"Места на всех не хватит": чем недовольны российские мусульмане

Исламское духовенство жалуется на участившиеся рейды в мечетях. Силовики устраивают обыски прямо во время пятничных намазов, объясняя это борьбой с нелегальной миграцией. Верующие сетуют на нехватку мест для молитвы при постоянно растущей численности мусульман в России. Чиновники, в свою очередь, разводят руками: вопрос сложный, и причины проблемы зачастую кроются в противоречиях внутри самой общины. О непростой ситуации – в материале «Профиля».

Намаз среди многоэтажек

Среди типичных панельных многоэтажек подмосковных Котельников найти молельный дом несложно – вокруг пристройки с продуктовым магазином всегда много бородатых мужчин. В «домашней мечети» верующие совершают намаз, читают Коран и учат детей арабскому языку. Каждый день сюда приходят около трехсот человек. И всегда разуваются при входе.

Когда в середине июля в помещение нагрянули мужчины в форме, обувь они не снимали и без лишних объяснений прервали молитву. Началась потасовка, кто-то распылил огнетушитель – правоохранители скажут, что верующие, те винят нежданных гостей. Через неделю ситуация повторилась в подмосковном Дзержинском. Сотрудники ОМОНа потребовали у молящихся документы, и словесная перепалка едва не переросла в рукоприкладство

Мусульмане назвали рейды вопиющими и варварскими. А жители подмосковных городков рекомендовали в соцсетях мигрантам ехать домой: «Не нравятся проверки, никто не держит». На засилье гостей из Средней Азии в Котельниках губернатору Андрею Воробьеву жалуются давно. В ближайшем парке действительно много женщин в платках, почти все – с колясками, смуглые мужчины передвигаются большими группами, по-русски говорят плохо. Сейчас в парке проводят реконструкцию спортивных площадок, а еще пару лет назад футбольное поле становилось местом для намаза.

На Ураза-байрам и Курбан-байрам – главные праздники у мусульман – мужчины приносили с собой коврики и расстилали их на спортплощадке. От ближайшей парковки тянулась вереница верующих. Рядом стихийно возникали торговые площадки: кто-то продавал коврики для намаза, кто-то – сладости и сухофрукты. Имам читал проповедь у футбольных ворот.

Молельный дом в Котельниках учредили в 2020-м, но арендованное помещение не вмещает всех желающих. В пандемию оно было и вовсе закрыто, приходилось совершать обряды в парке.

Мечеть у Святого озера

«Я, конечно, понимаю, им не хватает помещений, но это не наши проблемы, и строить гигантские мечети у нас не надо», – говорит Никита, житель соседнего с Котельниками Косино-Ухтомского района. Весной, как и сотни жителей, он выходил на акции протеста против планов строительства мусульманского религиозного центра возле озера, названного Святым.

По преданию, на месте пруда стояла церковь, провалившаяся под землю вместе с верующими. Через несколько столетий здесь была явлена чудотворная икона. В специальные купальни с середины XIX века приходили паломники. Сейчас на берегу небольшая часовня.

Приоритетная задача мусульманского духовенства – развивать строительство мечетей в городах-миллионниках Сергей Венявский/URA.RU/TASS

«И в конце зимы в одном из наших районных чатов появляется информация, что возле Святого озера собираются построить гигантскую мечеть», – рассказывает Никита. По одной из версий, проектировали мусульманский центр, рассчитанный на 60 тысяч человек. По другой – на этом месте должен был пройти транспортный узел. Но жителей в известность не ставили, поэтому поползли слухи.

Собирать народные сходы было немного страшно – власти Восточного административного округа акцию не согласовали, – но и бессильно наблюдать за стройкой, по словам собеседника «Профиля», не хотелось. Собрания проходили еженедельно, активистам полиция выписывала протоколы о несогласованных митингах. А в середине марта в интернете появилось видео, на котором группа неизвестных закапывает голову свиньи на месте планируемой стройки.

Наконец в начале апреля мэр Москвы Сергей Собянин заявил: мечеть у Святого озера строить не будут. Для нее выделят участок возле станции метро «Косино», значительно дальше от водоема.

С одной стороны, религиозное помещение не помешает жителям близлежащих домов. С другой – будет находиться в хорошей транспортной доступности, объяснял столичный градоначальник. Участок вокруг мечети благоустроят. Он останется доступным для всех – так же, как и скверы перед православными храмами. В заключение мэр напомнил, что Москва – многонациональный и многоконфессиональный город, который всегда жил и будет жить в мире и согласии.

Но как раз к согласию в вопросах религиозных построек прийти сложнее всего. Еще лет 15 назад мусульмане совершали намазы прямо во дворах жилых домов. На Курбан-байрам приносили в жертву баранов. Теперь подобные случаи редкость, духовенство призывает верующих не молиться где им вздумается. Но подходящих для этого мест не так много.

Каждый десятый – мусульманин

По данным Совета муфтиев России, 10% населения Московской области составляют татары, башкиры, казахи, таджики, чеченцы и представители еще 30 народностей, исповедующих ислам. Кроме того, ежегодно в Подмосковье становится примерно на тысячу мусульман больше.

