Николай Зайцев, художественный руководитель Уральского народного хора: «Русский человек — поющий человек»
В нынешнем году Уральский народный хор отмечает восьмидесятилетний юбилей. А 29 марта в Театре Надежды Бабкиной в Москве состоится большой концерт прославленного коллектива. Собеседник «Культуры» — художественный руководитель Уральского народного хора Николай Зайцев.
— Текущий год для возглавляемого вами коллектива — особенный. И концерт в театре Надежды Бабкиной — одно из главных юбилейных событий, но, подозреваю, не единственное. Какие еще мероприятия запланированы по случаю восьмидесятилетия? И в целом, расскажите немного об истории хора.
— Уральский народный хор родился и живет на Урале, занимается сохранением песенных, танцевальных и инструментальных традиций региона. При этом важно понимать, что мы никогда не занимались реконструкцией — мы предлагаем слушателям и зрителям свое художественное видение.
Недавно были рассекречены документы, в которых написано, что в 1943 году нужно организовать ансамбль песни и пляски для пропаганды народного танца и уральской песни. И все эти восемьдесят лет хор старается с честью выполнять свою миссию. Мы берем лучшие образцы народного песенного танцевального искусства Урала и делимся ими с неравнодушными зрителями. Базируемся мы в Екатеринбурге, но в наш репертуар также входит творчество Свердловской, Челябинской, Курганской областей, Пермского края и так далее.
При этом хор значительное внимание уделяет исполнению и авторских произведений, написанных в народном стиле. Так было всегда, и с момента первого большого московского выступления — а было это в 1947 году, — мы стараемся регулярно навещать столицу. Ну а в этом году сам Бог велел: как-никак восемьдесят лет — дата солидная и знаковая.
Конечно, сейчас технологии позволяют ознакомиться с творчеством хора и на расстоянии, по интернету, но это все равно никогда не заменит живого звучания и общения. И к концерту в театре Надежды Бабкиной мы подходим очень ответственно, хотим показать программу, в которой прозвучит многое из того, что было создано хором за последние пять лет — именно столько времени прошло с момента нашего последнего крупного выступления в Москве.
Помимо новинок, которыми изрядно пополнился наш репертуар за истекший отрезок времени, само собой, прозвучат и лучшие образцы, своего рода «визитные карточки», которые на протяжении всей истории коллектива никогда его программу не покидали. Лирическая песня «Под окном черемуха колышется», «Свердловский вальс», «Уральская рябинушка» (эта песня, кстати, является мировым шлягером, поскольку исполняется на тридцати языках), кадрильная пляска «Семёра» — эти и многие другие вещи являются лицом Уральского народного хора, тем, что отличает его от других народных коллективов. Ибо все, что создается в нашем хоре, создается только здесь, и нигде более...
Помимо большого столичного выступления 29 марта, мы в рамках юбилейных празднований планируем посетить Ярославскую область, затем выступим в Калужской и Владимирской филармониях, в городах Поволжья. Само собой, постоянно будут проходить мероприятия в нашем родном Екатеринбурге. Также в рамках гастрольно-концертной программы «Мы — Россия», где лучшим национальным коллективам нашей страны предоставляется возможность показать свое искусство, выступим на далеком Заполярном Севере. Приедем и в Карелию, где, кстати, Уральский народный хор в своей современной истории не был никогда. А кульминацией всего юбилея станет масштабная программа, которая будет показана в конце года — 23 ноября в Екатеринбурге.
— Существует ли в вашем коллективе такое понятие как репертуарная политика, и если да, то чем и как она определяется?
— Несомненно. Для коллективов, работающих в народном жанре — и Уральский хор здесь не исключение, — это вообще один из главных вопросов. Здесь важно правильно расставить акценты. Многие когда слышат словосочетание «народный хор», полагают: «А, это когда кто-то что-то поет». Не совсем так. Ведь в Уральском народном хоре есть три основные группы: хоровая, танцевальная и оркестровая.
