У преступности нет национальности — она есть у преступления или преступника

Этнический вопрос — один из самых опасных для российской государственности. Поэтому задачей государства и общества является его решение, а не усугубление

Всплыло

Любому адекватному человеку понятно, что одной из самых серьезных, даже разрушительных проблем для России — многонационального, даже наднационального государственного проекта — является этнический национализм. Причем не важно какой — русский, татарский, чеченский. И любому здравомыслящему человеку ясно, что государство должно с этими национализмами всеми силами бороться. Мягко, но настойчиво подавлять, размывать, нивелировать.

Однако власть не борется. Возможно, боится спровоцировать волнения — или же просто не обладает соответствующими навыками «мягкой силы» и системным подходом. В итоге национализм в России цветет и воняет. В национальных республиках Кавказа самые дремучие его проявления мимикрируют под «национальные традиции», в крупных мегаполисах российский национализм прикрывается патриотическими лозунгами. Более того, национальный вопрос регулярно всплывает в общественных дискуссиях, и всплывает именно с деструктивной, разрушительной стороны.

Так, например, целая серия в Москве, совершенная «выходцами с Кавказа» — как Северного, так и Южного, — снова ставит перед обществом и лидерами общественного мнения ряд вопросов. В частности, есть ли у преступности национальность?

Кто-то скажет, вероятно, что она однозначно есть. Что, например, наркоторговля в той же Испании контролируется марокканцами, а во Франции — в целом выходцами из Северной Африки (хотя албанцы могут оспорить этот статус). В России же она находится в ведении цыган, а также таджиков, которые участвуют в схеме поставок опия из Афганистана — не случайно за поездом Душанбе — Москва приезжие из Средней Азии. Про многочисленные этнические ОПГ в столице вообще молчим.

«Тоннельным» не понять

На самом же деле здесь все не так просто. Во-первых, по целому ряду преступлений статистика искажается. Либо не полными данными (как в случае с изнасилованиями — не секрет, что значительная часть женщин, к сожалению, не подает заявления), либо благодаря СМИ, которые в погоне за хайпом и кликами часто подсвечивают драки, связанные с кавказцами, и не интересуются разборками с участием русских, татар или представителей других национальностей. Для объективного анализа МВД должно дать четкую статистическую выкладку по национальному составу преступников, однако чиновники этого, к большому сожалению, не делают. Притом что официальная статистика уже эффективно разоблачила мифы о том, что гастарбайтеры из Средней Азии совершают значительную часть преступлений в Москве. В целом на долю граждан стран СНГ в 2019 году (последнем доковидном)  около 5,5 тысячи преступлений из 142 тысяч по всей Москве. То есть всего 3,8% от общего числа.

Во-вторых, вешать клеймо на национальность — а именно это и происходит через формулировку «у преступности есть национальность» — не только несправедливо, но еще и крайне опасно. Дело в том, что, вопреки бездействию власти, значительная часть людей нерусской национальности в мегаполисах смогла интегрироваться в российское общество. Стать россиянами по менталитету. Но когда их национальность называют преступной, когда их ассоциируют, привязывают к соплеменникам, совершающим преступления (которых они и в глаза ни разу не видели), то вначале это вызывает непонимание. Затем — отторжение той идентичности, в рамках которой человека считают неполноценным, изначально виноватым или пораженным в правах ни за что. То есть российской наднациональной идентичности. Ну и, поскольку человек есть существо социальное, возвращение к своей национальной или даже клановой идентичности. И это уже не говоря о том, что зачастую россияне не видят разницы между национальностями внутри этногеографических групп. «Кавказец» для них — это любой выходец с Кавказа, как Северного, так и Южного. А «среднеазиат» — это и таджик, и узбек. Вот и получается, что условный россиянин грузинского происхождения должен почему-то нести ответственность за каждого дагестанского хулигана, а киргиз (говорящий по-русски иногда значительно лучше этнических русских) — за любого таджикского наркоторговца.

Понятно, что агрессивным националистам с их примитивным, пещерным и тоннельным сознанием такие материи осознать сложно. К тому же для них Россия — многонациональная Россия — является враждебным образованием, которое нужно расшатать. Однако и власти, и общество должны понимать, что жертвами этого расшатывания будут именно они. Власти будут замещаться все более правыми политиками, а общество умоется кровью из-за начавшихся в стране центробежных процессов и гражданских конфликтов.