Неподалеку от столицы существует минимум три десятка молельных домов. Под них можно выкупать или арендовать помещения на территории офисных центров, в промышленных зонах или в хозяйственных пристройках. Именно в такие заведения в последнее время участились рейды правоохранительных органов. Полицейские объясняют, что делают это с целью выявления незаконного пребывания мигрантов. В тех же Котельниках, например, последние проверки выявили десятки нелегалов, их выдворят из России.

«Однако неясно, почему эти действия совершаются именно в момент пятничных молитв. Мы против нарушения законов, в том числе незаконного у нас пребывания отдельных лиц. Но проверки можно провести до или после намаза», – объяснял возмущение мусульман первый зампред Совета муфтиев России (СМР), муфтий Московской области Рушан Аббясов.

Действия правоохранителей раскритиковали глава Чечни Рамзан Кадыров и глава Дагестана Сергей Меликов. Они назвали такие рейды «провокацией в тылу с целью расшатать прочный фундамент межнационального мира» и нарушением прав мусульман.

Главе Чечни при этом не понравились и ответные действия некоторых мусульман. Днем 21 июля после джума-намаза (пятничной молитвы) несколько десятков молодых людей прошли от мечети, расположенной по Большой Татарской улице в Москве, далее по Замоскворечью, выкрикивая: «Аллаху акбар». Так они протестовали против рейдов. Во время коллективного намаза имам на проповеди пытался остудить их пыл, но тщетно.

«Верующих, конечно, сильно раздражают рейды силовиков, все эти «маски-шоу». И задевает то, что с последователями других религий так жестко не поступают», – говорит собеседник «Профиля» в одном из муфтиятов.

Четыре на сотни тысяч

На один из двух главных праздников ислама Ураза-байрам даже Соборная мечеть Москвы – одна из крупнейших в стране – не способна вместить всех желающих. Очередь на вход занимают еще ночью. К шести утра на улицах около мечети не протолкнуться. Окрестные переулки заполняют толпы верующих.

Сотрудникам правоохранительных органов в такие праздники помогают около полусотни волонтеров. Власти перекрывают движение автотранспорта, ближайшие станции метро работают только на выход.

В столице есть еще три мечети: Мемориальная на Поклонной горе, Историческая в Татарском переулке и мечеть «Ярдям» в Отрадном. Плюс по праздникам организуют три дополнительные площадки для молитв в Бутово, Сокольниках и Братеево. Но мусульманам этого мало. В Москве, по оценкам мэрии, около 300 тысяч молящихся по праздникам.

В Московской области всего восемь мечетей с минаретами, остальные – либо молельни, либо мусульманские центры, здания под которые выкупают или арендуют общины. На этих площадках молятся более 100 тысяч человек.

Нехватка мечетей, как отмечают в Совете муфтиев России, проблема общая для многих регионов. Мигрантов меньше не становится, а некоторые легализуются и получают российское гражданство. Новые молельни в крупных городах облегчили бы организацию праздников и предотвратили нелегальные массовые намазы, считают муфтии.

Сегодня в России, по данным Духовного управления мусульман (ДУМ), порядка семи тысяч официально зарегистрированных мечетей. Есть еще молельные помещения, о которых верующие не сообщают в Минюст. Такого количества не было даже в Российской империи.

В советский период действовали всего несколько десятков молелен, в основном в Средней Азии. После распада СССР в традиционных мусульманских регионах начали возводить новые мечети. Сейчас их больше всего в Дагестане (почти три тысячи) и Татарстане (свыше полутора тысяч). В других регионах в основном восстанавливали дореволюционные здания.

Все исторические мечети вне кавказского ареала (или татарские, как их называли до начала ХХ века) уже отреставрированы или в процессе реконструкции. Это Нижегородская, Новосибирская, Пермская, Тверская, Читинская, Ярославская соборные мечети, Новая мечеть Касимова, две московские.

Религия новых россиян

Тем не менее, по словам мусульманского духовенства, молелен недостаточно. Сейчас приоритетная задача – строительство мечетей в городах-миллионниках, где нехватка мусульманской инфраструктуры ощущается особенно остро. Среди них Владивосток, Волгоград, Воронеж, Екатеринбург, Калининград, Липецк, Сочи, Ростов-на-Дону.

Сколько в России последователей ислама, подсчитать непросто. По оценкам муфтиятов, свыше 25 миллионов. Данные переписи населения 2002 года иные – около 15 миллионов. К переписи 2020-го численность российской уммы (религиозной общины в исламе) номинально не изменилась.

Глава Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин уверен, что в ближайшие 15 лет мусульманином будет уже каждый третий житель страны. Первый заместитель председателя ДУМ Дамир Мухетдинов отметил, что, по оценке некоторых экспертов, к 2050 году доля мусульман в РФ может достигнуть 50%.

