Как Ревда опередила всю Россию в лазерном биатлоне

1 декабря все-все члены ревдинского клуба «Старт» отметили 22 года со дня создания своей спортивной организации. Клуб создал Сергей Сенокосов, тогда инженер Нижнесергинского метизно-металлургического завода. Точнее, вначале это был клуб настольного тенниса, потом на его базе создали лазерный тир, он перерос в лазерный биатлон, и потом снова вернулись к лазерному тиру, который по своим характеристикам стал единственной разработкой в России. Исходя из этого, чем не повод поговорить с Сергеем Сенокосовым?

Но сначала разберемся с терминами, чтобы было понятнее, о чем далее идет речь. Лазертаг (от английского laser — лазер, и tag — метка) — командная военно-тактическая игра с использованием безопасного лазерного оружия и сенсоров, фиксирующих попадания. Игроки делятся на команды, им выдается лазертаг-оружие и сенсоры — жилеты и каски с датчиками.

— Сергей Федорович, давайте начнем с истории, как все это начиналось?

— Все начиналось с настольного тенниса. Нам дали возможность в подвальном помещении на Космонавтов, 8а поставить теннисные столы. Пару лет мы поиграли, потом нас попросили отсюда уйти. Два года мотались туда-сюда. У вас тоже в газете были заметки об этом. А в 2009 году я зарегистрировался как предприниматель, вернул обратно это помещение, уже официально, заключив договор с администрацией города. До той поры оно числилось при спортшколе и приносило одни убытки. Ну и в том же году появилось желание развить направление лазерного тира.

— На свои средства?

— В том числе. До этого я работал на НСММЗ инженером по связи. Как начинающий предприниматель я прошел обучение, мне выделили средства на развитие, на эти деньги закупил оборудование. Ушел в свободное плавание. Вспомнил свое детство, мне очень нравилось стрелять из пневматики в тире возле кинотеатра «Победа», еще был тир при магазине «Охотник и рыболов» на улице Азина. А о лазерном тире я узнал из интернета, в перечне оборудования. Решил совместить настольный теннис с лазерным тиром, тем более что он безопасен. Я понял, что настольный теннис в принципе не прокормит. Это для души, хобби. Защитил новый проект, доказал комиссии, что мое предпринимательство будет идти по нескольким направлениям.

— Наверное, тоже сначала все не так просто было?

— Так и сейчас трудно делается. Столы для настольного тенниса сначала были самодельные. На 300 тысяч рублей, которые мне дали, купил профессиональные столы плюс сам тир. Я тогда был уверен, что в сочетании с настольным теннисом народ повалит ко мне. В тире есть различные виды лазерного оружия, я стану крутым предпринимателем. По крайней мере, так коммерческую деятельность планировал. Пригласил группу предпринимателей, они постреляли, сказали, что это круто и будут приходить. Я обрадовался. Но лазерный тир практически вообще не зашел в Ревде, хотя на него я возлагал большие надежды.

— Как выкрутились из такого положения?

— Расклеивал по всем подъездам объявления, что у нас есть лазерный тир, он безопасный, можно из различного оружия стрелять. Можно приходить семьями, проводить корпоративы. После такой рекламной кампании недели две походили несколько человек. Ну ничего себе, подумал, никому, оказывается, неинтересен этот лазерный тир. В основном, я проводил мероприятия, связанные со своим же клубом. Так лет десять, пока не пришли к собственным разработкам лазерного оборудования. И авторская система по настольному теннису тоже прижилась. Мы 22 года играем по одной схеме. Народ у меня сейчас активный.

— А старички, которые с вами начинали с нуля, остались?

— Конечно. Некоторые, к сожалению, ушли из жизни. Молодежь, с которой все это начиналось, приходит уже с женами, мужьями, с детьми. Играют, очень хорошо играют. У меня в этом плане проблем с настольным теннисом нет. Единственное, что это не коммерческое направление. У меня другие возможности есть, за счет которых я и могу содержать этот клуб. Например, проводить мероприятия в других местах области. По грантам и без грантов, коммерческие и некоммерческие.

— К чему в итоге привело свободное плавание?

