«Однажды мы выехали на задержание педофила…». Как любовь к собакам стала профессией Алены Лесниковой

С 31-летней Аленой Лесниковой, руководителем зооцентра «Моя собака», мы познакомились в этом году — она стала экспертом в нашей серии публикаций для тех, кто решил взять себе щенка. Размеренно, но вместе с тем эмоционально, она объясняет азы — так, что все сразу понятно. Быстрая, невысокая, стройная, гибкая, она с первого взгляда вызывает к себе доверие и симпатию. У Алены — девятилетний стаж работы в кинологической службе МВД. Она ушла, когда поняла, что перспектив больше нет. Об этом и многом другом мы поговорили в День кинолога, 21 июня. Мы с Аленой общаемся по-приятельски, поэтому, дабы не создавать фальши в беседе, интервью написано с обращением на «ты».

— Алена, мы все видим, что в соцсетях и в принципе в социуме растет негатив в отношении собачников. Почему, как ты думаешь?

— Дело в людях, которые не дают должного воспитания своим собакам. Поэтому человек, даже видя приличную собаку, которая знает все нормативы, пугается и кричит: «Уберите собаку!» Потому что подспудно ждет проблем.

— А у тебя было такое, что собаки причиняли проблемы?

— Мои — никогда, чужие — да. Как-то на передержку мне отдали харизматичного, но совершенно невоспитанного боксера. Он не был приучен вообще ни к чему. Привык скакать, гадить везде, все грызть, лаять на улице. Как сумасшедший. Хозяева отдали мне его на воспитание, но это дорого, а платить люди были не готовы. Люди почему-то думают, что специалист по щелчку перевоспитает собаку. Мы только месяц этого боксера учили есть на тренировке (именно так мы учим: собаки выполняют команды за кусочки). Он прыгал, ссал, но не ел. Проблемная собака, в общем.

— Как понять, что собака — проблемная?

— Главная проблема — слабая пищевая мотивация, либо она закормленная, либо априори не едок. Если бы не человек, который, скорее всего, выкормил ее с соски, она бы не выжила. Люди забывают о естественном отборе. Собаки нежизнеспособных щенков выкидывают из гнезда, а человек вмешивается в природу. И с такой собакой сложно. Но рано или поздно она начнет добывать себе еду, выполняя команды. А вот если собака закормлена, у нее нет инстинкта, это куда серьезнее. Такие собаки знают, что их накормят по расписанию. И не готовы работать на тренировке. Это генетически заложено. Вот почему есть шоу-собаки, а есть рабочие. Первые — просто красивые, вторые — трудяги, и их куда проще дрессировать. Поэтому важно, от кого произошла собака. Впрочем, метисы, живущие на улице, бывают способнее собак «голубых кровей», потому что их воспитала жизнь. Однако беря метиса, ты тычешь пальцем в небо. Кто знает, какие там корни? Хотя и собака с паспортом может оказаться неправильной. У меня была на учебе собака, немецкая овчарка за 250 тысяч, которая унаследовала только красоту. А в работе — простите, унылое говно.

— На такой собаке надо ставить крест?

— Любую собаку можно научить чему угодно, все зависит от терпения и настойчивости. Это понимание приходит с опытом. Я, например, начала заниматься собаками с седьмого класса. Никакой генетики собачников, у меня рабочая трудовая семья.

— С чего все началось?

— А просто сэкономила деньги с обедов и, никого не спрашивая, пошла и купила себе щенка. Он был со мной до окончания школы. Моим первым инструктором был Андрей Владимирович Зайцев, наш, из Ревды. Воспитав первую собаку, я в это углубилась, начала читать, ездить в другие города и выбрала себе эту профессию: стала кинологом в полиции Ревды, потом в Березовском. Ушла, потому что моя должность стала невостребованной. И стала заниматься бизнесом.

— Часто обращаются за помощью?

— Очень часто, но терпения хватает далеко не всем. Без выполнения домашних заданий, без работы ничего не получится. Щенков стоит тренировать по 15 минут дважды в день, взрослых собак — по сорок минут раз в день, и за месяц можно научить собаку базовым навыкам. Я до сих пор вывожу своих собак к инструкторам в Екатеринбург, учусь чему-то новому, развиваюсь. Сейчас ко мне ходят немецкая овчарка, кани-корсо, бульдог, болонка и ризеншнауцер. Но это, скорее, занятия с хозяевами, чем с собаками: людям сложнее объяснять.

— Разных приводят собак?

— Абсолютно разных, например, йоркширских терьеров, думая, что их ничему нельзя научить. Потому что они маленькие. Даже крохотные собаки — все равно собаки. Понятно, шпиц не сможет защищать тебя, как овчарка, но банально облаять чужого из сумки она сможет.

— А если кусается? Даже мелкая?

