открыл такую стрельбу, что взбудоражил немцев, которые, прибыв на место, арестовали полицая, избили и посадили в тюрьму, но через три дня его выпустили. За него, на коленях, умолял его сын, Сашка, тоже полицай». Оккупанты не жалели полицаев и тогда, когда им казалось, что те проявляют трусость. В январе 1942 года трех полицаев расстреляли в городе Великие Луки за то, что они, по мнению немцев, не слишком активно участвовали в бою против партизан. Отношения полицаев и их хозяев были таковы, что лишь немногие из полицейских отступали из СССР с немецкой армией. Кстати, не только полицаи, но и другие коллаборационисты после войны жестко критиковали немцев за их отношение к тем, кто согласился сотрудничать с Германией. Немецкое недоверие и презрение к русским, по мнению многих власовцев, привело к поражению вермахта, неспособного победить Красную армию без привлечения на свою сторону широких народных масс. Но проверить их тезисы так и не удалось — до самого конца войны немцы пренебрегали русскими, предавшими свой народ.