Ревдинец Андрей Кузнецов рассказал, как он спасал трех альпинисток из Литвы на пике Ленина
В августе при восхождении на пик Ленина (вершина 7134 метров в горной системе Памира на границе Кыргызстана и Таджикистана) ревдинский альпинист Андрей Кузнецов спас от неминуемой смерти трех девушек из Литвы. Они могли отравиться угарным газом в занесенной снегом палатке. Ему помогали гид (старший группы) из Санкт-Петербурга Валерий Мясоедов и шерп Декба из Непала. Андрей Кузнецов рассказал нам, как все происходило. Он считает это случайностью: девушкам просто повезло. По его словам, в горах всегда бывают опасные неожиданности и приходить на помощь случалось не раз. В 2018 году «Городские вести» публиковали рассказ альпиниста о его участии в спасении пассажиров разбившегося в горах Памира вертолета.
По словам нашего земляка, в штурмовом лагере на высоте 6100 метров пика Ленина (последний лагерь перед вершиной) двое суток бушевал сильный ветер, снегопад заметал палатки. Из-за непогоды большинство спортсменов покинули лагерь и спустились с горы. Оставшиеся группы с гидами Андреем Кузнецовым и Валерием Мясоедовым во главе тоже собирались в обратный путь. Вся экипировка была собрана.
— Группа, которую я сопровождал, уже начала спуск, — рассказывает Андрей Кузнецов. — Сам уже надел на ноги «кошки» (металлические противоскользящие приспособления). Но один из русскоговорящих шерпов, сопровождавших нас, Декба, начал раскапывать какую-то палатку, залез туда и крикнул Валерию Мясоедову, что там мертвые девушки. Я был рядом и сразу понял, что мне придется участвовать в спуске их тел. Тоже пролез в палатку, притянул к себе одну из лежащих девушек и чисто по привычке посадил ее. Она была чуть тепленькая. Начал возвращать ее к жизни. Все мои движения повторяли Декба и Валерий Мясоедов с остальными девушками.
Как поясняет ревдинский альпинист, девушки в палатке лежали, и это было очень плохо, потому что в таком положении при недостатке кислорода язык западает и постепенно дыхание сокращается. А когда человек еще и без сознания, то он просто задыхается и умирает.
— Поэтому и нужно его посадить, что мы и сделали, — рассказывает Кузнецов. — Открыли палатку для притока свежего воздуха. Что интересно: у всех девушек была настоящая крокодилья хватка — рты плотно закрыты, а зубы очень сильно сжаты. Приходилось руками разжимать им челюсти, а пальцами нащупывать язык. Но они в сознание не приходили. У девушки, которую я спасал, еще и пена изо рта пошла.
В каждом лагере альпинистов есть постоянный дежурный, он встречает людей, провожает, присматривает за порядком. В лагере всегда должны быть баллоны с кислородом на случай высотного кислородного голодания. Но здесь баллоны сразу не нашли. Во-первых, все было занесено снегом и залезть в палатки было сложно, а во-вторых, все снаряжение уже было подготовлено к спуску с горы.
— Но через какое-то время нам все-таки принесли кислород, — продолжает рассказ Кузнецов. — В первую очередь маску надели той девушке, которая была в самом плохом состоянии. Потом по очереди надевали другим. Первое из рефлексов — пострадавшие начали открывать глаза, более-менее ровно дышать. Постепенно стали приходить в сознание. Мы пытались с ними заговорить, но они произносили что-то невнятное. Помогли им теплее одеться. Они были в таком состоянии, что не могли самостоятельно… сходить в туалет, скажем так. Когда их выводили из палатки, они падали, сил никаких не было.
По словам Андрея Кузнецова, с девушками произошло следующее. Раз высота штурмового лагеря 6100 метров, то априори мало кислорода. А раз палатка была под снегом, то и притока свежего воздуха внутрь тоже не было. Скорее всего, под утро девушки решили вскипятить воды на горелке или просто что-то разжечь.
— Из-за недостатка кислорода в процессе горения выделяется уже не углекислый газ, а угарный, — говорит альпинист. — Несколько вдохов угарного газа — уже смертельная доза. Человек умирает не сразу, а спустя полчаса или час. Почему смерть от угарного газа считается самой легкой? Да просто человек сразу не понимает, что происходит, а потом резкая «отключка». Для девушек все удачно сложилось — их нашел шерп, а мы были рядом. Много по этому поводу думал, но для этих девчонок просто счастье, что все так совпало.
Как на пике Ленина на Памире появились непальские шерпы, которые в горах переносят различные грузы альпинистов. Оказывается, сейчас на разные горы мира приезжают много шерпов. Летом в Непале не сезон для восхождения альпинистов — идут муссоны (сильные ветры). Там в горы идут весной и осенью. Поэтому шерпов приглашают в другие места, из-за хороших заработков они, конечно же, соглашаются.
— Это очень сильные и выносливые ребята, в основном работают на переноске грузов, платно сопровождают клиентов на восхождении, — пояснил Андрей Кузнецов. — То есть работают профессионально. Хотя еще лет тридцать назад шерпы в горах Непала ходили босиком и ничего не умели.
