«Побег из спецавтомобиля - дело бессмысленное». Откровения конвоира с Алтая

В уголовно-исполнительную систему он пришёл сразу после армии. А не так давно достиг максимальной выслуги. Но и отслужив почти три десятка лет, признаётся, что до сих пор «не наработался»!

Об особенностях своей профессии водитель-сотрудник автомобильной службы отдела по конвоированию УФСИН России по Алтайскому краю старший прапорщик внутренней службы Алексей Ударцев рассказал altai.aif.ru.

Машина - живой организм

Елена Чехова, altai.aif.ru: Алексей Алексеевич, вам довелось служить в различных подразделениях УФСИН. Но всегда - по автомобильной части.

Алексей Ударцев: О службе в системе я в молодости вообще ничего не знал. Просто после армии искал работу. Это 90-е годы. Время сложное. Даже отслуживших срочную здоровых сильных парней не очень-то брали куда-либо. Мне знакомые подсказали, что в следственный изолятор требуется водитель на КамАЗ. Естественно, пошёл. Тем более, что в армии водил именно такие машины.

Поначалу было непривычно - всё-таки режимный объект. А потом привык. Коллектив отличный, руководство понимающее. И работа как работа. Тогда много строили. Подсобное хозяйство в Новороманово создавали.

Правда, автомобили у нас были такие старенькие! Часто в дорогах ломались, мы на трассе часами подмогу ждали. А как дать знать о поломке? Телефонов сотовых не было. Учились на своих ошибках да надеялись на помощь товарищей. Сплочённость в коллективе была большая. Мы сами машины ремонтировали. Я свой первый КамАЗ 1978 года выпуска, можно сказать, полностью по деталям перебрал. Содержал машину прекрасно. И знаете, он ведь до сих пор «живой», на ходу.

Я несколько лет работал в СИЗО-1 и на КТБ-12. Но когда пришёл в отдел по конвоированию, по-настоящему понял, что такое СЛУЖБА. Прежде главной всё же была шофёрская работа. А здесь - дисциплина совсем другая. Всё чётко, регламентировано, всё отлажено до автоматизма. Для меня это был новый опыт. И он мне очень понравился.

- В чём особенность работы водителя в конвое?

- Самое главное требование к сотруднику-водителю - чтобы автомобиль всегда был в порядке. От этого зависит безопасность и личного состава, и спецконтингента. А состояние техники зависит от отношения к ней водителя. Мы отвечаем за то, чтобы в автомобиле всё до последней лампочки работало. Машина - это же живой организм. Если всё в нём отлажено, если о ней заботятся, то она работает как надо и никогда тебя не подведёт. Наплевательского отношения к ней быть не должно. Она всё чувствует.

Сейчас в отделе прекрасная техника. Машины новые, оборудованные современными системами сигнализации, видеонаблюдения, контроля дорожной обстановки, автономного обогрева, даже кондиционирования воздуха. И будьте спокойны: совершить побег из спецавтомобиля - дело бессмысленное. Салон полностью заблокирован. И не разрезать, не вскрыть его каким-то способом изнутри невозможно.

О непыльной работе

- Но ведь и на дороге могут случиться внештатные ситуации?

- Всякое может быть. Погода очень влияет: сильный снегопад, гололёд, ветер. Очень тяжёлая трасса на Рубцовск. Там часто боковой ветер, дожди, туманы. И сам рейс продолжительный по времени. Но за столько лет эту дорогу уже изучил, как свои пять пальцев.

Новосибирск из-за интенсивного движения город тяжёлый. К тому же там очень агрессивное поведение водителей на дороге. Бывало, что и подрезàли, и в колонну нашу пытались встраиваться. Но мы с этими негативными вещами справляемся спокойно. У нас хорошая команда, мы уверены друг в друге - ребята наши - молодцы.

Мы ходим колонной - по два-три автомобиля. И работаем как единое целое: водитель первой машины - ведущий, остальные реагируют на каждое его движение. Нельзя ни отстать, ни обогнать, ни в сторону свернуть. Поэтому никаких накладок или отставаний по графику у нас не бывает.

Когда едет наша колонна, это очень красиво. Как стая птиц: один двинулся, даёт направление и ритм, и все следуют за ним.

