Ум ракеты
Ракетостроение Советского Союза стояло на шести столпах — шести больших учёных. Один из них — академик Николай Алексеевич Пилюгин, чьё имя носит улица на севере Обручевского района. Это он проектировал «мозги ракет», то есть их системы управления. В том числе Пилюгин отвечал за полёт первой в истории ракеты с ядерным зарядом.
«Оружие возмездие»
Предыстория космических полётов и соперничества США и Советского Союза началась в гитлеровской Германии. В первой половине 1940-х гг. немецкие учёные превзошли всех в ракетостроении. Они сконструировали первую баллистическую ракету «Фау-2» (V-2), которую называли «оружием возмездия». Оценить достижения немцев советские специалисты смогли в 1944 году, когда обломки ракеты обнаружили в польских болотах и вывезли в Москву. Стало ясно, что в самой Германии таится много ценных технических трофеев — но кому они достанутся, СССР или союзникам?
Красная армия рвалась к полигону Пенемюнде на балтийском побережье — именно с этой площадки стартовали «Фау-2». Однако Вернер фон Браун, главный конструктор ракет, а также сотни его коллег решили сдаться американской армии. США получили специалистов и важнейшую научно-техническую документацию, а также более сотни готовых «Фау-2», изготовленных секретным заводом «Миттельверк» в Тюрингии. Советскому Союзу досталось намного меньше. На скрытом в горе близ города Нордхаузен заводе обнаружились крупные узлы и детали ракет, из которых можно было собрать десятка полтора «Фау-2». Туда, в Восточную Германию, поехали советские учёные — разбираться в немецких технологиях. Среди них оказался и сотрудник НИИ-1 Николай Пилюгин.
Николай Пилюгин. Москва, 1929 год // Ракета Р-7 на стартовой позиции
В молодом слесаре Центрального аэрогидродинамического института Николае Пилюгине потенциал разглядел сам Андрей Николаевич Туполев. Авиаконструктор направил рабочего учиться в МВТУ им. Баумана. Пилюгин стал инженером-механиком и вернулся в ЦАГИ, а затем поступил на работу в Лётно-исследовательский институт. Там он занимался проблемами самолётной автоматики, пока его не перевели в НИИ-1. И вот — Пилюгин уже изучает ракетную технику и систему управления «Фау-2». Вскоре он вошёл в Совет главных конструкторов Сергея Королёва. В этом Совете сложилось такое разделение труда: ракетные двигатели — дело Валентина Глушко, стартовые комплексы — Владимира Бармина, радиосвязью заведовал Михаил Рязанский, а гироскопическими командными приборами занимался Виктор Кузнецов. Коллектив провёл в Германии два года. Им предстояло повторить и превзойти немецкие ракеты.
Вернер фон Браун держит в руках модель «Фау-2», 1940–е годы // Советские специалисты в области ракетной техники в институте «Рабе»
Первые взлёты и падения
Создавать своё ракетное производство СССР начал в 1946 году. Занялись этим особые научно-исследовательские институты. Головной НИИ-88 в подмосковных Подлипках принял команду Королёва: нужно было на базе старого артиллерийского завода организовать современные цеха и лаборатории. В то же время «управленцы» из НИИ-885 получили старый завод полевых телефонов на станции метро «Авиамоторная» — там тоже ещё предстояло много работы над оборудованием и культурой производства. Пилюгин и Рязанский иронизировали тогда, что ракетами управлять придётся с помощью телефонных ручек. Но постепенно процесс наладился. Уже осенью 1947 г. конструкторы сделали первые запуски на полигоне Капустин Яр: это были ракеты серии «Н» из Германии и ракеты серии «Т», которые они собрали в Подлипках из немецких деталей. До цели долетела примерно каждая вторая. Это соответствовало надёжности ракет военного времени. Но самое главное — советские специалисты полностью разобрались в принципах работы «Фау-2».
После этого конструкторы начали разработку Р-1 — первой отечественной ракеты. В её основе лежали немецкие идеи, но речь не шла о том, чтобы копировать «Фау-2». Во-первых, советская промышленность не производила столько видов стали, резины и пластика, сколько производила германская, а Р-1 изготавливали только из своих материалов. Во-вторых, сотрудники НИИ-88 понимали, как можно улучшить немецкую ракету (война не позволила немцам самим устранить все недочёты). Правда, сразу превзойти Вернера фон Брауна не удалось. У Р-1 оказалось чуть ли не больше недостатков, чем у «Фау-2». Сначала ракеты просто отказывались взлетать, и лишь после существенных доработок Р-1 поднялись в воздух. Из 20 ракет на испытаниях в цель попали 16. В конце 1920 г. Р-1 встала на вооружение Советской армии (впрочем, это был скорее символический жест).
В 2008 году на улице Академика Пилюгина появился памятник конструктору работы Владимира Соскиева и Сраждина Сатубалова. Вы можете его увидеть у дома под номером 10.
На другой континент и орбиту
1956 год начался с эксперимента исторического значения. Новая советская ракета Р-5 пролетела 1200 км и взорвалась в районе Аральских Каракумов. Газеты об этих испытаниях, конечно, не писали, но ответственные конструкторы открыли не одну бутылку шампанского — ведь впервые в истории ракета несла ядерный заряд. Любая ошибка могла обернуться катастрофой. «Пилюгинцам» пришлось подойти к задаче с особым вниманием. Дело в том, что Р-5 была длиннее Р-1, хотя и того же диаметра. Из-за этого её корпус в полёте изгибался под нагрузкой, горючее и окислитель в баках трясло, а система управления «сходила с ума». Пилюгин и его команда сконструировали «страховку»: все системы управления для Р-5 с ядерной боеголовкой конструкторы продублировали.
. К. Янгель, С. П. Королёв, Н. А. Пилюгин, М. С. Рязанский. Капустин Яр, 1947 год
Шли в то время и разработки Р-7 — первой межконтинентальной баллистической ракеты, которая могла бы подняться на советской территории, а взорваться за океаном на земле вероятного противника. Двухступенчатая ракета потребовала решения множества новых задач. Пилюгин должен был создать систему управления с автоматическим контролем не только движения Р-7, но и расхода топлива. Оказалось, что несмотря на все усилия по организации производства, одинаковые (казалось бы) боковые двигатели ракеты работали несколько по-разному и в полёте с разной скоростью расходовали горючее. «Пилюгинцы» смогли синхронизировать их.
Р-7 использовались далеко не только в военных целях. Именно мирный вариант Р-7 вывел в октябре 1957 г. на орбиту первый искусственный спутник Земли, а три с половиной года спустя такая же ракета доставила в космос корабль с Юрием Гагариным на борту. Так Р-7 открыла эпоху освоения космоса. Космос и оборона требовали от конструкторов всё больше усилий. В 1963 г. Пилюгин возглавил собственный НИИ — автоматики и приборостроения. «Послужной список» института впечатляет: системы для ракетных комплексов «Протон», «Зенит», «Ангара» и «Морской старт», разгонных блоков «Фрегат» и «ДМ», а также многоразовой транспортной космической системы «Энергия-Буран»… Просто перечисление разработок НИИ заняло бы много страниц.
Прожил академик Николай Алексеевич Пилюгин 74 года, умер в 1982 году. Спустя полтора десятилетия Научно-производственный центр автоматики и приборостроения получил его имя.