Пришедших в себя девушек одели-обули, собрали их вещи и приняли решение: срочно спускаться. Шли в связке. Выпавшего снега было очень много, пришлось помогать обессиленным девушкам идти.
— Впереди был долгий и длинный спуск в базовый лагерь через ледник и трещины, —рассказывает Андрей Кузнецов. — Но главное, что все остались живы. Для наших спасенных первые метров двести тяжелее всего были. Потом сами более уверенно пошли. Когда спустились, они мне подарили бутылку хорошего коньяка. Если честно, то виделись всего раза два-три в лагере. Наши графики движения вверх-вниз таких свиданий не позволяли. Но каждый раз они при встрече меня благодарили. Хотя по-русски вообще, кроме спасибо, и слов-то не знают.
Самое интересное, что после этого случая Андрей Кузнецов еще дважды водил группы альпинистов на пик Ленина! В этом году у него сезон закончился — ждет следующего. Уже есть группы для сопровождения. Он занимается альпинизмом тридцать лет. Самым сложным для него, по его словам, было восхождение на пик Победы (Киргизия). Уверяет, что даже восходителям на восьмитысячники в Гималаях эта гора может покориться не сразу.
— А началось все с УПИ, в институт я поступил в 1986 году, и там была очень сильная школа альпинизма, — рассказывает Андрей Кузнецов. — Слышал рассказы про горы. И уже на втором курсе сам сходил. Это был лагерь альпинистов в Узбекистане, ходил в горы более 5000 метров. Мне понравилось. На следующий год впервые ходил на пик Ленина. Затянуло. Во-первых, это интересный вид спорта, во-вторых, командный вид спорта. Сочетание мастерства, мужества и взаимовыручки. Да и физически надо быть подготовленным. Я раньше занимался лыжными гонками, поэтому физически был готов. А к высоте привыкаешь, это не проблема. Сейчас, спустя тридцать лет, снова сходил на пик Ленина — и такая история.
Более тридцати раз за свои 53 года ревдинец покорял семитысячники — на Памире, Тянь-Шане, в Непале. Ездил, говорит, даже в Патагонию, в Южную Америку.
— Сейчас американцы позвали меня на гору Мак-Кинли на Аляске. Какая-то «звезда» захотела взойти на эту гору. Получится или нет — не знаю. Сами же знаете, какая сейчас ситуация в мире. Проблема с визой, у нас же американское посольство закрыто. Мне было бы интересно побывать на Мак-Кинли, другая гора, условия, другая страна и люди.
И опять-таки вопрос: как узнают те же американцы, что есть такой опытный альпинист Андрей Кузнецов? Оказывается, по «сарафанному радио».
— После этой истории со спасением обо мне все заговорили, в других горах какие-то другие разговоры идут. Ну и рекомендуют, конечно. Но я себя не рекламирую: все идет, как идет. Те, кто ходит в горы, друг друга знают, пусть и заочно. Я знаю многих крутых альпинистов, и они меня знают. Или в горах пересеклись, или в какой-то конкретной ситуации были.
В спасательных операциях в горах Андрею Кузнецову приходилось участвовать более двадцати раз. Это были совершенно разные случаи и в разных местах. Нужно учитывать особенности рельефа и сами обстоятельства: кому-то камень в голову прилетел, кто-то со скалы спуститься не может, кто-то в лавину попал и другое.
Вот в августе 2018 года 15 альпинистов из России, Испании, Белоруссии на вертолете, пилотируемом двумя летчиками из Таджикистана, возвращались в лагерь после восхождения на пик Исмоила Сомони (бывший пик Коммунизма) на Памире. Из-за плохой видимости вертолет жестко приземлился в горах. Три россиянина-пассажира и оба пилота погибли. Остальные 12 часов ждали помощи. Их спасли профессиональные альпинисты, среди которых был Андрей Кузнецов. Тогда Андрей стал в Ревде человеком года, его чествовали в День города.
Как предполагает Андрей Кузнецов, в Ревде еще кто-то занимается альпинизмом, но ходит в горы эпизодически. Равных себе по уровню подготовки в своем городе он не знает. Во всяком случае — пока.
— Вообще альпинизм дорогое удовольствие, — говорит Андрей Кузнецов. — Снаряжение большое, участие в экспедиции. К примеру, сейчас только чтобы сходить на Эверест, надо заплатить 80 тысяч долларов. На самом деле Эверест простой в плане восхождения, все маршруты «провешиваются», везде лагеря для альпинистов разбиты через каждые 500-600 метров. Признаюсь, я там не был. В этом году у нас был шерп, который 15 раз на Эверест ходил. Так, по его словам, на пик Ленина ходить тяжелее, чем на Эверест. Один штурмовой лагерь на пик Ленина на высоте 1200 метров находится. Штурмовой — это последний лагерь перед вершиной горы, когда идешь на штурм вершины и обратно.
Альпинист пояснил, что к вершине горы обычно выходят ночью: со свежими силами можно идти и в темноте. Чтобы возвращаться при свете — это хоть какая-то гарантия, что вернешься туда.
— Когда у тебя нет сил и наступает ночь, холодно и прочее, то можно просто не найти дорогу обратно, — сказал Андрей Кузнецов. — Да черт знает, что может произойти.