КНЯЖЕСКИЙ КРЕСТ. Часть 6
К 800-летию святого благоверного князя Александра Невского
Влияние истории на сознание и самосознание общества и отдельного человека – несоизмеримо ни с чем. Упрощенно говоря, что установлено как государственный канон, что сказали учителя в школе – то и останется на всю жизнь.
Официальное умолчание, неопределенность в оценке роли и значения Александра Невского изначально возникли на теории «ига». Отсюда и прямые нелепости, установленные как государственный канон.
Один из ярких примеров – трактовка деяний Дмитрия Донского, кровного и политического наследника Александра Невского. В частности, трактовка Куликовской битвы. До сих пор само собой разумеется, что в ней Дмитрий Донской разгромил войска золотоордынского хана Мамая и сильно ослабил мощь Золотой Орды.
На самом деле Мамай никаким ханом не мог быть, поскольку не чингизид, а был смутьяном, мятежником и узурпатором, общим врагом и для Дмитрия, и для законного хана Тохтамыша. То есть и для Руси, и для Золотой Орды. Московский великий князь Дмитрий 8 сентября 1380 года разгромил Мамая в битве на Куликовом поле. И тем самым помог Тохтамышу утвердиться на его законном троне.
В хрестоматийной литературе о Куликовской битве практически не встречается самое раннее описание битвы — из Симеоновской летописи. Поскольку князь Дмитрий в ней фигурирует как живой, то создана она никак не позже 1389 года, то есть бесспорно является документом, написанным по следам событий. Но отрывков из Симеоновской летописи в сборниках о Куликовской битве нет. Зато широко распространены другие, более поздние. Не потому ли замалчивается Симеоновская летопись, что там князь Дмитрий, хан Тохтамыш и все русские князья после победы над Мамаем обмениваются поздравлениями, подарками и посольствами.
Но аналогичные, и даже более развернутые сведения, есть, к примеру, и в Рогожской летописи, где прямо говорится, что русские князья отправили послов «со многими дарами к царю Тохтамышу». Впрочем, гораздо важнее, как формулируется там известие от Тохтамыша, который окончательно разбил Мамая в сражении на Калке и утвердился на троне Золотой Орды. И немедля отправил послов к «Дмитрию и всем русским князьям». С известием, «как супротивника своего и их врага Мамая победил».
«Супротивника своего и их врага». Общего врага. Так гласят не до конца «отредактированные» и потому малоизвестные Симеоновская и Рогожская летописи.
У нас же до сих пор на раке с мощами Дмитрия Донского в Архангельском соборе Кремля укреплена табличка с надписью о том, что Дмитрий на Куликовом поле воевал с Золотой Ордой.
Историк Юрий Афанасьев по этому поводу саркастически писал: «Спросите у любого человека, кто такой Дмитрий Донской? Куликовская битва, освобождение от татар… Если бы самому Дмитрию Донскому сказали эти слова — «освобождение от татар», – он бы с ума сошел. Потому что царем, которого он признавал, был именно татарский царь… И ничего даже близкого «освобождению от татар» у него в голове не было. А ведь это – святая святых нашей истории».
Все в истории имеет отношение к современности. Представим большой многоквартирный дом, построенный на кривом и гнилом фундаменте. Все время что-то случается. Когда в одной квартире кто-то укрепляет стену, она проседает под тяжестью, соседи обижаются, кричат, что у них начался перекос, с потолка сыплется, и вообще – обидно…
И никому невдомек, что вся суть – в фундаменте, заложенном когда-то и с какими-то целями.
Эту очевидную истину еще раз вскрыло общественное обсуждение (лето 2019 года) внесенного в Госдуму законопроекта об установлении в России новой памятной даты – Дня окончания Великого стояния на реке Угре. Осенью 1480 года правитель Большой Орды хан Ахмат пошел в поход на Москву. Причина – отказ великого князя Ивана III платить дань. Войска вышли к реке Угре и встали по противоположным берегам. Попытки форсирования реки, незначительные стычки перемежались с переговорами. Так прошел месяц. 11 ноября обе стороны отвели свои войска.
В официальной историографии Руси этот событие считается окончательным «освобождением от татаро-монгольского ига».
В Калужской области по инициативе губернатора области Анатолия Артамонова 11 ноября устраивался «военно-исторический фестиваль с масштабной реконструкцией сражения русских и ордынских войск» (хотя никакого сражения не было).
С историко-фактографической точки зрения, в 1480 году «освобождаться» было не от кого – Золотой Орды не существовало уже полвека. Она распалась на Астраханское, Крымское, Казанское и Сибирское ханства, Большую Орду, Ногайскую Орду, Московскую Русь и другие образования, которые постоянно враждовали между собой, платили друг другу дань, в зависимости от обстоятельств. В итоге главенствующее положение на том всесветном пространстве заняла Русь. Как писал один из основателей евразийской исторической школы князь Н.С. Трубецкой,произошла «замена ордынского хана московским царем с перенесением ханской ставки в Москву». То есть Русь, Россия, Российская империя стала наследницей империи Чингисхана. Ключевая работа Трубецкого, вышедшая еще в 1925 году, так и называется – «Наследие Чингисхана».
