Почему Гитлер не пошел на Москву в 1942 году

Одним из общих мест в анализе событий Второй мировой войны является поиск «упущенных возможностей Гитлера» (так, кстати, английский историк Кеннет Макси назвал свою книгу по альтернативной истории). История Второй мировой войны таит в себе массу плохо объясненных пока стратегических решений обеих сторон, повлиявших на ход и исход войны. Одним из них является отказ Гитлера весной 1942 года от повторения наступления на Москву и поворот на Волгу и Кавказ, приведший вермахт в конце того же года к сокрушительному поражению.

Обстановка весной 1942 года

В ходе зимнего наступления 1941/42 года советские войска понесли огромные потери, не добившись сколько-нибудь заметных результатов. Немцы сумели удержать ключевые позиции на центральном направлении (Ржевско-Вяземский плацдарм), а также под Ленинградом и на Украине. Весной 1942 года стратегическая инициатива на Восточном фронте снова начала переходить в руки вермахта. Не сумев добиться взятия Москвы и разгрома Советского Союза в 1941 году, руководство Третьего рейха наверняка рассчитывало добиться конечных целей войны в 1942-м. Состояние германских вооруженных сил и экономики позволяло надеяться на это. Как показали дальнейшие события, СССР был еще раз поставлен на грань поражения.

Но Гитлеру и его генералам нужно было выбрать оптимальное направление для нанесения главного удара. Как мы знаем, они выбрали удар на южном направлении, который привел их к краху. Могли ли они его избежать, почему они остановились на таком решении и была ли у них альтернатива?

Ожидания советского командования

26 марта 1942 года на стол заместителя начальника Генштаба СССР, генерала армии Василевского, лег доклад ГРУ об ожидаемых планах действий германских войск в летнюю кампанию 1942 года. В докладе утверждалось, что немцы попытаются снова захватить инициативу и добиться победы в войне. Далее, на основании анализа стратегической обстановки делалось предположение, что главной целью вермахта, как и в прошлом году, снова будет захват Москвы. Только в битве за Москву, подчеркивалось в докладе ГРУ, вермахт имеет возможность навязать сражение основным силам советских войск.

В докладе предполагалось, что гитлеровское командование будет пытаться взять Москву не с западного направления, где вермахт потерпел неудачу в прошлом году, а в обход, с юга и востока. Большая часть немецких бронетанковых соединений, отмечало ГРУ, будет сосредоточена на участке Брянск — Курск для нанесения удара в направлении Ряжска с последующим поворотом к северу на Владимир. Аналитики Генштаба подчеркивали, что местность в этом регионе, к югу от реки Оки, особенно благоприятна для действий крупных масс бронетанковых войск. Немцы не преминут воспользоваться этим.

Прогноз ГРУ строился на фундаментальных идеях немецкой военной мысли. Военный теоретик Карл Клаузевиц, по учебникам которого учились поколения прусских офицеров, твердил, что единственным средством достижения победы является уничтожение как можно большего количества живой силы противника. Поскольку было очевидно, что из всех целей советские войска будут до последнего оборонять именно Москву, то только здесь и можно было рассчитывать нанести им решающее поражение.

Очевидные минусы решения Гитлера

Конечно, было бы странно, если бы немцы стали действовать в точном соответствии с ожиданиями советского ГРУ. Ведь они тоже просчитывали планы своего противника и могли предсказать, как советские стратеги будут представлять себе действия вермахта. И, конечно, должны были внести свои коррективы ради фактора внезапности.

Но выбор южного стратегического направления на самом деле таил в себе большие неприятности для немцев. Легко можно было допустить, что неожиданность удара в этом направлении и слабость там советских войск позволят добиться значительного первоначального успеха. Но рассчитывать нанести поражение основным силам Красной Армии на этом направлении было нельзя. Идя к Нижней Волге и Кавказу, германские войска удалялись от жизненных центров противника, вместо того, чтобы создавать им угрозу. Главные силы РККА оставались не затронутыми немецким ударом. Южное направление было стратегическим тупиком.

Информационная игра

Интересно, что германская разведка в преддверии летней кампании 1942 года предприняла операцию по дезинформации «Кремль». Ее целью было убедить советскую разведку в том, что вермахт будет снова пытаться овладеть Москвой. Неизвестно, принесла ли она свои плоды, или ГРУ, предполагая действия немцев на московском направлении, основывалось лишь на своем анализе обстановки.

16 февраля 1942 года в американском журнале «Тайм» появилась загадочная заметка о том, что начальник советского Генштаба маршал Шапошников ожидает летом немецкого наступления на юге. Ее источник неизвестен. Есть версия, что информацию о направлении удара вермахта пустил советский агент в штабе люфтваффе обер-лейтенант Шульце-Бойзен. Во всяком случае, Гитлер счел это утечкой собственного плана, однако отменять его не стал.

Почему все-таки на юг

Выбор южного направления весной 1942 года обычно обосновывают экономическими резонами: нехваткой нефти, необходимостью захватить ее месторождения на Кавказе или хотя бы отрезать центральные регионы СССР от путей ее подвоза. Это объяснение было дано еще самим Гитлером. То есть целью наступления исходно было не нанесение поражения противнику, а захват его ресурсов. При этом тезис о нехватке горючего у вермахта выглядит странно, так как Германия в то время неуклонно наращивала производство синтетического бензина.

Вряд ли гитлеровские генералы не видели того, что решение о наступлении на Кавказ и Сталинград лишает Германию шансов победить СССР и в 1942 году. Означает ли это, что они вообще не видели перспективы такой победы? Или они надеялись, что в случае новых больших успехов вермахта Красная армия и СССР посыплются как карточный домик? Но ход войны в 1941 году должен был показать им тщетность таких расчетов.

Источники не сохранили свидетельств какой-либо оппозиции решению Гитлера в высших военных штабах рейха. Все генералы, в том числе и те, кого мы теперь знаем как оппозиционно настроенных (Гальдер, Бок, Клюге, Роммель, Кессельринг), не возражали против удара на южном крыле Восточного фронта. Никто не выдвинул  аргументов по поводу очевидной стратегической бесперспективности такого решения.

Что это было? Ослепление? Растерянность после битвы под Москвой? Или генералы вермахта вели какую-то свою игру? Окончательные ответы на все эти вопросы – пока тайна. Следует признать, что роковое для Третьего рейха решение об операциях против южного крыла советских войск в 1942 году при всей кажущейся ясности мотивов остается одним из самых загадочных эпизодов Второй мировой войны.