Рассказ о первом священнике на асбестовых рудниках (часть 2)
0
2560
Исследование провел краевед из поселка Рефтинского Юрий Сухарев.
Февральская революция – событие исторического масштаба. А.И.Чечулин так описывал происходящее на Асбестовых приисках (очевидно, использовал чьи-то воспоминания):
«3 марта 1917-го прииски узнали об отречении царя. Администраторы всполошились, устроили молебен в церкви на Поклевском, где после торжественной церемонии батюшка Георгий держал «историческую» речь:
— Вот, православные, — начал он, — бывают в жизни такие случаи, что заболевает, примерно, человек… Лечат его доктора тем и другим… Да… А больному все хуже и хуже, ничего не помогает, и приходится прибегнуть к последней мере – к операции. Вот и с нашим правительством произошло тоже самое. Получены известия, что царь отрекся от престола. То есть операция закончилась благополучно и нашу, так сказать, пользу, а главное, совершенно бескровно…»
Такое отношение к крушению монархии было типичным в среде духовенства, выражалось официально на собраниях духовенства епархии и поддерживалось Синодом. Единственный человек в епархии, кто сказал: «Умрем за Царя!» — это епископ Серафим, недавний гость Асбестовых копей. И тот, под угрозой ареста, вынужден был осадить назад.
Исходя из этого, изображение о. Азрякова главарем черносотенцев, встречающих колчаковский отряд «со старорежимными знаменами», как это показано в книге А.И.Чечулина, представляется художественным вымыслом. После 1905 г Церковь поддерживала Союз русского народа («черносотенцев»). Однако к 1917 г эта организация сошла на нет, а Временным правительством после февраля 1917 г и совсем запрещена. Тем более странно было бы видеть Союз русского народа на Асбестовых приисках, где все хозяева и управленцы были инородцами, против которых и был нацелен Союз. Для о. Азрякова эти инородцы были благодетелями, построившими для православных храм, а дом — для него лично. Не поднял бы о. Георгий на приисках знамя национализма…
Только через полтора года после освящения Успенская церковь получила официальное признание. «Указом Святейшего Синода, от 22 Апреля 1917 г., за № 3681 дано знать о том, что при Успенской церкви на асбестовых рудниках открыт самостоятельный приход с причтом в составе священника, диакона и псаломщика, с тем, чтобы содержание причта новооткрытого прихода относилось на местные средства».
Лишь после этого утвержден в должности штатного священника при церкви Асбестовских рудников священник Г. Азряков, 25 мая 1917 года. С 17 апреля этого года в составе причта прибавился диакон Фирсов Иоанн.
В 1917 году численность населения приисков резко сократилась. Это видно по метрической книге: родилось м.п. 55 и ж.п. 50; браков 9; умерло м.п. 35 и ж.п. 41, более всего до 1 года — м.п. 11 и ж.п. 17; от 1 года до 5 лет — м.п. 8 и ж.п. 6. Более всего от врожденной слабости — 12; поноса — 11; коклюша — 6; нечастных случаев — 5.
Священник Успенской церкви и ее прихожане следовали призывам епархиального собрания духовенства и жертвовали на нужды Родины. С 16 июня по 1 июля 1917 г в образованную съездом комиссию поступило 30 рублей от прихожан церкви Асбестовых копей.
Но нужды Родины все возрастали. Гражданская война. В июле 1918 г Советскую власть на Асбестовых рудниках сменила власть Сибирского правительства. Копи не стали ареной боев, удобно расположившись между актуальными для войск направлениями Екатеринбург – Реж и Богданович-Егоршино. Лишь случайные отряды и одиночные всадники появлялись здесь, настороженно осматриваясь.
Колчаковская команда на копях присутствовала. Были аресты красных активистов, расстрелы. Причастность к этому священника Азрякова никакого подтверждения не имеет. В январе 1919 г иерей Азряков Георгий Ермолаевич становится священником 46-го Исетского стрелкового полка.