Кстати, границы Российской империи укладывались, чуть ли не один в один, в границы империи Чингисхана.
Не менее существенен современный национально-политический момент. Многие отмечали, что установление Дня окончания Великого стояния на реке Угре как общероссийского праздника вызовет негативную реакцию в некоторых регионах. Политолог Аббас Галлямов писал: «Это решение власти сделает отличный подарок татарским националистам – даст им повод в очередной раз прокричать, что «русские нас не любят». Малые народы более чувствительны к национальной проблематике, чем государствообразующие этносы. Очевидно, что торжества по случаю победы «старшего брата» над «младшим» не сделает их отношения лучше. Реакция будет болезненной… Беда придет, откуда не ждут».
Вот какие страсти разгорались. А все потому, что кривой фундамент. Потому что мы выросли на теории «ига». Два века нам внушали, начиная со школы. Даже казанские татары верят… Ведь в России «татаро-монгольское иго» так или иначе связывается, ассоциируется почему-то и с казанскими татарами.
Вот удручающий пример. Образованнейший человек, известный критик и литературовед Лев Аннинский в книге «Русские плюс…» (М., 2004), в частности, писал:
«Какой рок лежит между Русью и Ордой, что кровоточит их разборка пять, шесть, семь веков спустя?.. Я допускаю, что коломенский призывник испытывает дополнительную гордость, если ему объяснят, где именно князь Дмитрий собирал полки. А призывник из Казани? Какие чувства испытает он, если в годовщину разгрома «мамаевых полчищ» от него станут ждать патриотического подъема?.. Не делайте сегодняшних татар соучастниками тогдашней драки. Или уж позвольте и им отпраздновать кое-что в компенсацию. Взятие Рязани, например. Зеркально: мы берем Казань, они – Рязань».
Мысли Аннинского не вызывают протеста, я разделяю его тревогу, озабоченность. Но фактические детали – ужасают. Ведь Аннинский говорит именно о казанских татарах. Только отождествлять Золотую Орду и казанских татар – вопиющая, чудовищная неосведомленность.
Казанские татары – на самом деле болгары или булгары. Болгары, кочевой тюркоязычный народ, жили в причерноморских и азовских степях. В VI-VII веках они воевали с хазарами, и потому, видимо, вынуждены были уйти. Но согласия, куда идти, не было – и народ разделился. Одну часть хан Аспарух увел на Дунай, где они обосновались среди дунайских славян, приняли христианство и ославянились. Вплоть до того, что стали основоположниками славянской письменности.
Другая часть болгар ушла под водительством неизвестного хана на Каму и Волгу. Здесь они основали Камско-Волжскую Булгарию, приняли ислам, сохранили язык, но потеряли самоназвание «болгары».
«Татарами» называли себя несколько союзных родов в монгольской степи. Китайцы распространили это название на всех кочевников. Однако по велению Чингисхана с 1206 года все его подданные стали «монголами». Но этноним «татары» дошел до Европы и сохранился. Вероятно, по созвучию с «Тартаром». С распадом Золотой Орды подданных Крымского, Сибирского, Астраханского ханств русские стали называть «татарами». В том числе и подданных Казанского ханства, которые на самом деле – болгары. На европейских же картах еще XVI века территория Руси обозначалась как Tartaria Moskovite – Московская Татария и Grand Tartaria – Большая Татария.
Неисповедимы пути твои, история.
Казанские же татары никогда не имели никакого отношения к «игу». Более того… Когда монголы после победы на Калке форсировали Волгу и вторглись в Волжскую Булгарию, они там потерпели сокрушительное поражение. Булгары тогда разгромили непобедимые тумены Джэбе-нойона и Субудай-багатура. Получилось – отомстили за русских и половцев, за их поражение на Калке в 1223 году.
И Рязань предки нынешних казанских татар, о которых пишет Аннинский, – не «брали». Их там не было и не могло быть. Рязань штурмовал ярый враг булгар – хан Батый. А до этого тот же Батый точно так же взял штурмом столицу Волжской Булгарии – Великий Булгар.
Конфуз. Постыдный конфуз. Но если такой высокообразованный человек, как Лев Аннинский, вляпывался в такие конфузные ошибки, то можно представить, как въелись эти ошибки в сознание и подсознание рядовых людей.
При всем при том мысли Аннинского, повторю, интересны. И общая постановка вопроса важна: «Но какой рок лежит между Русью и Ордой, что кровоточит их разборка пять, шесть, семь веков спустя?»
А тот самый рок. Называется – искажение истории. Давнее, преподносимое как само собой разумеющееся. С детства, со сказок и школьных уроков вбитая мифология.
Вот почему восстановление подлинной роли и значения Александра Невского в русской истории имеет основополагающее значение.
Сергей БАЙМУХАМЕТОВ
Фото из открытых источников
Читайте также: КНЯЖЕСКИЙ КРЕСТ. Часть 5