Куфтин Б.А. - Материальная культура русской мещеры [1926, PDF, RUS]

Материальная культура русской мещеры. Часть I. Женская одежда: рубаха, понева, сарафан Год: 1926 Автор: Куфтин Б.А. Жанр: Монография. Издательство: Москва: ГМЦПО Серия: Труды ГМЦПО, вып. 3 Язык: Русский Формат: PDF Качество: Отсканированные страницы + слой распознанного текста Интерактивное оглавление: Да Количество страниц: 164 Описание: Куфтин Борис Алексеевич (1892 - 1953) - советский археолог и этнограф. Разрабатывал принцип "сравнительного этнологического изучения". "Основываясь именно на этом принципе, Куфтин предполагал осуществить «сравнительное этнологическое изучение» этнографической группы, проживающей в основном в северных районах Рязанской области и известной под названием «русской мещеры». Исследование, посвященное материальной культуре этой группы, должно было состоять из четырех частей: женский и мужской костюм, жилище, средства передвижения, занятия и орудия труда. Выполнить, да и то не полностью, удалось только первую часть этого плана: в 1926 г. в серии трудов МЦПО выходит монография Куфтина «Материальная культура русской мещеры. Часть I. Женская одежда: рубаха, понева, сарафан». В 1927 г. музеем были заявлены как готовящиеся к печати вторая часть «Женский костюм: навершник, шушпан. Головной женский убор, обувь» и третья — «Мужской костюм, мужская и женская верхняя одежда», однако они так и не увидели свет." (С.С.Алымов, А.М.Решетов "Борис Алексеевич Куфтин: изломы жизненного пути"). Куфтин о свастичном орнаменте (стр. 62-64) Что касается свастического узора, то его богатство здесь весьма любопытно. Оно находится в вероятной связи с другой группой этнографических памятников края с поразительными по разнообразию и колористическому богатству концами полотенец касимовских татар, выполненных также на ткацком станке «выкладной» (см гнл. I, Рубаха, стр. 39) техникой «тӧшӓуле». По общему характеру прямолинейного геометрического орнамента, техническим приемам и разнообразию рисунка «тӧшӓуле» касимовских татар стоят близко с крымско-татарскими стенными полотенцами «хыбрыс» с узорной выкладкой «шилтӓр», но поспедним совершенно чужд свастический мотив, хотя меандр «бурма су» (крутящаяся вода)1) довольно обычен, a в памятниках архитектуры орнамент китайского типа из пересечения и переплета зигзагообразных лент имеет свастический характер (см., напр., колонку справа от входа в Текие около Зинджирлы Медресе в Бахчисарае). Это, между прочим, лишний раз показывает, что происхождение свастического узора не может быть объяснено из одной техники, как результат случайного расчленения прямолинейных геометрических форм, и что касимовские татары восприняли этот тип узора из местной до-турецкой среды, так как свастические формы совершенно чужды и для турецких племен Сибири и Средней Азии. Не получила достаточно широкого распространения свастика и в орнаменте Украины2), за исключением севера Полесья и Черниговской губернии, где, как и в южно-великорусском орнаменте, свастика обычна и иногда является основой орнаментального стиля3), близко родственного карельскому, который особенно хорошо известен в шитье головных уборов. Среди угро-финских племен свастический орнамент получил преобладание кроме карел также y остяков, широко развивших его употребление (в противоположность мнению Гейкеля4) об отсутствии свастики y финнов к востоку от Волги, хотя о свастике y остяков упоминает еще Стасов5)) , в вышивке женских рубах, покрытых иногда сплошным свастическим узором6); свастика встречается в прямолинейном геометрическом рисунке на берестяной посуде остяков и вогулов. У волго-финских народов хотя свастика и известна, но органически вошла в орнаментальный рисунок только y мордвы, мокши7) и, отчасти, y мари (черемис). У чуваш же как верховых (вирьял), так и y низовых (анатри) свастический орнамент совсем не выражен. Это же можно сказать, по-видимому, относительно, вотяков. ________________ 1) Куфтин, Б. М. Южно-бережные татары Крыма. Журн. Крым. № 1, 1925 год, стр. 29. 