А в июле 1919 г Средний Урал вновь стал красным. Возвращению Красной Армии предшествовало массовое бегство (иногда это происходило в форме организованной эвакуации) духовенства, купечества, интеллигенции. Часть беженцев поскиталась по Сибири и вернулась, часть там осела, часть ушла в Манчжурию.
Азряковы Асбестовые копи не покинули. До конца года о. Георгий крестил, венчал, отпевал…
До 1920 г следить за деятельностью Георгия Азрякова нам помогала метрическая книга церкви. С 27 января 1920 г церковные записи прерываются, и примерно с 5 февраля в метрической книге идут записи сельсовета или ЗАГСа о рождении. Рудник называется: Государственный Асбестовский рудник Баженовского района Екатеринбургского уезда.
Возможно это стало одним из сигналов, заставивших Георгия Ермолаевича круто изменить свою жизнь. В ГАСО в фонде Государственных асбестовых копей есть запись от 20. 09. 1920 г. В списке трудообязанных: Азрякова Лидия Алексеевна 38 лет — домохозяйка, Азряков Георгий Ермолаевич 40 лет — делопроизводитель.
Каким образом Георгий Азряков расстался со священным саном («саморасстрижением», выходом за штат или на покой) мы не знаем.
22 мая 1922 г производилось изъятие церковных ценностей Успенской церкви с указанием веса и стоимости драгметаллов. Были изъяты дарохранительница серебряная позолоченная, Евангелие большое в серебряной оправе с позолотой, два серебряных креста, серебряный потир с дискосом, звездицей, лжицей и двумя тарелочками. Некоторые другие предметы включены в акт, но до поры оставлены в храме. Акт составлен при участии нового священника копей о. Александра Троицкого и «специалиста по определению металлов тов. Азрякова».
Между тем семья Азряковых проживала в Асбесте как минимум до 1930 г. В этот год Людмила Георгиевна Азрякова окончила здесь школу и, вместе с подругой Лидией Григорьевной Бакуевой, пытались поступить в Свердловский индустриальный институт. Это им не удалось. Причина – не пролетарское происхождение.
Статья представлена на III Чечулинских краеведческих чтениях, г. Асбест, 22.09.2022 г
Источник
Февральская революция – событие исторического масштаба. А.И.Чечулин так описывал происходящее на Асбестовых приисках (очевидно, использовал чьи-то воспоминания):
«3 марта 1917-го прииски узнали об отречении царя. Администраторы всполошились, устроили молебен в церкви на Поклевском, где после торжественной церемонии батюшка Георгий держал «историческую» речь:
— Вот, православные, — начал он, — бывают в жизни такие случаи, что заболевает, примерно, человек… Лечат его доктора тем и другим… Да… А больному все хуже и хуже, ничего не помогает, и приходится прибегнуть к последней мере – к операции. Вот и с нашим правительством произошло тоже самое. Получены известия, что царь отрекся от престола. То есть операция закончилась благополучно и нашу, так сказать, пользу, а главное, совершенно бескровно…»
Такое отношение к крушению монархии было типичным в среде духовенства, выражалось официально на собраниях духовенства епархии и поддерживалось Синодом. Единственный человек в епархии, кто сказал: «Умрем за Царя!» — это епископ Серафим, недавний гость Асбестовых копей. И тот, под угрозой ареста, вынужден был осадить назад.
Исходя из этого, изображение о. Азрякова главарем черносотенцев, встречающих колчаковский отряд «со старорежимными знаменами», как это показано в книге А.И.Чечулина, представляется художественным вымыслом. После 1905 г Церковь поддерживала Союз русского народа («черносотенцев»). Однако к 1917 г эта организация сошла на нет, а Временным правительством после февраля 1917 г и совсем запрещена. Тем более странно было бы видеть Союз русского народа на Асбестовых приисках, где все хозяева и управленцы были инородцами, против которых и был нацелен Союз. Для о. Азрякова эти инородцы были благодетелями, построившими для православных храм, а дом — для него лично. Не поднял бы о. Георгий на приисках знамя национализма…
Только через полтора года после освящения Успенская церковь получила официальное признание. «Указом Святейшего Синода, от 22 Апреля 1917 г., за № 3681 дано знать о том, что при Успенской церкви на асбестовых рудниках открыт самостоятельный приход с причтом в составе священника, диакона и псаломщика, с тем, чтобы содержание причта новооткрытого прихода относилось на местные средства».