— Ну что, 2012 год показал: лазерный тир не тянет, настольный теннис не кормит. Надо что-то придумывать новое. Взял кредит с рассрочкой на пять лет и закупил оборудование под названием «Лазертаг». Что это такое? Это безопасная игра, там не используются пульки, как в страйкболе. Суть этой высокотехнологичной игры в том, чтобы «поразить» противника инфракрасным лучом. В клубе началась новая история. Игра-то новомодная была, она в России с 2009 года, а к 2012-му уже обороты набрала, порядка 15-ти клубов образовалось. Ну и я, получается, в числе первых стал.  Опять же детство вспомнил, когда мы по подвалам бегали и в войнушку играли. В общем, тема военная и патриотическая, все в движении, а не в тире. Пришел радостный такой в Управление образования…

— Стоп, Сергей Федорович, а почему именно туда?

— Так я же сказал, что тема военно-патриотическая. Но в Управлении образования мне сказали: как так, дети же будут «стрелять» по головам, это будет вызывать у них агрессию! Директор 29-й школы Анатолий Сазанов за меня заступился. Говорит, мол, у нас в городе есть рукопашный бой, бокс, восточные единоборства. Там тоже дети друг друга по голове бьют. И никакой агрессии. И вообще, говорит, Сенокосов молодец, показал нам новое направление. Я к летним каникулам буклетики свои по школам разнес с приглашением в наш клуб или предлагал провести игру на их площадке. Не получилось. Все равно, говорят, не рекомендованная игра. Ну, думаю, ни фига себе, на что 400 тысяч потратил?! Но именно тогда у меня мысль появилась — лазерный биатлон.

— Так, и что же это такое, поясните для непонятливых.

— Ну раз детям лазерным лучом стрелять по головам нельзя, то я предложил в одной из школ стрелять по пристрелочным мишеням. И это мы впервые провели 18 июня 2012 года. Так что эту дату можно считать днем рождения лазерного биатлона в Ревде. Короче, дети побегали, постреляли, преподаватели сказали: ну, вроде нормально, все путем. Но что это за биатлон, если нельзя промахнуться? Поясню. Как бы дети тогда ни стреляли, они не могли промахнуться, даже по две мишени срабатывали. Слишком большое было лазерное пятно. Поэтому куда ни стреляй, все равно попадешь в любую мишень. Я понял, что это биатлоном можно назвать условно, надо что-то другое.

— И как дальше ваша мысль закрутилась?

— Я стал выходить на производителя лазерного оборудования, и у меня с ними хорошие отношения сложились. Говорил, что придумал лазерный биатлон, но мне надо лазерный пучок серьезно уменьшать. Они все поняли, тема им понравилась, решили уменьшать диафрагму, менять параметры. Я был у них испытателем. К 2017 году пришли к тому, что у меня уже хотелок стало слишком много. А за разработку я не платил, только за готовое изделие. Это разработчиков, конечно, не устраивало. И с 2017 года я пошел своим путем со своими хотелками. Нашел команду в Екатеринбурге, потом в Ревде. И мы создали самый крутой лазерный биатлон в России. А может быть, и не только в России.

— Будете снова выходить на школы?

— У нас есть презентация для директоров школ. Лазерный биатлон и тир можно выдать как новый предмет. С нашими характеристиками пытаемся попасть в 804-й приказ Министерства просвещения. Это что значит? По этому приказу школы имеют право закупать оборудование. Я много езжу, лазерный тир интересен. Сейчас пытаюсь через областное Минобразования выйти на Министерство просвещения России, чтобы наши характеристики попали в 804-й приказ. Вот если они туда попадут, буду считать, что я не зря родился и не зря свои личные деньги вложил и государственные гранты. Поясню. У меня сейчас зарегистрированы две организации. Первая — это ООО «Лазерный биатлон», которая занимается разработкой и производством. Вторая — спортивный клуб «Старт», который проводит мероприятия по лазерному биатлону.

— На какой стадии ваша задумка?

— Я собираю письма поддержки. Просто реально на это время уходит. Сложно встретиться с Управлением образования любого города. Столько согласований надо. Если удастся зарекомендовать себя в Свердловской области, каким-то способом смогут рекомендовать школам закупать наше оборудование, попробовать пилотный проект, — то идти дальше. Мне уже в Москве сказали, если в области у вас пойдет, то тогда и до них можно будет подняться.

