Театр – живая субстанция. Какие потери он несёт из-за коронавируса?

На изоляцию сейчас ушли все, в том числе учреждения культуры. Театр РГУ имени Сергея Есенина «Переход» – не исключение.

О том, чем занимаются актёры, как развлекают зрителей на удалёнке, а также о планах и воспитании культуры у молодёжи, беседуем с директором театра Романом СУЛИЦЕЙ.

Две постановки в ожидании

— Рома, коронавирус одолел внезапно, в разгар театрального сезона. С какими сложностями и, возможно, потерями столкнулись из-за такого режима?

— Сейчас со сложностями столкнулись почти все. Финансовые потери у нашего театра от нереализованных билетов не такие большие, как у муниципальных театров, потому что репертуар на март у нас заявлялся небольшой. Обидно, конечно, что мы не смогли отпраздновать Международный день театра 27 марта. Тем более, что на этот день у нас была запланирован праздничный показ спектакля «Эти свободные бабочки» с участием актёра из Москвы. Другая потеря, если так можно выразиться, – это отсрочка премьер на неопределённую дату. Одну мы планировали выпустить 10 апреля, вторую – в середине мая. Обе работы на 70% готовы, но теперь неясно, когда их увидит зритель.

— Насколько я знаю, спектакль, который вы планировали показать в апреле, посвящён Великой Отечественной войне.

— К выпуску готовился спектакль «Неукротимый 9 «Б» по повести Бориса Васильева «Завтра была война». Режиссёром-постановщиком стал заслуженный артист России Андрей Николаевич Торхов. Спектакль о простых, добрых, искренних, ищущих истины и любви, юношах и девушках, которым суждено было встретить юность на пороге войны. О том, как важно несмотря ни на что оставаться честным человеком и не откладывать добрые дела на завтра, потому что «завтра» может не наступить. Мы находились на этапе выпуска спектакля. Поэтому надеемся, что за неделю после снятия всех ограничений мы сможем полноценно его подготовить.

— Чем сейчас занимаются актёры и другие сотрудники театра? Проводите репетиции онлайн?

— У многих наших артистов есть основная работа вне стен театра. Она не попала под ограничения, поэтому их жизнь не сильно поменялась. Студенты заняты дистанционным обучением. Остальные, как и многие другие самоизолированные жители, читают книги и фильмы. Сейчас для этого освободилось много времени. В частности, артисты, занятые в новой постановке о войне смотрят советские фильмы 60-70 годов. Это «домашнее задание» от режиссёра спектакля. Лишь несколько сотрудников театра, включая меня, раз в несколько дней появляются там ненадолго, для проверки сохранности и функционирования здания театра. А так как основные текстовые и установочные репетиции новых постановок уже прошли, и во время объявления режима самоизоляции мы находились на этапе выпуска спектакля, то делать репетиции в онлайн формате не имеет смысла.

Слово «онлайн» стало оскорбительным

— Видела, что в соцсетях вы выкладываете ролики с чтением стихотворений о войне.

— Ежегодно наши артисты в преддверии 9 мая читают стихи о войне и записывают это на видео. Некоторые их этих роликов мы выкладываем в сеть. В этом году это получилось параллельно с видеоконкурсом чтецов «Победу дедов у нас не отнять», объявленным губернатором. Кстати, в этом конкурсе приняли участие 3720 человек в трёх возрастных категориях. В основной возрастной группе наши артисты Александра Аверина и Вячеслав Журавлёв заняли первое и второе места соответственно.

— Планируете ли ещё как-то удивлять зрителей дистанционно? Может, ещё онлайн-проекты запустите?

— Мы записали несколько видеороликом в режиме «мастер-класс» по сценической речи. Выкладываем периодически видеозаписи наших спектаклей, ролики со стихами о войне.

Нынешняя ситуация настолько непредсказуема, что строить планы практически невозможно. Сначала рязанские театры перенесли свои спектакли на начало апреля, потом на конец месяца, а потом стало совсем непонятно, куда что переносить. Мы привыкли строить на планы на более-менее конкретные даты, а сейчас планы откладываются и откладываются. Поэтому все театры задаются вопросом, удастся ли закрыть сезон или придётся уходить в лето и выходить на зрителя уже в новом сезоне. Это очень болезненный вопрос, потому что все мы прекрасно понимаем, что после снятия ограничений вряд ли все сломя голову побегут в театры, чтобы наверстать упущенное.

Несмотря на различные активизировавшиеся интернет-трансляции, где-то в глубине души и артисты, и зрители понимают: театр – настолько живая субстанция, эмоции от просмотра спектаклей бывают настолько сильными, что слово «онлайн» в некотором смысле выглядит оскорбительным для этого вида искусства. Поэтому с нетерпением ждём по-настоящему живой встречи с нашими зрителями.

Актёры идут дальше

— Теперь отойдём от всего, что связано с коронавирусом. Однажды услышала от тебя фразу о том, что студенческий театр нельзя называть любительским. Почему?

