С парашютом на штыки врага
В конце 1941 года в результате крупного наступления советских войск под Москвой немецко-фашистские войска потерпели первое серьезное поражение.
К январю 1942 года расположенные на центральном участке фронта немецкие части практически потеряли боеспособность, что дало советскому командованию возможность наметить план окончательного уничтожения группы армий «Центр». Необычайно сильные морозы создавали для германской армии крайне тяжелые условия: оружейная смазка замерзала, вызывая частые отказы вооружения, узкие гусеницы танков за ночь намертво примерзали к земле. Для того чтобы завести двигатель любой боевой техники, приходилось разжигать под днищем костер. Обморожения среди солдат стали массовым и обычным явлением.
Не удивительно, что в этих условиях советское военное руководство пришло к выводу о необходимости окончательного разгрома противника, находившегося в так называемом Вяземском выступе. Сама конфигурация этого выступа, над которым нависали войска четырех советских фронтов, подсказывала такое решение. Наступательную операцию планировалось провести малой кровью. Позднее, когда операция уже началась, стало ясно, что противник вовсе не был полностью деморализован, как предполагалось. Кроме того, части 2-й полевой и 2-й танковой армий группы «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала Клюге при равенстве сил в пехоте превосходили советские войска по танкам и артиллерии более чем в два раза. Это незнание командования стоило жизни тысячам бойцов и командиров…
Но тогда, в декабре 1941 года, об этом, конечно, никто не подозревал. В соответствии с планами Ставки ВГК для помощи наступающим войскам в немецком тылу должен был быть высажен крупный десант. Действия десанта в основном вписывались в довоенную военную доктрину РККА: главной задачей было завершение окружения немецкой группировки, перекрытие железных дорог и шоссе Вязьма – Смоленск, а также воспрещение подхода резервов к окруженным с других участков фронта. Десантировать было решено 4-й воздушно-десантный корпус под командованием полковника А. Левашова. Корпус к концу декабря был переброшен в Раменское из Поволжья, где проводилось переформирование.
8 января 1942 года началось сражение, позднее получившее название Ржевско-Вяземской операции. Начало наступления было вполне успешным: к концу месяца Калининский фронт вышел на подступы к Смоленску, а три армии Западного фронта (43-я, 49-я и 50-я) начали с севера и с юга окружение немецкой группировки в районе Юхнова. Казалось, что окончательное уничтожение войск вермахта уже дело нескольких дней. И здесь все решила воля Сталина: по его личному распоряжению из состава Западного фронта была выведена в резерв 1-я ударная армия. Ослабленные войска 20-й армии, вынужденные растянуть свои позиции на широком участке фронта, вплотную подошли к окраинам Гжатска, но взять его так и не смогли. Наступление затормозилось, а затем и вовсе захлебнулось.
Однако еще 18–22 января в районе поселка Желанье юго-западнее Вязьмы были выброшены с парашютами два батальона 201-й воздушно-десантной бригады и 250-го стрелкового авиадесантного полка. Кроме того, было принято решение о выброске в район Озеречни 4-го воздушно-десантного корпуса для усиления 1-го кавалерийского корпуса, действующего в оперативном тылу немцев.
С самого начала десантной операции пошли сбои. Транспортных самолетов катастрофически не хватало, поэтому в тыл противника была направлена только одна 8-я воздушно-десантная бригада – около 2000 человек. Высадку второго и третьего эшелонов по плану должны были производить 70 истребителей, но реально было выделено только 19 машин. Десантники прыгали с тихоходных бомбардировщиков ТБ-3, которые были совершенно не защищены от истребителей и ПВО противника.
Из-за сильного зенитного огня с земли высадка производилась с большой высоты – до 2000 метров. Результатом этого стало то, что полторы тысячи парашютистов 8-й бригады разбросало по площади более километра. Ночной прыжок с большой высоты сам по себе представляет сложность, а если учесть, что до начала операции свыше 80 процентов личного состава 4-го воздушно-десантного корпуса смогли сделать всего один учебный прыжок, то понятными становятся слова одного из ветеранов, участника тех событий: «Десантники, прежде чем оказаться на оккупированной территории, совершали два подвига: первый – во время перелета под шквальным огнем фронтовой зенитной артиллерии противника, второй – когда в кромешной темноте они прыгали с парашютом на штыки врага».
Несмотря на все трудности, в районе Вязьмы было десантировано более 10000 человек, имевших на вооружении 320 минометов, 541 пулемет и 300 противотанковых ружей. 27 января кавалерийский корпус генерала Белова прорвался через Варшавское шоссе юго-западнее Юхнова и через три дня соединился с десантниками и партизанами южнее Вязьмы. Соединенные силы перерезали железную дорогу и шоссе Смоленск – Вязьма, парализовав тем самым снабжение немецких частей, находящихся в этом районе. К 1 февраля сюда же вышли передовые дивизии 33-й армии и завязали бои на окраинах Вязьмы. Немецкий гарнизон оказался в окружении.
Вязьма была ключевым пунктом для группы армий «Центр», поэтому немцы всеми средствами старались улучшить свое положение. В конце января на этот участок фронта было переброшено до 12 дивизий и 2 отдельных корпуса. В результате нескольких интенсивных ударов по советским войскам немцам удалось стабилизировать свою линию обороны по реке Угра, при этом положение противников в районе Вяземского выступа стало похоже на слоеный пирог – на севере в окружении находились 7 дивизий вермахта, а на юге в таком же положении оказалась половина 33-й армии, кавалеристы Белова и десантники. Все попытки прорвать кольцо окружения оказались безуспешными, несмотря на большие потери советских войск.
Ставка ВГК приняла решение продолжить десантную операцию для помощи войскам Западного фронта в разгроме немецкой группировки в районе Юхнова. Новый этап операции начался 18 февраля в районе населенного пункта Желанье – там месяц назад был высажен первый эшелон десантников, а к февралю действовали большие силы партизан. Высадка 214-й бригады проходила в условиях сильнейшей метели, поэтому многие подразделения разбросало по всей Смоленской области. Кроме погоды свою роль сыграли многочисленные ошибки летного состава. Например, из-за ошибки в расчетах взвод лейтенанта Иванченко был высажен в Горьковской области, то есть в глубоком тылу советских войск.
Впрочем, большая площадь десантирования, как ни странно, сыграла и положительную роль – многочисленные группы русских парашютистов, рассеянные по Смоленской области, вызвали замешательство во вражеских штабах, поскольку немцы долго не могли определить ни количество высаженных войск, ни их основные задачи, ни направление главного удара.
Большое значение этого десанта признавали и сами немцы. Алькмар Гове, начавший войну рядовым стрелком-парашютистом, а закончивший ее командиром парашютной роты, пишет в своей книге «Внимание, парашютисты!»: «…Русские солдаты потом в течение многих дней удерживали в своих руках большой участок леса с проходившей через него дорогой и, лежа при 38-градусном морозе на подостланных сосновых ветках, отбивали все атаки, которые вначале носили довольно импровизированный характер. Лишь при поддержке прибывших из Вязьмы самоходных орудий и пикирующих бомбардировщиков удалось очистить дорогу от русских. Советские воздушно-десантные части регулярно сбрасывались на парашютах или высаживались на льду замерзших озер в тылу у немецких армий и организовывали там партизанскую войну. В ходе войны русские перебросили по воздуху в немецкий тыл свыше 37 тысяч различных военных специалистов и огромное количество военных грузов. Они организовали там партизанскую войну, которая в конечном счете не только сковала все немецкие тыловые охранные части и большое количество техники и рабочей силы, но и оказала решающее влияние на весь ход боевых действий».
Тем временем высадка продолжалась. За один день 22 февраля в немецкий тыл вылетели подразделения 214-й бригады, штаб 4-го корпуса и многочисленные специальные части. В ночь на 23 февраля в небо поднялся очередной отряд из семи ТБ-3. В одном из самолетов находился командир корпуса генерал-майор Левашов, который перед самым вылетом узнал о присвоении ему генеральского звания. К сожалению, носить генеральские погоны Левашову так и не пришлось – уже при подходе к месту посадки ТБ-3 был атакован немецким ночным истребителем. Опытному летчику удалось посадить машину на снежное поле и только тут офицеры штаба увидели, что генерал сидит в кресле мертвым: пуля попала ему в висок. Командование корпусом принял полковник Казанкин, заместитель командира корпуса.
Попавшие в окружение войска Западного фронта продолжали активно действовать в оперативном тылу группы армий «Центр». Например, 8-я воздушно-десантная бригада, поддержанная партизанами, вышла в район Моршаново-Дягилево и уничтожила штаб 5-й танковой дивизии вермахта.
Кольцо окружения не было плотным: из котла регулярно эвакуировали раненых, а с Большой земли доставлялись боеприпасы и продовольствие. Однако к началу апреля положение резко ухудшилось, поскольку немецкая группировка начала планомерные действия по ликвидации котла. Блокированные советские войска смогли продержаться до конца мая, а затем командованием было дано разрешение на прорыв из окружения. Ночью 26 мая 1942 года остатки 4-го воздушно-десантного корпуса прорвали фронт и начали движение в направлении Кирова – по договоренности с советским военным руководством там был подготовлен удар по самому слабому месту в немецкой обороне, чтобы облегчить окруженцам переход линии фронта. 24 июня основная часть советских войск вышла из окружения. К сожалению, не без потерь.
Итогом этих боев стал отход немецких войск на расстояние до 250 км к западу – от противника были полностью очищены Московская и Тульская области и ликвидирована непосредственная угроза Москве. В остальном же наступательная операция полностью провалилась. Наши потери превосходят немецкие примерно в полтора раза: советские войска потеряли не менее 500 000 человек убитыми, умершими от ран и попавшими в плен, в то время как убыль личного состава группы армий «Центр» составила около 330 000 солдат и офицеров.
Остатки 4-го воздушно-десантного корпуса были выведены в резерв и переформированы в 38-ю гвардейскую стрелковую дивизию, вскоре направленную под Сталинград.
До конца войны имела место только одна попытка высадить крупный воздушный десант в тылу противника: во время Днепровской наступательной операции 25 – 28 сентября 1943 года. Однако и эта десантная операция оказалась неудачной – из 4500 человек в живых осталось только 1200.
Английский историк Э. Молло писал о действиях советских ВДВ в 1941-1945 годах: «В течение Второй Мировой войны был предпринят ряд амбиционных воздушно-десантных операций, которые были подробно спланированы и частично выполнены, но под влиянием различных трудностей, включая нехватку достаточного количества транспортной авиации, плохую погоду и отсутствие авиационной поддержки, все они не стали особенно успешными».
Вяземской операцией – самой длительной операцией такого рода – завершился боевой путь советских воздушно-десантных корпусов в Великой Отечественной войне. Боевые действия под Вязьмой наглядно показали, что чем крупнее десант, тем труднее ему решать оперативные задачи, а наибольшие шансы на успех при высадке в тылу противника имеют небольшие диверсионно-разведывательные подразделения.
Олег Рязанов
The post С парашютом на штыки врага first appeared on ИСТОРИЯ ВЕЛИКОЙ РОССИИ.