И все эти группы тесно взаимосвязаны между собой. То есть, если существует некая плясовая песня, это вовсе не означает, что один поет, другой танцует, а третий играет. Настоящий народный исполнитель и поет, и танцует и может себе саккомпанировать — это универсальный артист. Исходя из этого, мы и стараемся подбирать репертуар. Который должен основываться и на просвещении, и в то же время быть актуальным для современного слушателя...
Основа нашей репертуарной политики такова: мы выбираем лучшие образцы народно-песенного жанра в разных направлениях (проголосные песни, плясовые, лирические, романсы, песни календарно-земледельческого цикла и так далее), с учетом исполнительских особенностей Уральского народного хора. А наш коллектив — это не просто классическое хоровое построение, где есть первые, вторые сопрано и так далее.
Нет, Уральский хор был создан как подлинный народный ансамбль смешанных голосов. То есть просто верхние и нижние женские и мужские голоса. Кстати, басов, в общепринятом понимании этого термина, у нас вообще нет. Традиционному народному искусству очень низкие голоса не свойственны — возможно, за исключением казачьих песенных традиций. И поем мы не по партиям, а по росту — так исторически сложилось. И диапазон у наших певцов не настолько широкий, как у классических академических коллективов.
Повторюсь, заметное место в нашем репертуаре составляют авторские сочинения, созданные в народной певческой манере. У таких известных песен, написанных специально под Уральский народный хор, как «Белым снегом», «Куда бежишь, тропинка милая», «Едут новоселы», очень простая и понятная большинству мелодика. И мы продолжаем развиваться в этом направлении.
Знаете, особенно бывает приятно, когда песня, без всякой рекламной раскрутки, преодолевая все информационные препоны, находит свою дорогу к широкому слушателю. Несколько лет назад мы создали новое произведение «Пока плачет Богородица», музыку к которой написал Юрий Воронищев, а слова — Андрей Расторгуев (это наши местные авторы). Так вот эта вещь настолько трогает людей, задевает за живое, что никакая дополнительная пиар-поддержка ей не требуется.
Русский человек — это поющий человек. Мне постоянно присылают различные варианты исполнения «Богородицы» — из Костромы, Ставрополя, Ростова-на-Дону, из Московской области, Поволжья. Пусть где-то поменяли пару строк, где-то чуть-чуть изменили мелодически, но видно, как буквально на глазах эта композиция обрастает народностью. Из чего, видимо, следует, что по-настоящему талантливая песня ни в какой рекламе не нуждается.
И еще, что касается сложности репертуарной политики... Я не всегда могу взять в работу то, чего бы мне хотелось с сугубо профессиональной точки зрения. Я прежде всего должен думать о зрителе, а он — далеко не всегда профессионально подготовлен. Как правило, это обычный слушатель, который, придя на концерт, должен за полтора часа, что длится действо, познакомиться с народным искусством, осознать его, обогатиться им.
Помимо всего прочего, важно не только создать — нужно еще знать, как продать. Культурный продукт, давайте не будем лукавить, мы должны продавать. В советское время главным продюсером, покупателем и заказчиком было государство. И это правильно, потому что народное искусство, несмотря на то что оно народное, все же далеко не всегда легко для восприятия. С ним необходимо знакомить. Это не какие-то дешевые чипсы, которые просит ребенок. Искусство — сродни витаминам, их надо заставлять принимать. Возможно, поначалу малыш будет капризничать, если вы его будете потчевать капустой брокколи, зато потом, повзрослев, он вам спасибо скажет. А чипсы его заставлять есть не надо — но после придется лечиться от неуемного их потребления.
— Работа художественного руководителя большого творческого коллектива — не только почетная, но и ответственная миссия. Что самое интересное в вашей профессии и что — самое проблематичное?
