Двум домам в Ревде присвоен статус аварийных: одному по возрасту, второй разрушила вода
Еще два дома в Ревде признаны аварийными в конце года. И если состояние одного из них, деревянного, по Металлистов, 14, обусловлено старостью (он, как выяснилось, не просто старый, а старинный), то второй, «немецкой» постройки, в центре города, по Чехова, 25, до срока «убила»…вода, стекавшая с улицы под фундамент. Оба опасны для проживания. Их должны расселить и снести. По плану — до 2027 года.
Точный год постройки двухэтажного дома на Металлистов, у самой Плотинки, неизвестен. Но сама его архитектура, наличники на окнах, некоторые сохранившиеся детали — например, перила с балясинами на лестнице, двери, кованая цепь старинной работы в нынешнем «тамбуре» — говорят даже не о 20 веке, а о 19-м!
Сегодня в доме жилыми остались две квартиры на втором этаже из четырех. Живут в них две сестры с семьями. Первый этаж, тоже с двумя квартирами, пустует.
— Эту квартиру маме с папой примерно в 1995 году дали на работе в ЖКХ, — рассказывает Эля. — Потом они уехали в Бисерть, квартира осталась нам с сестрой, у каждой по комнате с кухней, мы их приватизировали. Итого — нас восемь жильцов. У меня двое детей (16 будет и шесть лет), сестра с мужем и тремя детьми.
Эля вспоминает, что в одной квартире на первом этаже, когда они заехали, уже никто не жил, а жительница другой, ветеран Великой Отечественной, потом переехала в Дом ветеранов. Кому принадлежит жилплощадь, Эля не знает.
Из удобств — только электричество и газ. Обогреваются газовым котлом, за водой ходят на колонку, туалет — на улице. Вообще удивительно, что этот памятник старины получил статус аварийного только сейчас — ведь все уже снесенные дома в Ревде намного моложе. Наверно, потому, что, в отличие от тех бараков-времянок, его строили для себя, из хороших материалов, на совесть. И при должном уходе, согретый, он еще бы стоял.
Для сравнения — кирпичный барак в Мариинске, построенный в 70-80-е, из-за одной заброшенной, неотапливаемой квартиры растрескался за несколько лет.
— Все гниет, все мерзнет, все мокнет, сыплется, отваливается, отовсюду дует, — перечисляет Эля. — Крыша протекает, в сильные ливни бежит с потолка, приходится подставлять тазы. Но самое страшное, когда морозы, под линолеумом хрустит лед — внизу же не отапливается. Того и гляди, пол провалится. Окна там мы сами заколотили, чтобы не лазили, но от холода и сырости это же не спасет. Видите, как бревна выпирают? Это стены перекосило. За детишек страшно… А возможности купить другое жилье у нас нет. Остается ждать.
По словам Эли, появление в ноябре комиссии по обследованию дома стало для них неожиданностью: «Мы уже думали, что про нас просто забыли». Можно предположить, что у комиссии были поводы для удивления…
По словам жильцов, это результат того, что дом много лет топило водой из ливневки.
— Вдоль улицы проложены канавы, под заездом во двор была труба, но когда бывший детский сад отдали ЖКО, эту трубу засыпали и вся вода пошла к нам под угол, — вспоминает Нина Семеновна, жительница квартиры на первом этаже (с треснувшими стенами). — Мы заехали в 79-м, в подполе угловой комнаты у нас сделана овощная яма, там тогда было сухо, хранили картофель, заготовки. А теперь весной она превращается в колодец, воды чуть не до верху. Сырость, земляные блохи весной появляются, кошки не рады, их ничем не вывести, пока батареи не включат. Стену под батареей вспучило из-за намокания, обои отходят, стучишь, слышно, что под штукатуркой полость.
Жильцы говорят, что не раз просили ЖКО, потом управляющую компанию наладить сток, чтобы отводить воду. Но их упорно игнорировали.
Анна с семьей купили квартиру на втором этаже (над Ниной Семеновной) семь лет назад: «Хотели большую, с высокими потолками, и вот как получилось».
— Трещину под обоями не видно, но из нее дует, спасаемся обогревателями, — говорит Аня. — По моей просьбе управляющая компания их недавно запенила, но шпатлевать не стали — зима. По ночам слышен треск. Перекрытия тоже отсырели, потолок провис, нам так и сказали: может рухнуть. Детей страшно одних дома оставить.
По словам Анны, трещины появились года полтора назад. Дом готовился на капитальный ремонт в 2020 году (проектная документация готова), несколько раз его обследовали, пока комиссия из Фонда капремонта не пришла к выводу, что ремонтировать здание бесполезно.
— Раскопали фундамент — а блоки в песок рассыпались, закопали обратно, — дополняет Нина Ивановна из первого подъезда. — Такой хороший дом. Мне четыре-пять было, когда папе дали комнату…
Взнос за капремонт жителям теперь начислять не будут, а уже собранные взносы обещали вернуть (по данным ФКР, начислено по дому 566,3 тысячи рублей, собрано 471 тысяча рублей).
Возможно, жителям аварийных домов не придется ждать расселения семь лет. Все зависит от средств, которые город должен получить из федерального и областного бюджетов. Муниципальная программа улучшения жилищных условий граждан, рассчитанная до 2025 года, была выполнена досрочно.
На заседании правительства Свердловской области 5 декабря прошлого года губернатор Евгений Куйвашев подчеркнул, что «в соответствии с установленными для региона целевыми показателями в период с 2019 по 2025 год из непригодных для проживания домов необходимо переселить около 20 тысяч человек», в том числе в 2019-2020 годах — свыше двух тысяч. На 1 декабря переселены уже 844 человека — планы по расселению аварийного жилья в 2019 году перевыполнены почти в три раза. Государственное финансирование программы «ликвидации лачуг» в целом по России огромное — свыше полутриллиона рублей.
Еще по теме
- В Совхозе горел барак, который должны были снести.
- Бывшее общежитие по Цветников, 13 признали аварийным. Его расселят к 2027 году.
- Власти объяснили, почему жители барака в Ревде сами должны платить за его снос.