И это только российские граждане. А ведь есть еще трудовые мигранты из стран Средней Азии – по разным оценкам, 8–10 миллионов человек. Их численность, по всей видимости, тоже будет расти и дальше. «Якобы по опросам ВЦИОМ всего 7% заявили о том, что они мусульмане. Лукавые цифры! Вы можете говорить, что это всего лишь киргизы-узбеки-таджики, у которых «их» гражданство. А через года два это уже граждане РФ», – заявлял Мухетдинов еще в 2019 году.

Однако строительство новых мечетей зависит не только от численности прихожан. Как поясняют в российской умме, сложности начинаются еще до их возведения. И дело не только в нежелании жителей мириться с новыми религиозными зданиями или исламофобии. Проблемы возникают даже тогда, когда принципиальное решение о строительстве уже принято.

Например, мусульмане в Саратове долгие годы жаловались на нехватку молелен – их в городе всего две, а верующих около 90 тысяч. В прошлом году община попросила губернатора выделить землю на территории бывшего аэропорта Саратов-Центральный. В местном муфтияте уверяют, что проект предусматривал бы и строительство православного храма. Но участок не одобрили. Вместо этого верующим предложили построить культовое здание на окраине.

Выбор места, как правило, и становится камнем преткновения. Муфтияты нередко просят возвести мечеть в центре города, а на обжитой исторической территории всегда очень сложно найти подходящий участок. Да и на общественных слушаниях такие варианты не проходят. Даже если власти выступают за стройку, жители чаще всего против.

Проблема изнутри

Нехватка мечетей в стране, как поясняют исламоведы, обусловлена еще и противоречиями в мусульманской общине. Дело в том, что российская умма довольно пестрая. Прежде всего этнически: ислам исповедуют представители десятков национальностей, говорящие на разных языках. Как следствие, верующие нередко замыкаются в своем кругу, прежде всего в крупных городах.

Кроме того, мусульманская религия разнообразна и с точки зрения вероучения. Российская умма в основном исповедует суннизм. Но, в отличие от многих стран, не придерживается единой богословско-правовой школы – мазхаба. В стране широко представлены два направления – ханафитский (Поволжье, большая часть Северного Кавказа) и шафиитский (Чечня, Ингушетия, некоторые районы Дагестана).

По числу последователей ислам занимает в России второе место после православия. Его, по данным ВЦИОМ, исповедуют 5% граждан. Однако, в отличие от христиан, у мусульман нет единой иерархической структуры, подобной Русской православной церкви (РПЦ). «Так сложилось исторически. Вообще ислам – религия мнений, а их может быть очень много. Поэтому сложно представить себе, чтобы умма, особенно такая пестрая, как в России, была представлена одной организацией», – поясняет исламовед Ахмет Ярлыкапов.

По данным Федерального агентства по делам национальностей, в стране действует свыше 80 муфтиятов. Из них на общефедеральном уровне представлены три: Центральное духовное управление мусульман (ЦДУМ) во главе с муфтием Талгатом Таджуддином, ДУМ во главе с муфтием Равилем Гайнутдином и Духовное собрание мусульман России с муфтием Альбиром Кргановым. При этом по числу молелен эти организации уступают влиятельным региональным муфтиятам – Татарстану, Чечне и Дагестану.

Нет в исламе и четкой иерархии. Поэтому каждая община вправе сама решать, в какую юрисдикцию перейти. Из-за этого возникают конфликты. Как отмечает в беседе с «Профилем» один из региональных чиновников, власти порой попросту не знают, какой именно религиозной организации согласовывать строительство мечети. Поэтому, говорит он, «проще отказать, чем влезать в их разборки». В Свердловской области, например, в какой-то момент одновременно действовали шесть муфтиятов, из-за чего строительство молелен «подвисло».

Такая разноголосица беспокоит светские власти. Слишком большое количество муфтиятов играет на руку экстремистам, а внутренние противоречия определенно мешают бороться с радикалами. Яркий пример: когда шесть лет назад несколько авторитетных муфтиев приняли фетву, называющую ваххабитов «неистинными мусульманами», не все видные исламские деятели подписали документ.

Слияние ДУМ и ЦДУМ, которое наметилось в 2015 году, могло бы положить конец раздробленности. Но не сложилось. «Конечно, можно попробовать директивно всех подружить, как это сделал французский президент Макрон, распустив Совет мусульман Франции и создав новую структуру из лояльного властям духовенства. Но последовали ли за новыми лидерами простые мусульмане? – приводит пример Ахмет Ярлыкапов. – Даже в Российской империи быстро поняли, что слить всех в единую структуру не получится. Проект по созданию в 1788 году Оренбургского магометанского духовного собрания довольно быстро признали не совсем удачным, и спустя шесть лет появился Таврический муфтият. С кавказскими мусульманами было куда сложнее: у них единая организация появилась только при СССР».

Куда эффективнее, по его мнению, повышать уровень религиозной образованности самих верующих. Но еще важнее появление по-настоящему популярных духовных авторитетов, которые будут влиять на широкую аудиторию и распространять правильные ценности.