— Я имел в виду, что не всегда можно по статусу театра определить, какой он на самом деле – любительский или профессиональный. В Рязани есть кружки и центры допобразования, постановки которых выглядят как самодеятельность. Причём не в обидном смысле. Речь лишь о статусе таких спектаклей. А есть места, где руководители – профессионалы, так что об их работе как о самодеятельности говорить нельзя.

Для людей со стороны всё это в любом случае считается любительским театром. В том числе и студенческий. Но если студенты выпустились из вуза и продолжают играть на сцене, то театр всё ещё студенческий или уже нет? А если в зрительном зале «горожан» больше, чем студентов? Где тот критерий, по которому мы даём театру такое название? Мы просто по инерции все театры при университетах (которых не так уж и много по стране) называем таким именем. Мы неоднократно слышали комментарии вроде: «Это студенческий театр? Понятно. Значит – самодеятельность» или «А что, тут не бесплатно? Это же студенческий театр» и тому подобное. Всё же это неверные стереотипы. Я считаю более уместным название «университетский театр».

— То есть нынешние актёры – это не только студенты, но и выпускники РГУ?

— Это обычные люди. Нынешний состав, наверное, более молодой, чем раньше. Только несколько артистов у нас старше 30, остальным от 16 до 30 лет. Всего в труппе около 50 артистов. Не хватает юношей. Хотя всегда с ними было туговато. Помню, как перед своим прослушиванием в театре мне сказали: «А что ты переживаешь? Ты же мальчик, тебя возьмут». За последние годы жизнь поменялась так, что сейчас многие наши артисты работают или подрабатывают где-то ещё. Это неизбежно. Заразившись в нашем театре любовью к этому искусству, им хочется развиваться в этой сфере и дальше.

— Насколько такое развитие возможно? Были ли примеры, когда ребята из вашей труппы заметно продвигались по актёрской стезе?

— Есть примеры, когда после окончания нашей студии поступали в московские театральные вузы. Самый яркий – Алексей Спирин. Он сейчас является артистом и помощником художественного руководителя Нового Драматического Театра в Москве. Есть те, кто учится заочно в театральных вузах. Многие по окончании учебы делают успешную карьеру в сфере организации мероприятий и праздников. Каждый год некоторые наши студийцы и артисты готовятся к поступлению в Москву.

Воспитывать не через ютуб

— Нет ли нехватки в актёрах? И, по-твоему, изменилась ли как-то нынешняя молодёжь, приходящая в театр?

— Мы ежегодно набираем молодых и талантливых людей в нашу студии, где они после двух лет обучения могут присоединиться к нашей труппе. Особых изменений у молодежи в последние годы я не заметил. Каждый год к нам приходят совершенно разные люди. Далеко не всех можно отнести к разряду «да, вот это по природе актер». Многие раскрываются не сразу. И из скромных первокурсников вырастают в уверенных артистов.

— Ты уже упомянул, что в вашем театре среди зрителей больше простых жителей города, нежели студентов. Как сложилась такая тенденция?

— За последние пять лет к нам чаще стал приходить городской зритель. Студентов сейчас к нам ходит меньше. Даже из общежитий, с которыми мы соседствуем, желающих мы не наблюдаем. Возможно, их отталкивает тот факт, что за билет нужно платить. Всё-таки это студенты, в каком-то смысле это им можно простить. А после появления в нашем репертуаре двух полноценных детских спектаклей мы обрели юного зрителя, чему мы очень рады. Теперь с нас постоянно требуют новых постановок для детей. Об этом и много другом мы узнаем из анкет, которые зрители заполняют после спектакля и из комментариев в соцсетях. Все отзывы мы действительно читаем и радуемся, что наши постановки находят отклик в душе у зрителя.

— Как в целом оцениваешь уровень развития театрального искусства в Рязани?

— Я считаю, что за последние несколько лет уровень значительно вырос. В театры приходят новые талантливые и профессиональные ребята. Продуктивно ведётся работа регионального отделения Союза театральных деятелей РФ. Проводят «Зеркало сцены», «Капустники», «Форум древних городов», появляются перфомансы, творческие объединения и многое другое. Уверен, что театральная жизнь в нашем регионе находится на достойном уровне.

— Как молодой человек, что можешь сказать об уровне культурного развития рязанской молодёжи? Не снижается ли он ввиду повышенного интереса к соцсетям, а не к библиотекам, например, и тем же театрам?

— Сейчас молодые люди проявляют себя в социальном плане: участвуют в лагерях актива, занимаются волонтёрством в разных сферах, проектами, посещают образовательные форумы и лектории. Десять лет назад это не было так развито и доступно. Конечно, гаджеты забирают много внимания. Но надо к этому относиться спокойно, без негатива. Надо осознать тот факт, что обратной дороги у прогресса нет. Нынешние дети родились и живут в цифровую эпоху – они в этом они не виноваты. Главное во всём знать меру. И воспитывать детей не через ютуб-каналы, а через книги, фильмы, походы в театры, цирк, поездки по музеям, походы на природу. Без этого багажа знаний и впечатлений в будущем подростка или взрослого человека будет не просто заинтересовать спектаклями и выставками. Поэтому культура в человеке должна воспитываться с самого раннего детства.