Не решаем, а усугубляем?

Значит ли это, что нужно игнорировать и национальность преступников? И не просто игнорировать, но умалчивать ее? Кое-кто в России считает, что да. «Буду добиваться принятия закона о запрете указания в средствах массовой информации национальности, расы и вероисповедания подозреваемых и осужденных. Считаю недопустимым, когда отдельные блогеры, журналисты публикуют в СМИ разного рода непроверенные комментарии еще раньше официальной версии следствия, выделяя и ставя ярлыки на национальностях. Это унижает человеческие достоинства третьих лиц, не участвующих в такого рода конфликтах», — Маргарита Симоньян. «Когда-то я сама считала, что этого делать не надо. Меня тоже, как “лицо кавказской национальности”, обижали и возмущали такие упоминания. Но с возрастом для меня стало очевидно, что, замалчивая публично те вещи, о которых люди сейчас говорят в вотсап-чатах, а раньше — на кухнях, мы не решаем проблему, а усугубляем ее. Когда-то мы из-за этого уже потеряли страну. Очень не хочется потерять еще раз».

И действительно, закон о запрете указания национальности, расы и вероисповедания преступника работать не будет. Эти «запретные» темы будут подсвечиваться телеграм-каналами и сетевыми СМИ, а народ, недовольный замалчиванием объективной информации и разогретый агрессивными националистами с кишлачным сознанием, будет возмущаться «заговором власти». Более того, сам законопроект, который, скорее всего, не будет принят, уже дискредитирует власть и усиливает националистов, которые после провала его принятия скажут, что это они не допустили столь антинародной, антирусской инициативы.

На самом деле нужно быть честными. Да, у преступности нет национальности. Но она есть у преступлений и у конкретных преступников. Национальность — эта такая же интегральная часть личности, как имя, фамилия, цвет глаз или длина волос. Не меньше, но и не больше. Замалчивать ее — глупо. 

Решайте правильно

Если же кто-то хочет решать вопрос с этническими преступниками в мегаполисах, то делать это нужно другими способами. Более сложными и менее популярными, но единственными реальными. «Чего хотеть от приезжих, которые тут с трудом выживают, где их все ненавидят, обдирают как липку на каждом углу? Естественно, и они дают волю всем мрачным страстям и инстинктам. Нужно развивать регионы, чтобы не допускать оттока в мегаполисы, миграция из-за рубежа должна быть адресной, ориентированной на потребности конкретных отраслей. Мигрантов нужно готовить заранее, включая владение языком и знание законов. А у нас законодательные документы по адаптации мигрантов уже несколько лет пылятся в Госдуме», — член Совета по развитию гражданского общества и правам человека при президенте РФ Александр Брод.

Такого рода заявления крайне непопулярны в обществе. Кто-то обвинит господина Брода в попытке представить преступников в качестве жертв. Из серии «не они плохие — жизнь такая». Кто-то возмутится на предмет того, что «мы им тут работу даем, мы их кормим — так еще и должны тратиться на их интеграцию?». Однако проблема в том, что других вариантов нет. Если иностранных гастарбайтеров можно депортировать (получив при этом новую волну экономического кризиса — но можно), то с приезжими из регионов РФ так поступить нельзя. Вопреки мнению ряда фантазеров, невозможно оградить Северный Кавказ стеной и запрещать местным перемещаться по России. Они такие же граждане РФ, как и жители Москвы, Рязани и Ярославля. И имеют равные с ними права и обязанности. И задачей государства — как и общества, — является не поражение их в правах за национальность, а превращение условных чеченцев с российским паспортом в россиян чеченского происхождения. Причем превращение не на бумаге, а ментально — в умах и сознании этих людей. Как, собственно, и превращение русских с российским паспортом в россиян русского происхождения. Тогда и только тогда в стране удастся победить этнический национализм и снизить количество этнических преступлений и этнических же преступников.

А что вы думаете об этом?

Обсудить тему и поспорить с автором теперь можно в комментариях к материалу

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале . Присоединяйтесь