— Чем больше ты реагируешь, машешь руками, кричишь, тем больше ты собаку раззадориваешь. Поэтому стоит взять ее за поводок и к чему-то пристегнуть или посадить в клетку (профессионалы держат дома клетки), и это не наказание, вы не отталкиваете собаку, давая ей понять, что не хотите с ней играть. Собака очень хочет кусаться, прыгать, а если ты отказываешься, она в отместку начнет искать себе занятия в другом: грызть тапки, мародерить. Если есть возможность, поиграй с собакой, удовлетвори ее потребности, и ваш контакт будет крепче, она будет стараться угодить тебе, а не навредить.

— Какие у тебя собаки?

— Три немецкие овчарки и одна среднеазиатская. У меня четверо детей и четыре собаки. Мы живем в квартире в Первоуральске, но сейчас собаки на даче в Ревде. Моим детям 18 (сын, скоро в армию), 13, десять и два года. Три мальчика и девочка. Родители разведены, но мы общаемся с обоими, у нас все хорошо.

— Часто говорят, что собачники людей любят куда меньше. Это и о тебе?

— Наверное, это правда. Дети часто спрашивают, почему я не могу остановиться? Ну я на самом деле не могу, у меня кроме собак еще кошка мейн-кун, морские свинки, пауки-птицееды, раки, змеи, пираньи, крысы… У нас чисто, аккуратно, нет запаха, поэтому проблем с соседями нет. Мы с мужем Денисом, так совпало, оба собачники, и у нас на этом фоне отличная связь. Как раз вот среднеазиатская овчарка — его. Муж работает на ОЦМ.

— Расскажи еще об одном своем детище, клубе «Моя собака».

— Нас сейчас около полусотни человек, но пока мы прекратили сбор взносов. Нужно понять, сколько нас в нашей «банде». Люди приходят активные, а потом пропадают. Не все могут столько времени уделять собакам: еще есть работа, семья. Это у меня с собаками связана жизнь, я всегда стараюсь воспитывать своих собак, потому что не понимаю, как можно иначе. Это все равно, что не научить своего ребенка читать, писать, ухаживать за собой. Каждая моя собака несет какой-то смысл. Мой старый кобель-немец — розыскник, мы вместе служили в МВД, на его счету много раскрытых преступлений и задержаний. Средняя сука взята как собака-компаньон, мы давали представления в детских домах, домах престарелых. Сейчас я переучиваю ее на телохранителя. Но у нее нет немотивированной агрессии: если мама сказала кусаться, значит, кусаемся, если всех любить — то любить. Ну и семь месяцев назад я взяла щенка-немца, с которым хочу пойти в большой спорт, ИПО. Это усложненный курс дрессировки, который идет на немецком языке. Он приехал ко мне из Москвы.

— Ты знаешь немецкий?

— Только команды, которые управляют собакой.

— Каково отношения собак и детей?

— Скорее нейтральное, собаки предпочитают общаться со мной, все остальные члены семьи — просто члены семьи. Они терпят от детей все (кроме издевательств, даже двухлетний сын знает, что собаке нельзя колупать глаза и отрывать уши). Собаки четко знают, что в нашем доме мотивированной и неуправляемой агрессии не будет, они не рычат, даже если ребенок в миску лезет.

— А случалось ли сталкиваться с неуправляемой собачьей агрессией?

— Да. Я лично как-то застрелила среднеазиатскую овчарку полутора лет. Люди же думают: возьму собаку, посажу на цепь, она будет меня любить и охранять. Так почти не бывает. Если собака на цепи, а ты не выводишь ее за периметр, ничего ей не даешь, наступит момент, когда она сама выйдет туда. Сорвется с цепи, побежит за течной сукой, если это кобель, например. И вот этот «азиат» убежал однажды к течной суке, и он был готов ее сожрать. Хозяин бросился на защиту своей собаки с лопатой, пес готов был сожрать и его. Мы приехали на вызов, два кинолога, пес кинулся на нас. Я сразу поняла, что он не шутит и готов отстаивать свои права. И нам пришлось его застрелить. Пытались найти владельцев, но так и не нашли.

— Были ли ситуации, которые грозили тебе гибелью?

— Однажды мы с Гордюшей, моей собакой, задерживали педофила. Выехали на задержание, это было в пригороде Березовского. Этот урод задумал скрыться от нас в лесу. Но у него не получилось, и он пытался мою собаку убить. У него была заточка, и он успел его пырнуть, благо, прошло скользом, но он порвал ему связки, и пес долго хромал. Когда я подбежала, заточка была у него в руках. Адреналин зашкаливал: собака раненая его грызет, и он не знает, то ли дальше тыкать собаку, то ли кинуться на меня. Благо подоспели опертивники и буквально в асфальт его закатали… Я тогда реально перетрухала, но боялась одного: если эта падла убьет меня, убьет собаку и скроется, зачем тогда все это было?