Лишь после этого утвержден в должности штатного священника при церкви Асбестовских рудников священник Г. Азряков, 25 мая 1917 года. С 17 апреля этого года в составе причта прибавился диакон Фирсов Иоанн.
В 1917 году численность населения приисков резко сократилась. Это видно по метрической книге: родилось м.п. 55 и ж.п. 50; браков 9; умерло м.п. 35 и ж.п. 41, более всего до 1 года — м.п. 11 и ж.п. 17; от 1 года до 5 лет — м.п. 8 и ж.п. 6. Более всего от врожденной слабости — 12; поноса — 11; коклюша — 6; нечастных случаев — 5.
Священник Успенской церкви и ее прихожане следовали призывам епархиального собрания духовенства и жертвовали на нужды Родины. С 16 июня по 1 июля 1917 г в образованную съездом комиссию поступило 30 рублей от прихожан церкви Асбестовых копей.
Но нужды Родины все возрастали. Гражданская война. В июле 1918 г Советскую власть на Асбестовых рудниках сменила власть Сибирского правительства. Копи не стали ареной боев, удобно расположившись между актуальными для войск направлениями Екатеринбург – Реж и Богданович-Егоршино. Лишь случайные отряды и одиночные всадники появлялись здесь, настороженно осматриваясь.
Колчаковская команда на копях присутствовала. Были аресты красных активистов, расстрелы. Причастность к этому священника Азрякова никакого подтверждения не имеет. В январе 1919 г иерей Азряков Георгий Ермолаевич становится священником 46-го Исетского стрелкового полка.
А в июле 1919 г Средний Урал вновь стал красным. Возвращению Красной Армии предшествовало массовое бегство (иногда это происходило в форме организованной эвакуации) духовенства, купечества, интеллигенции. Часть беженцев поскиталась по Сибири и вернулась, часть там осела, часть ушла в Манчжурию.
Азряковы Асбестовые копи не покинули. До конца года о. Георгий крестил, венчал, отпевал…
До 1920 г следить за деятельностью Георгия Азрякова нам помогала метрическая книга церкви. С 27 января 1920 г церковные записи прерываются, и примерно с 5 февраля в метрической книге идут записи сельсовета или ЗАГСа о рождении. Рудник называется: Государственный Асбестовский рудник Баженовского района Екатеринбургского уезда.
Возможно это стало одним из сигналов, заставивших Георгия Ермолаевича круто изменить свою жизнь. В ГАСО в фонде Государственных асбестовых копей есть запись от 20. 09. 1920 г. В списке трудообязанных: Азрякова Лидия Алексеевна 38 лет — домохозяйка, Азряков Георгий Ермолаевич 40 лет — делопроизводитель.
Каким образом Георгий Азряков расстался со священным саном («саморасстрижением», выходом за штат или на покой) мы не знаем.
22 мая 1922 г производилось изъятие церковных ценностей Успенской церкви с указанием веса и стоимости драгметаллов. Были изъяты дарохранительница серебряная позолоченная, Евангелие большое в серебряной оправе с позолотой, два серебряных креста, серебряный потир с дискосом, звездицей, лжицей и двумя тарелочками. Некоторые другие предметы включены в акт, но до поры оставлены в храме. Акт составлен при участии нового священника копей о. Александра Троицкого и «специалиста по определению металлов тов. Азрякова».
Между тем семья Азряковых проживала в Асбесте как минимум до 1930 г. В этот год Людмила Георгиевна Азрякова окончила здесь школу и, вместе с подругой Лидией Григорьевной Бакуевой, пытались поступить в Свердловский индустриальный институт. Это им не удалось. Причина – не пролетарское происхождение.
Статья представлена на III Чечулинских краеведческих чтениях, г. Асбест, 22.09.2022 г
Источник