Житель Новосибирска полгода не может забрать племянников из детского дома
Курбанбек Нарынбаев, проживающий в Новосибирске, уже полгода добивается, чтобы ему разрешили забрать из детского дома племянников. Его брат Алымбек, проживающий в Рубцовске, в конце прошлого года повздорил с инспектором ПДН. В результате на него завели дело о применении насилия в отношении представителя правоохранительных органов, а сыновей забрали в приют. Дядя сразу попросил, чтобы детей отдали ему, но всё это время ему велят предоставить дополнительные справки, требуют, чтобы он прошёл курсы приёмных родителей. При этом мужчина уже давно зарекомендовал себя как ответственный опекун: в 2007 году он нашёл на улице брошенного новорождённого и решил, что будет сам его растить. Тем временем племянники жалуются, что в приюте их обижают, отбирают деньги, а старшего сына даже заставили попробовать наркотики.
Как ранее рассказывал RT, в конце прошлого года у жителя Рубцовска, 51-летнего Алымбека Нарынбаева, изъяли двоих сыновей. Мужчина один воспитывал 14-летнего Актилека и Муслимбека, которому в этом году исполнилось девять лет. Их мать давно бросила семью и отношений с детьми не поддерживает.
Алымбек окончил институт по специальности «инженер», но сейчас берётся за любую работу. Семья жила в коммунальной квартире в аварийном доме, который ещё несколько лет назад должны были расселить. Несмотря на все сложности, мужчина старался дать детям достойное воспитание.
По словам отца, когда у Актилека начался переходный возраст, он связался с дурной компанией, стал пропадать из дома. Воспитательные беседы воспринимал в штыки, поэтому нередко возникали конфликты.
Один раз он убежал из дома и вернулся сильно избитый. Отец начал отчитывать его на коммунальной кухне, а соседи, увидев эту картину, вызвали полицию.
По словам Алымбека, нагрянувшая вскоре инспектор по делам несовершеннолетних, не представившись, ворвалась в комнату и с порога начала разговор на повышенных тонах. Просьбы вести себя корректно не подействовали, поэтому отец вывел сотрудницу полиции в коридор.
Как сообщили RT в городском подразделении Следственного комитета, «за применение насилия в отношении сотрудника власти, а также неподчинение законным требованиям полицейских гражданин был задержан и доставлен в отделение полиции».
Алымбека продержали в отделении до утра, выписав штраф за неповиновение полиции. Детей тем временем доставили в КГБУСО «Комплексный центр социального обслуживания населения города Рубцовска», оформив их как заблудившихся.
Спустя 20 дней администрация города приняла постановление об изъятии по ст. 77 Семейного кодекса (в связи с угрозой жизни и здоровью), детей перевели в детский дом в селе Вавилон. В отношении Алымбека начали процедуру ограничения в родительских правах.
ДЯДЯ КУРБАНБЕК
Как только брат Алымбека, Курбанбек Нарынбаев, проживающий в Новосибирске, узнал, что произошло у родственников, то сразу обратился в администрацию Рубцовска и попросил, чтобы детей на время разбирательств отдали ему.
«Я написал в администрацию Рубцовска, чтобы мне на время этих разборок детей отдали, несколько писем отправил – и бумажных, и по электронной почте, но ответ так и не пришёл», – рассказал он RT.
Тогда Курбанбек обратился по месту жительства – в отдел опеки и попечительства Дзержинского района Новосибирска. С тех пор прошло уже полгода, но племянников он до сих пор не увидел.
«Я туда пришёл в феврале, ещё до карантина. Там сделали отметку, что я обратился, обещали позвонить. Потом потребовали пройти медкомиссию. После этого сказали, что нужна справка, что у меня нет судимости. Её ещё месяц ждал, потом пришла представительница опеки, осмотрела обстановку дома, тоже сказала, что свяжется. Так ещё один месяц прошёл – вот так всё и тянется и конца этому не видно», – рассказывает Курбанбек.