— А сейчас чувствуешь свою важность?

— Да, есть люди, которые говорят: «Спасибо, что ты есть, ибо мы не знали, как общаться со своей собакой, зашли в тупик». Многих людей заводит в тупик, например, проблема с туалетом. Люди не могут научить собаку ходить в туалет на улице, и они даже отказаться от нее готовы. Мы продумываем технику, как это отладить, и все получается. А люди говорят: вот мы смотрели видео, но ничего не можем сделать. Практика куда сложнее теории. Если выполнять увиденное некорректно, собака будет путаться, и в итоге толка не будет. Только, к сожалению, в Ревде мало инициативных людей и привить культуру воспитания собак очень сложно. Все решает мода. Раньше брали стаффордширских терьеров, сейчас берут азиатских овчарок, тибетского мастифа, все, что больше. То ли комплексы у людей, то ли что, я не понимаю. Тибетский мастиф — в квартире, представляешь? Это караульная собака, она должна жить на просторе. Хозяйка не уделяет ей должного внимания, пока проблем нет. Но потом наступает перелом…

— А какое воспоминание о службе хорошее?

— Для меня это просто был опыт. Мне нравилось помогать людям, я была на своем месте.

— Жалеешь, что ушла из полиции?

— Отчасти да, потому что я много времени посвятила этой службе. Но отчасти нет. Придя в МВД, я думала, что кинологическая служба будет развитой, я смогу помогать людям. Но там такого нет обычно. Я бы хотела пойти в структуры рангом выше, но у меня нет высшего образования (только школьное). У меня в свое время не было возможности учиться платно, да и на учебу мне терпения не хватало. Я поступала на кинологическое отделение школы МВД, но для меня было проблемой два курса слушать в аудитории то, что я уже знаю на зубок.

— Часто вижу объявление: «Отдам собаку, потому что мы ждем ребенка». Это аргумент, как считаешь?

— Это отговорки. Почему, готовясь к рождению ребенка, мы просчитываем, что нам нужно, а когда берем собаку, мотив один: хочу? Здесь то же самое, продумать нужно все до мелочей: зачем берете, чем будете кормить, на что лечить и так далее. Собака — это тоже член семьи. И я не разделяю детей и собак. Но есть крайность: очеловечивание. Когда собака лезет на стол, спит с вами в одной кровати. Это недопустимо. У собаки должно быть свое место. Иначе это кончится плачевно. Была история, когда зацелованная в попу собачка цапнула хозяйку за палец. Она купила ей мясную косточку, та стала ее грызть и подавилась. Хозяйка стала выдирать кость, собака показала зубы. У владелицы шок: «Это же моя лялечка, как же так». А вот так. Собака не воспринимает хозяйку как авторитет, она лишь подаватель еды. Вот к чему приводит отсутствие воспитания.

— Ты всегда в спортивной одежде. А платья носишь?

— Да, если надо, надену и платье, и каблук. Но крайне редко. Я или с собаками, или со скотиной, у меня свое хозяйство: козы, куры, гуси, свиньи. Две работы, скажем так. Сейчас на СУМЗе еще, три года уже в кинологической службе.

— Про таких женщин обычно говорят: с мужским характером. Это о тебе?

— Да. Жизнь закалила. Распустить нюни я себе не позволяю. Сильно изменила меня гибель первого мужа, когда я осталась одна с детьми и с кредитом за машину. Горевала сильно. Но никто этого не видел, все пережила в себе. Меня вытащила работа, обязанности. Жизнь — это борьба. Если ты будешь унылым говном, к тебе ничего не придет.

— И мой традиционный вопрос: что будет дальше?

— Моя мечта — сдать нормативы с тремя клиентскими собаками, сдать усложненный норматив со своим щенком и получить диплом инструктора. А моя цель — попасть на чемпионат мира по ИПО с нынешней моей собакой. Но это очень большой труд, надо потратить много сил, времени, денег, чтобы подготовить и вывезти туда собаку. Это круто, это совсем другой масштаб, это выход в кинологический свет и большая перспектива и для меня, и для моей собаки. Такой собакой можно гордиться. Но нужна помощь более опытного инструктора, выше рейтингом. Мы в Екатеринбурге занимаемся с Игорем Юрьевичем Чернухиным, инструктором Российской кинологической федерации. А у моей собаки родители — чемпионы мира, у него есть все задатки, и мне с ним очень легко работать. Думаю, у нас все получится.

Еще по теме

• Как живет во время пандемии коронавируса единственный приют для животных в окрестностях Ревды.
• На мосту в Ревде кто-то привязал собаку. Жители сообщили в полицию.
• В Ревде хотят реконструировать площадку для тренировки собак.
• «Проблема — ты, человек с собакой». Хлесткое мнение владельца собаки Никиты Замбера.