— Хороший вопрос. Вы знаете, мне его еще никто не задавал, а ведь здесь и в самом деле есть над чем задуматься. Действительно: роль художественного руководителя в народном хоре — что это? Я, откровенно говоря, до сих пор толком не знаю. Примерно об этом я спрашивал таких «мастодонтов» как Александра Андреевна Пермякова, Виктор Гаврилович Захарченко, Светлана Конопьяновна Игнатьева — художественные руководители Хора имени Пятницкого, Кубанского казачьего хора и Северного хора соответственно. На что они только пожимали плечами, никто не смог дать точного ответа.
Но я думаю так. Вот представьте: каждый день рядом с тобой коллектив из семидесяти человек. И ты должен не просто прийти — тебе необходимо что-то дать, дабы потом получить взамен. Художественный руководитель — это мозговой центр. Рядом с тобой есть хормейстеры, балетмейстеры, дирижеры, костюмеры, художники... Но чтобы вся эта «машина» работала слаженно, как раз-таки и необходим худрук. Он должен принимать живейшее участие в создании любого произведения, любого образа, и в итоге последнее слово остается за ним.
У каждого участника коллектива может быть свое мнение, но все же мнение художественного руководителя — это основа. Потому что в конечном итоге, после того как произведение выходит на сцену, главная ответственность — будь то за успех или провал — ложится на плечи худрука. Конечно, его работа не всегда видна, ведь этот человек не всегда публичен и известен.
Но самое главное даже не в этом. Мне однажды старшие товарищи объяснили: зачем ты, мол, так сильно волнуешься, ведь ты же все равно ничего не сможешь изменить. И в самом деле: во время репетиций, на этапе подготовки концерта ты ставишь определенные задачи, ты можешь просить, порой даже требовать, но когда началось выступление — от тебя уже ничего не зависит. Когда ты сам стоишь на сцене, все в известном смысле гораздо проще.
А я знаю о чем говорю, потому что в течение семи лет выходил на сцену в качестве ведущего солиста Хора имени Пятницкого. Так вот тогда я знал меру своей ответственности, мог сам себя контролировать. А сейчас, сидя в зале и наблюдая за выступлением собственного коллектива, если не дай Бог что-то пойдет не так, я уже поделать ничего не смогу. Так что это довольно нервная работа (Улыбается).
— Какими качествами должен обладать человек, дабы стать участником Уральского народного хора? Ваш коллектив — это одна большая дружная семья или все дело только в профессионализме?
— А я бы не ставил эти понятия на разные чаши весов. Профессиональные и чисто человеческие взаимоотношения вполне можно совмещать. Тем более в таком коллективе, как Уральский народный хор, где быть большой семьей — очень важно. Когда идут большие гастроли, по две-три недели, по-другому и не получается. Длительные поездки — это, говоря простым языком, проверка на вшивость. Особенно для молодых артистов.
Успех, неудачи, загруженность, какие-то бытовые неурядицы — на всех это действует по-разному. Но когда-ты выходишь на сцену, то просто обязан показать себя профессионалом. Потому что мы профессиональный коллектив. Мне нравятся любительские коллективы, различные творческие объединения, но это все же несколько другой уровень. Говорю безо всякого снисхождения — просто он несколько иной. Я же занимаюсь профессиональным искусством, всю жизнь обучался этому.
А профессиональное искусство — это когда ты выходишь на сцену, никто не должен заметить, какие у тебя личные проблемы. Устал ты, не устал и так далее — неважно. Зритель пришел на твой концерт, пришел для того, чтобы погрузиться в тот мир, который ты будешь показывать. И ты не имеешь права разочаровывать своего зрителя.
Чтобы попасть в Уральский народный хор, необходимо просто обладать талантом, как бы банально это ни звучало. Хотя и профессиональное образование более чем желательно. Потому что если певцы-самородки и встречаются, то инструментальным и танцевальным искусством ты должен овладеть. Вообще, наш коллектив — это такая большая деревня, где есть свои законы и присущие только ей характерные особенности. Но если человек талантлив, обладает определенными навыками и при этом трудолюбив — для него у нас двери всегда открыты. Ну а я уже потом погляжу, годишься ты для Уральского народного хора или нет (Смеется).
Фотографии предоставлены пресс-службой Уральского народного хора.