По его словам, у него постоянно требуют какие-то новые документы. У мужчины создалось впечатление, что передачу детей близкому родственнику специально затягивают.
«Потребовали справку с работы, хотя сначала мне дали список документов и там ничего об этом не говорилось. Принёс – оказалось, что она должна быть другой формы, хотя меня не предупреждали. Потом сказали пройти двухмесячные курсы приёмных родителей. Я говорю, где это сделать? Мне дали телефон, по нему я дозвониться не могу. И зачем мне вообще эти курсы, если я и так уже давно являюсь опекуном?» – рассказывает Курбанбек.
ОПЕКУН СО СТАЖЕМ
Мужчина успел зарекомендовать себя как ответственный опекун – уже 13 лет он воспитывает приёмного сына.
«В 2007 году я, въезжая в город, увидел, что у дороги лежит одеяло, а в нём – новорождённый малыш. Я подобрал, отвёз в полицию. Потом задумался и говорю: «Раз я нашёл ребёнка, то мне и воспитывать его». Через два месяца мне его отдали, с тех пор ращу его как родного сына», – вспоминает Курбанбек.
По его словам, Акжул (так назвали найденного мальчика) дружит с Актилеком и Муслимбеком, регулярно созванивается с ними, старается успокоить.
«Сам всё время говорит: «Папа, когда уже ребят к нам возьмём?» У меня старший сын как раз купил большой частный дом, думал туда всех забрать, чтоб вместе жили, а никак не выходит. Сегодня вот с племянниками созванивался – говорят, обижают, телефон снова отобрали, там полный беспредел творится», – вздыхает Курбанбек.
27 июля, когда работа над данной публикацией была закончена, с Курбанбеком связались представители опеки Дзержинского района Новосибирска и сообщили, что документы готовы.
Сначала он обрадовался, что наконец заберёт детей, но оказалась, что это просто справка о том, что он подходит под критерии опекуна по жилищным условиям и т. п. Теперь ему предстоит самому ехать в детский дом и там добиваться, чтобы разрешили забрать племянников.
«Дали справку только в понедельник, а стоит заднее число. Говорят – теперь езжайте в Алтайский край, чтобы там разрешили. Сразу сказали – мол, там ещё побегать придётся», – сетует он.
В опеке Дзержинского района Новосибирска на письменный запрос RT не ответили, на телефонные звонки сотрудники ведомства также не отвечали.
ФОРМАЛЬНЫЕ ПРЕПЯТСТВИЯ
Как отметила член Общественной палаты РФ Элина Жгутова, опека активно использует формальные препоны, чтобы максимально задержать детей в детском доме.
«Они могут выставлять любые дополнительные параметры, каждый раз нам говорят, что должны тщательно подходить к выбору кандидатов. Даже бабушкам сразу не отдают, а что говорить о дяде.
А в результате дети находятся в ужасных условиях – их бьют, как стало известно, даже заставляют пробовать наркотики. Похоже, что вместо того, чтобы думать в первую очередь о благополучии детей, стараются просто через них свести счёты с отцом», – говорит она.
По мнению Жгутовой, проволочки с передачей детей кровным родственникам носят системный характер. Решить проблему могут помочь поправки в Семейный кодекс, разработанные Еленой Мизулиной.
Алымбек Нарынбаев сейчас совместно с общественной организацией «Иван Чай» пытается восстановить свои родительские права через суд и вернуть сыновей, с которыми постоянно поддерживает связь.
«Я с детьми разговариваю по 5–6 раз в день. Только что разговаривал со старшим сыном – его избили, заставили курить наркотики. Там царит полный беспредел: сыновей бьют, отобрали деньги и телефоны, а администрация на всё закрывает глаза, главное, чтобы отчётность была хорошая», – вздыхает он.
Следующее судебное заседание, на котором Алымбек будет оспаривать ограничение в родительских правах, намечено на август.
Подпишитесь на нас