На суде в Ростове выяснили, как чиновники принимали у «Т-Транса» Западную хорду

Стало известно, как именно в Министерстве транспорта принимали Западную хорду у скандального подрядчика «Т-Транс», который ее построил. Западная хорда — новая дорога, которая соединяет трассу Новороссия и Западный мост через реку Дон в районе Кумженской рощи. Она проходит за Левенцовкой, дублируя улицу Малиновского, чтобы разгрузить ее. Движение по первому пятикилометровому участку хорды запустили в октябре 2024 года. На открытии присутствовал действующий тогда губернатор — Василий Голубев. Однако он покинул пост спустя неделю, 4 ноября. Его заместитель — министр транспорта Виталий Кушнарев через месяц после открытия Западной хорды стал фигурантом уголовного дела о крупной взятке. Директор «Т-Транса» Николай Селезнев заявил, что чиновник требовал 95 миллионов рублей. Бизнесмен стал сотрудничать с ФСБ и помог взять госслужащего с поличным, когда передал ему пакеты с деньгами. Из 27 миллионов, о которых они договорились, настоящими там были только два. Сам Виталий Кушнарев утверждал, что между ним и директором «Т-Транса» были договоренности. Это он упоминал во время разговоров, записанных на диктофон Селезневым. — У нас есть договоренности, есть долги. Какая разница, куда их отдавать? Все равно их придется давать, — цитировал на одном из заседаний Виталия Кушнарева прокурор. — Вам какая разница: футбол — не футбол? Остались деньги — я их на футбол перечислил, я тебе платежку показать могу. Сейчас приду к Юрию Борисовичу и скажу: «Что мне делать?» Он мне скажет: «Собирай деньги на выборы», условно говоря, я не знаю, это уже мои вопросы, внутренние. В любом случае нужно сейчас собрать сумму, потому что текущие дела надо закрывать. Как принимают работы по объектам в Минтрансе На заседание 19 мая в суд вызвали трех чиновников из Минтранса в качестве свидетелей. Первым из них допросили начальника управления строительства и реконструкции автомобильных дорог Петра Позднякова. Прокурор и сторона защиты задавали вопросы касательно приема акта выполненных работ. По словам свидетеля, планерки по работам на Западной хорде проходили как минимум раз в неделю с выездом на объект. — Мы это обсуждали регулярно и на внутренних планерках, и на объектах, — рассказал Петр Поздняков. — Кушнарев присутствовал на этих планерках, был в курсе госконтрактов. — Конечно, на каждой планерке обсуждались вопросы, в том числе и со сроками, и с качеством работ. На это всегда обращалось внимание. — Каким образом Минтранспорта осуществлялась приемка работ по госконтрактам? — уточнила адвокат Юлия Аксенова. — Вообще эта процедура идет на постоянной основе по мере выполнения строительно-монтажных работ. На объекте постоянно присутствуют представители строительного контроля, которые следят за качеством работ, производят освидетельствование работ подписанием актов. По мере готовности работ подрядная организация и стройконтроль вызывают наших представителей — кураторов закрепленных, которые подписывают акты выполненных работ, — пояснил свидетель. Далее, отметил Поздняков, при формировании законченного этапа работ подрядчик составляет акт выполненных работ, который по последним контрактам загружается в электронную систему ЕИС. На его рассмотрение и принятие решения об оплате или отказа в приемке дается 20 календарных дней. Как позже добавит замминистра транспорта Дмитрий Евтеев, объем работы для проверки очень большой. Со стороны Минтранса акты подписывает начальник управления строительства и реконструкции дорог — Поздняков, начальник отдела контроля и качества, а также закрепленный куратор из отдела контроля и качества, представители организации, которая осуществляет строительный контроль. Сам министр транспорта не имел полномочий подписывать акты работ. — После проверки актов выполненных работ на предмет соответствия качества и наличия всех документов нами в электронном виде в системе госзакупок подписываются акты выполненных работ, после чего нами же внутри министерства направляются документы для оплаты в бухгалтерию, — пояснил Петр Поздняков. Те же самые вопросы были и к начальнику отдела контроля качества и координации строительных работ Максиму Дьяченко, и к замминистра транспорта Ростовской области Дмитрию Евтееву. Оба чиновника отвечали примерно то же самое. Кроме того, все трое отрицательно ответили на вопросы о том, поступали ли указания от Кушнарева или его заместителей в октябре–ноябре 2024 года не подписывать или затягивать приемку работ от организации «Т-Транс». — Нет, у нас установлены сроки контрактом и законом. И все знают, что за просрочку этих обязательств, нас же и штрафуют, вплоть до дисквалификации, — добавил замминистра транспорта Дмитрий Евтеев. Какие проблемы возникли с «Т-Трансом» В ходе строительства Западной хорды выяснилось, что придется вносить изменения в проект. Многие решения уточнялись и отправлялись на повторную проверку экспертизы. — Если проект не откорректирован и нет положительного заключения экспертизы, имеются ли основания у Минтранса производить оплату выполненных работ по этому проекту? — спросил Кушнарев у Дьяченко. — Нет, конечно, — заявил последний. Подробнее о корректировках рассказал замминистра транспорта Дмитрий Евтеев. Очевидно, в силу должности он был больше осведомлен в этом деле. Именно он возглавлял приемочную и рабочую комиссии готового исполненного госконтракта. Чиновник пояснил, что для таких объектов как Западная хорда вносить изменения в проектную документацию — совершенно нормально. — В части ЛЭП были принципиальные изменения, я не могу сказать по датам, когда они отправлялись на повторную экспертизу, но я не готов сказать, что это октябрь–ноябрь. Дело в том, что на этапе проектирования были выданы технические условия, по которым готовился проект. В ходе реализации обратились за продлением этих технических условий, а в итоге получили отказ и новые техусловия, — рассказал замминистра. Все это выполнялось согласно градостроительному кодексу и ГОСТам. — Пока не получили заключение экспертизы, оплаты работ могут производиться? — уточнили в суде. — Нет, до внесения изменения в проектную документацию, составления новой сметы контракта с учетом положительной повторной оценки — экспертизы о достоверности сметной стоимости, не может быть создано и подписано соответствующее допсоглашение, а значит, таких пунктов просто нет в действующей версии контракта, — рассказал Евтеев. Полномочий — нет Свидетель, отвечая на вопросы, также отметил, что у Кушнарева не было полномочий влиять на заключение экспертизы. А пока решения по ней нет, повлиять на оплату работ тоже нельзя. Из этих показаний можно предположить, что затягивать приемку выполненных работ и оплату госконтракта было невыгодно в первую очередь самому министерству транспорта. А потому слова Селезнева о том, что Кушнарев связывал приемку работ напрямую с необходимостью передачи ему денег, звучат нелогично. Наверняка опытный подрядчик, активно работающий с правительством региона не первый год, знал, как именно проходят проверку документы и каким образом оплачивают контракт. Три чиновника перед судом свидетельствовали о том, что ни у кого из Минтранса нет полномочий как-то затягивать или создавать другие сложности в процедуре принятия работ. А значит, и Кушнарев не мог повлиять на этот процесс, если вся документация прошла экспертизы и была подгружена в соответствующую электронную систему. Очевидно, если бы чиновники безосновательно тянули с приемкой или оплатой, к ним уже возникли бы вопросы. Однако данных о таких нарушениях в суде пока не обсуждали.