В Смоленской области увеличилось количество мест в исправительном центре для осужденных
На территории бывшей сафоновской колонии теперь одновременно могут проживать сто семнадцать человек
Уже пять лет в России как альтернатива лишению свободы применяется уголовное наказание в виде принудительных работ. С 2017 года на территории страны создаются специальные исправительные центры, в которых осужденные работают и социализируются. Одним из первых в Российской Федерации стало учреждение в Смоленской области.
Находится оно в Сафоновском районе в деревне Анохово. Ранее здесь была сафоновская колония общего режима №1, но в 2021 году учреждение ликвидировали. Корреспондент SmolNarod побывал в особом месте, которое для одних осужденных может стать наказанием, а для других — поощрением.
До исправительного учреждения в Сафоновском районе от Смоленска всего около часа пути. В центре размещались 15 женщин и 42 мужчины, которые нарушили закон и встали на путь исправления. Все они прибыли из разных регионов страны — Твери, Брянска, Смоленска. Основные статьи, за которые люди отбывают наказание, — это сбыт (производство, пересылка) наркотиков или кражи. Теперь, когда открылось новое общежитие для осужденных мужского пола, число находящихся в центре на пути исправления увеличится на 60 человек. До этого отбывающие здесь наказание жили в одном здании, разделенном на зоны: на первом этаже женщины, на втором — мужчины.
Об открытии центра подробнее рассказал начальник ИЦ №1 Александр Агибалов.
— Учреждение начало работу с 1 января 2017 года. Участок открылся изначально на 55 человек. За годы нашей работы очень сильно изменилось отношение предприятий к труду осужденных. Ранее работодатели относились с опаской к таким кадрам — маркер “осужденный” настораживал.
Те, кто оказался в учреждении, трудятся на 15 предприятиях в Сафоновском районе, связанных с жилищно-коммунальным хозяйством, благоустройством и уборкой территорий, сельским хозяйством, промышленным производством, металло- и деревообработкой. Работу для отбывающих наказание подбирают сотрудники УФСИН. Учитывается пол, возраст и уровень подготовки каждого человека. За свой труд осужденный получает зарплату — она не ниже установленного уровня МРОТ.
— В учреждении есть строгий распорядок дня. Подъем, утренний туалет, зарядка, завтрак. Потом осужденный отбывает на работу. После рабочего дня — ужин, а потом — свободное время и отбой. В выходные — культмассовые или спортивные мероприятия. В качестве поощрения можно провести выходной день за пределами исправительного центра, многие используют это как возможность пообщаться с родными. Но ночевать осужденному вне учреждения нельзя — им нужно вернуться в установленное время.
Осужденных проверяют на рабочем месте сотрудники УФСИН. Без внимания “подопечные” центра не остаются ни в общежитии, ни на предприятии.
Попадают в ИЦ №1 на срок от двух месяцев до пяти лет (срок может быть и больше, если принудительные работы заменили на лишение свободы). “Распределить” сюда могут по приговору из зала суда, из исправительных колоний за хорошее поведение, из уголовно-исполнительных инспекций за плохое поведение (если наказание заменили на более строгий вид).
Здесь осужденные работают, общаются, ходят в магазин и сами решают свои бытовые хлопоты: стирают, убирают, готовят. Им доступен Интернет, телевизор, сотовый телефон, деньги — все то, чего нет в исправительных колониях. Но при такой относительной свободе любой выход “в мир” согласовывается с администрацией.
Нарушать сложившийся уклад нельзя: под запретом алкоголь и, естественно, наркотики. За это можно получить более строгое наказание и покинуть исправительный центр, отправившись в колонию. Александр Агибалов не скрывает, что некоторые осужденные допускают нарушения внутреннего порядка. У проживающего здесь есть за год только “три попытки” оступиться: после сотрудники ИЦ отправляют документы в суд, и наказание заменяется на лишение свободы. За жизнью “постояльцев” бдительно следят 27 сотрудников учреждения.
Двое осужденных из исправительного центра — Дмитрий Жарков и Ирина Гаврикова — пообщались с корреспондентом SmolNarod и рассказали о своей жизни в стенах центра.
Дмитрий Жарков попал в ИЦ №1 после более строгих условий — принудительные работы для него стали мерой поощрения за примерное поведение. До этого москвич отбывал срок в исправительной колонии №6 города Рославль.
— Срок моего заключения — одиннадцать с половиной лет за незаконный оборот наркотических средств, — рассказал Дмитрий Жарков.
В центре заключенный находится уже два месяца. По прибытии в учреждение его трудоустроили, обучили профессии. Теперь Дмитрий Жарков работает штамповщиком третьего разряда на одном из предприятий района:
— На работу добираюсь на общественном транспорте. Здесь (прим.ред. — в исправительном центре), все очень близко к домашним условиям. Ко мне приезжают родственники, и мы постоянно на связи, здесь же можно пользоваться телефоном. А в свободное время я учусь готовить, потому что до этого меня кормили, а здесь приходится себя самому обслуживать.
До приговора мужчина работал слесарем в печатном издательстве. В содеянном он раскаивается и всеми силами старается встать на путь исправления, тем более что условия в учреждении этому способствуют. Наказание отбывать Дмитрию Жаркову осталось еще пять лет, два месяца и 21 день. Дома его ждет большая семья — жена и четверо детей, младшему из них 13 лет.
А вот история второй осужденной о том, как принудительные работы стали ужесточением меры наказания. Ирина Гаврикова нарушила административный надзор и прибыла сюда на срок три месяца и 20 дней по решению суда.
— Я прибыла сюда недавно, меня еще не успели трудоустроить. Но тут чисто, свежий ремонт, все, как дома.
Сама женщина родом из Рославля, но переехала жить в Москву. В столице у смолянки остался родной брат. До заключения Ирина Гаврикова работала бухгалтером 1-С, продавцом-кассиром и товароведом.
— Скорее всего, я после отбывания наказания вернусь в столицу — 18 лет там прожила. Но буду стараться строить свою жизнь иначе.
Осужденные в Сафоновском исправительном центре не живут “за решеткой”. На подоконниках одного из общежитий стоят цветы, у стен — разбита клумба. Начальник ИЦ Александр Агибалов рассказывает, что с просьбой посадить здесь растения обратились сами жители, а администрация помогла.
Наблюдение: две женщины, отбывающие наказание, спешат с покупками обратно в жилище. Глядя на них, не скажешь, что это те люди, которые когда-то имели проблемы с законом. За большим забором с колючей проволокой наверху и камерами видеонаблюдения скрывается большой двухэтажный дом с хорошим ремонтом, внутри пахнет едой, а где-то в коридоре слышны звуки телевизора.
Здесь есть все для того, чтобы пройти путь социализации после изоляции от общества: сотрудники центра помогают осужденным с документами, можно обучиться новым профессиям за счет предприятий. “Местные жители” не лишены избирательного права и могут голосовать.
Согласно исследованиям, многие жители России считают, что вид такого наказания нужен. Главная цель подобного учреждения — не отрывать от реальности осужденных, которые отбывают наказание за небольшое или средней степени тяжести нарушение закона. Есть и те, кто совершил тяжкое преступление, но впервые. И суд учитывает все обстоятельства. Такие люди не опасны для общества, могут мирно сосуществовать с другими, вне высоких заборов с колючей проволокой и приносить пользу. Ведь даже пара лет, проведенных в “местах не столь отдаленных”, могут полностью исказить восприятие мира для того, кто нарушил закон.