— Какими успехами можете похвастаться за все это время?

— Первый лазерный биатлон в 2015 году мы проводили вместе с чемпионом по биатлону Антоном Шипулиным на стадионе «Темпа». Тогда были очень примитивные винтовки, да все было очень так под вопросом. А в 2018 году мы создали вообще новый тип винтовок, тоже совместно с фондом Шипулина. Стали пропагандировать лазерный биатлон в Свердловской области. Стали выигрывать гранты. Начиная с 2018-го мы в год проводили по 15 соревнований, два-три раза в месяц. Плюс к этому на корпоративах у нас неплохо дела пошли, проводили соревнования под названием «Лазерная пуля». Создали такой формат, который считается новым видом спорта. Надо создавать новую федерацию под названием «Лазерный биатлон». К этому, скорее всего, мы и придем.

— Что для этого надо сделать?

— В этом году мы не раз бывали в Союзе биатлонистов России, там техсовет собирался. Все на нас критически вначале смотрели, потом говорят, ну да, наверное, уже очень похоже на настоящий классический биатлон. Но, скорее всего, мол, надо проводить соревнования по лазерному биатлону помимо классического биатлона. В общем, подтвердили, что надо параллельно заявляться.

— А что это такое — лазерный биатлон?

— Внешне все так же, как и в классическом биатлоне. Винтовка ничем не отличается от настоящей биатлонной. Движения все те же, которые делает биатлонист. Звуки винтовки можно убрать, она же у нас электронная. У нас патент на изобретения. Винтовка тебе подскажет, что ты сделал неправильно. Я же еще в этом году в книгу «Уральские самоцветы» попал, в числе других предпринимателей и интересных людей Урала. Я с некоторыми из них познакомился. Они тоже хотят ко мне сюда приехать посмотреть на лазерный биатлон. Но удачливым предпринимателем сам себя не считаю — пока лазерный биатлон не доведу до ума. Это цель моей жизни уже. У лазерного биатлона реально много проблем. Трудно ли быть предпринимателем? Я привык уже, без финансового риска никуда, а он кругом.

—  Сергей Федорович, как вы стали резидентом инновационного центра «Сколково»?

— Тот лазерный тир, который я купил в 2009 году, можно использовать только в помещении.  Никакого освещения быть не должно. Начиная с 2018 года мы пошли своим путем по линии лазерного биатлона. С одним местным умельцем мы придумали другую конструкцию мишени, вернее, другую конструкцию сенсора. Стрелять можно лазером хоть в помещении, хоть на солнце, хоть солнце будет прямиком светить в мишень. За это мы получили в этом году патент на изобретение. За всю систему — винтовка, мишень — получили статус резидента «Сколково» (инновационный центр «Сколково», действующий в Москве современный научно-технологический инновационный комплекс по разработке и коммерциализации новых технологий — ред.). В этом году мы три раза были на ВДНХ в Москве. Лазерный тир производим только мы, это единственная разработка в России.

— Как дальше будет развиваться ваше сотрудничество?

—  «Сколково» решило закупить у меня оборудование. Они хотят закупить весь комплект лазерного тира. Как мне сказали, что если в «Сколково» все это зайдет, то оно быстро будет заходить в другие школы и учреждения. Если уж мы стали резидентами, то нас надо продвигать именно в коммерческом направлении. Это в «Сколково» основная тема. Кстати, я резидентом пытался три раза стать. И удалось только тогда, когда была написана правильная аналитика. Не как все стреляет, а аналитическая записка. Мне пришлось для этого нанимать специалиста. Когда я аналитику писал, у меня получалось полстраницы — то, что в голову приходит. А специалист выдал аналитику на шесть страниц. Нам не стыдно показывать наши разработки ни на каком уровне. Везде ездим и показываем, что не зря патент получили.

Еще по теме

• Музею Ревдинской городской больницы в этом году исполнилось 15 лет.
• Ревдинский спортсмен Кирилл Золотавин рассказал, почему он выбрал бокс и что общее у него с Майком Тайсоном.
• Ревдинский преподаватель битбокса, призер чемпионата России Антон Новиков — о любимом жанре музыки и о том, как оторвать детей от смартфонов.