- А как добиваетесь такой слаженности?

- Конечно, когда молодые приходят на службу, они специфику эту мало понимают. Мне нравится помогать начинающим, объяснять им определённые нюансы, чтобы они не допускали ошибок. К тому же перед каждым выездом обязательно проводится инструктаж. Но всё же главное - практический опыт. Это водителю даёт понимание: как машина двигается, как приближается, как отъезжает. Даже как к вагону железнодорожному нужно подъехать, чтобы не ближе и не дальше, а ровненько сантиметр в сантиметр. Потому что даже эти, казалось бы, незначительные сантиметры, решают много.

- Вы - ведущий, а за вами - ученики?

- Всегда ходил первым. Это большая ответственность. И за обстановкой на дороге следить, и за своим «хвостом». Например, если светофор я успеваю пройти, но понимаю, что вторая-третья машина не успеют, то я заторможу. Потому что за них в ответе.

Можно сказать, что процентов 70 сегодняшних водителей в отделе - наши ученики. Нас, старых, осталось очень мало. Меня все называют - дядя Лёня. Сейчас приходят ребята 25 лет отроду, а у меня выслуги 29 лет. Мамонт! Они мне как дети. Но ребята приходят толковые, спортивные, схватывают всё налёту. Они свою работу ценят, уважают, ответственно к ней относятся. А почему её не ценить? У нас работа не пыльная на такой-то современной технике.

Гордость старшего прапорщика

- Что бы вы как опытный водитель могли посоветовать другим участникам дорожного движения?

- Беречь себя и окружающих. Уважать себя и окружающих. И вообще: ребята, давайте жить дружно!

- А как вы относитесь к женщинам за рулём?

- Уважительно отношусь. У меня супруга шесть лет водит машину. Я видел её глаза, панику, когда она впервые поехала. Для женщины это стресс большой. Это надо понимать и помнить, что мы тоже учились, и нам тоже было сначала не по себе. Моя жена, например, боится зимой ездить. Ну и, слава Богу, машина целее будет.

Если вижу женщину за рулём, то лучше её пропущу, не буду ей препятствовать. Тем более что можно ведь попросту не угадать её мысли. Видел, например, ситуацию, когда мужчина на джипе выезжал со двора, а женщина, выезжавшая перед ним, включила заднюю скорость, чтобы пропустить едущий по главной дороге автомобиль. И - всё... На джипе начал ей сигналить, чтобы заднюю выключила. У женщины паника. И видимо, он так ей жути нагнал, что она, оставив машину на задней скорости, дала по газам и со всего маха въехала в джип.

У нас был случай на СИЗО, когда женщина, выезжая с парковки, упёрлась прямо в нашу колонну и застопорила движение. Ну, не сообразила... Как обычно девочки говорят: «Думала, меня пропустят». А дорога там узкая, разъехаться сложно. Попросили нарушительницу: «Отъедьте назад». А она: «Я задом ездить не умею». Пришлось помогать - наш сотрудник сел за руль её машины, сдал назад.

- Почти 30 лет вы в одном звании. Почему не было карьерного роста?

- Разве карьера - главное в жизни? Вот супруга гордится мною: «Я - жена старшего прапорщика!». Были у меня возможности стать офицером. И не один раз. Но я всегда отказывался. Потому что, переходя на офицерскую должность, нужно было сменить сферу деятельности. А я - водитель. Это моё. Баранку ни на что не променяю. Может, глупо звучит, но так оно и есть. Это честно.

Мне всякое говорили. И что пенсия больше будет, и что в чистой форме буду ходить. А я тогда ещё на своём первом КамАЗике работал и не понимал: как могу кому-то его отдать? Я ж его практически сам собрал. В те годы запасных частей не достать было. Чуть ли не со свалки собирал, из металлолома. Монтировал в свободное время. В грязи, в мазуте. А когда в конвой устроился, тем более никакого резона уходить с машины не было. Одно удовольствие работать на таких автомобилях, как сейчас.

В машину так вживаешься, что чувствуешь каждый её миллиметр. Я сливаюсь с автомобилем, мы с ним - одно целое. Службу уважаю сильно. Но моё призвание - водительское дело.