2) Так среди более двух тысяч изданных С. А. Кулжинским писанок (Описание коллекций народных писанок, 1899) нет ни одной с свастическим узором. Правда, известно, например, развитие свастического орнамента в Зинькове Летичевского у. Подольской губ. на глиняной посуде, но в данном случае это явление чисто реликтовое, более, вероятно, древнее, чем появление славян. 3) Могилянский, H. М. Поездка в Центральную Россию для собирання этнографических коллекций. Материалы по этнографии России. T. I. 1910 г., стр. 16 и табл. II. 4) Гейкель, А. О. О народном орнаменте финских племен. Труды 2-го Областного Тверского Съезда в 1903 г. Отд. III и V, стр. 124. 5) Сіасов B. В. Русский народный орнамент. Собрание сочинений. Т. I, стр. 202 6) Изделия остяков Тобольской губернии. Этнограф. Коллек. Тобольск. Музея. Объяснительный указатель. Ежегодн. Тобольского Музея. В. 19, Тобольск. 1911 г. См. рис. рубахи на отдельной таблице. 7) Heikel, A. О. Trachten und Müster der Mordvinen Hels. 1899, см., между npoчим, табл. 32-34. Древнейшее распространение свастики в Европе с ранне-металлической эпохи, в противоположность Древнему Востоку, где свастика почти неизвестна, и движение ее по азиатскому материку в историческое время из Индии, в связи с распространением буддизма, заставляет многих принимать индо-европейское происхождение свастики1). Мы не станем касаться этого сложного вопроса о древнейшем приурочивании этого свастического знака к той или иной гипотетической культуре и его происхождении2), так как нас интересует сейчас главным образом определение той значительно более поздней этнической среды в которой получил развитие вышеописанный свастический мотив Мещерского края. В этом случае следует решить, принесен ли данный орнамент славянской колонизацией вместе с самой поневой и русским покроем рубахи или он принадлежал туземному до-славянскому слою. Вышеуказанное распространение свастического узора на территории восточной Европы говорит скорее за его не славянское здесь происхождение. Действительно, сравнительно незначительное развитие свастического элемента у восточных славян, за исключением некоторых групп великороссов, главным образом, южных и прилегающих к ним малороссов Полесья, и отсутствие свастикн в разнообразном узоре плахт и соответствующих частей костюма балканских славян, с одной стороны, и пышный расцвет свастического узора особенно у касимовских татар. в противоположность прочим туркам, а также у западных финнов (карел) и волго-финнов со следами вытеснения его у последних растительным орнаментом (тюльпан, розетка и др.) и, наконеи. у финно-угров (остяков), — с другой, предполагает древнейшее бытование свастического орнамента в бассейне верхнего Днепра, Оки и верхней Волги и внедрение его в принесенный славянской колонизацией великорусский костюм. Следует здесь отметить, что свастический знак в Касимовском уезде известен на одном перстне славянской эпохи из поздне-финских курганов близ Поповки (г. Касимов), раскопанных Нефедовым3) в 1877 году. ________________ 1) Wі1ке G. Kulturbeziehungen zwischen Indien, Orient und Europa. Leipzig 1923, стр. 96. 2) О свастике см.Wilson Th. The swastika. Waschington, 1896 (с картой распространения свастики п Старом и Новом Свете и библиографией). Hoernes M. Urgeschichte der bildenen Kunst in Europa. Wien, 1896, стр. 331-334 Steinen Karl v.d. Prӓhistorische Zeichen und Ornamente. Bastian Festschrift, Berlin, 1866 (Происхождение свастики путем схематизации линейного изображения летящего аиста). Gobet d’ Alviella. La migration des symboles. Paris. 1891 (Автор дает родоcловное древо свастики, выводя ее из одного центра). Бобринский. А. А. О некоторых символических знаках. общих первобытной орнаментике всех народов Европы и Азии. Труды Ярославского Областного Съезда, М. 1902 г., стр. 66—75. Zmigrodzki M. Zur Geschichte der Svastika (Arch. Anthrop. XIX. 1890). 3) Нефедов. Отчет о раскопках в Касимовском уезде. Антроп. Выставка прилож., стр. 56. Доп. информация: Книга в плохом качестве: некоторые части текста потеряны, фотографии даны практически как скан ксерокса. Выкладываю по настойчивой просьбе знакомых. Скачать: